Проблемы взаимоотношения центра и регионов

Регион и федеральный центр: проблемы взаимоотношений


(на примере Саратовской области)

ДМИТРИЙ АЯЦКОВ
член Совета Федерации Федерального Собрания РФ,
губернатор Саратовской области

• Региональное законодательство оперативнее реагирует на происходящие в стране преобразования
• Конституционные рычаги отстаивания интересов регионов –
их представительства в федеральных структурах
• Эффективность рыночных преобразований зависит от темпов
и масштабов преодоления разобщенности товарных рынков

Отношения между регионами и федеральным центром – одна из тем, которая постоянно в центре внимания научных дискуссий. Маятник суждений, обвинений, предположений качается из стороны в сторону в зависимости от политической и экономической ситуации в стране.

Разумеется, центр и регионы находятся под воздействием друг друга и оно не всегда равное. Несомненно одно: в новой России субъекты Федерации получили возможности для самостоятельного развития, используя для этого природный, экономический, кадровый потенциал, геополитическое положение.

Система управления

Саратовская область – многоотраслевой аграрно-промышленный комплекс, играющий важную роль в производстве многих видов промышленной и сельскохозяйственной продукции. В структуре промышленного комплекса 37% принадлежит машиностроению, 15 – химической и нефтехимической, 15,5% – пищевой промышленности. По производству зерна область является одной из самых крупных в России, в том числе и наиболее ценной культуры – пшеницы. В целом у нас сформирован базис рыночной экономики, действуют около 12 тыс. предприятий малого и среднего бизнеса, на которых работает 10% населения области. На нашей территории создан региональный фонд поддержки малого предпринимательства, учредителями которого кроме федеральных структур являются также правительство области, администрация г. Саратова.

Областная дума, в частности, в 1997 г. приняла упрощенную систему налогообложения, учета и отчетности для субъектов малого предпринимательства, которая введена в действие губернатором. Это постановление регламентирует ряд льгот для налогоплательщиков, работающих в промышленности, сельском и лесном хозяйстве, строительстве, общественном питании, в сфере науки и народного образования, жилищно-коммунальных услуг и бытового обслуживания. Выплата годовой стоимости патента начинается с квартала, в котором субъект упрощенной системы налогообложения получил патент. Оплата соответствующей части стоимости патента производится в течение пяти дней второго месяца отчетного квартала, далее равными долями не позднее пятого числа первого месяца отчетного квартала.

Фундаментом для развития системы предприятий всех форм собственности, экономической самодеятельности граждан, решения социальных проблем стало законодательство Саратовской области. Этому же служит и соглашение, заключенное между ветвями и общественно-политическими организациями. Ежегодно подобный договор об общественном согласии и социальном партнерстве подписывают более 1500 представителей партий, движений, организаций, предприятий, вузов, руководителей органов власти.

Здесь я вижу один из источников напряженностей, существующих между центром и регионами. Остановлюсь на этом подробнее.

Известно, что по многим направлениям региональное законодательство быстрее и точнее отражает происходящие в стране преобразования, чем федеральное. Пример тому закон Саратовской области “О земле”, который дал импульс развитию земельных отношений, позволил начать формирование нового класса землевладельцев, определить реальную цену земли. В этом году в порядке эксперимента мы планируем ввести в районах единый налог на землю, в котором заинтересованы и фермеры, и коллективные хозяйства. По нашей оценке, этот законодательный акт должен стимулировать высокопроизводительный труд с применением новейшей техники и технологий.

Я неоднократно ставил вопрос о едином налоге на регион. По нашему убеждению, фиксированные отчисления на федеральные нужды избавят от необходимости перечислять деньги в центр и обратно, содержать армию чиновников для этого, наконец, сэкономят силы и время региональных руководителей и министров.

Самостоятельность регионов позволит центру также отказаться от необходимости содержать многочисленные структуры на местах. А это немалые затраты, немалые штаты. Тут чувствуется сильное противодействие министерств и ведомств, не желающих выпускать власть из своих рук.

Между тем мы самостоятельно должны решать и решаем многие неотложные вопросы, не ожидая утверждения федеральных программ. Так, в Саратовской области завершено подведение газопроводов ко всем 1765 населенным пунктам. Устранена несправедливость, когда газ из области шел во все концы страны, а население использовало дрова, уголь, которые завозили издалека. На очереди программа обеспечения качественной питьевой водой, и ее предстоит решить в этом году.

Для отстаивания своих интересов перед центром регионы могут применять конституционные, демократические рычаги – представительство в Совете Федерации, Государственной думе, президентских советах и комиссиях, постоянное взаимодействие с правительством РФ, федеральными органами.

Наша открытая политика позволяет каждому жителю области оценивать усилия власти, ее представителей в интересах области. Прямо скажу, требовательность избирателей возросла на глазах, и это, по всей видимости, найдет выражение в ходе предстоящих в конце 1999 г. выборов депутатов Госдумы. Надо думать, что будут избраны те, кто способен доводить начинания до конца, кто избегает крайностей.

Мы не держим в секрете свои новые подходы к решению задач, делимся ими и с членами федерального правительства, и с руководителями других регионов, и с политиками.

Горизонтальные связи

В декабре 1998 г. Министерством юстиции России была зарегистрирована новая организация “Союз регионов – товаропроизводителей зерна”. В ней изъявили желание участвовать 16 регионов России, и еще несколько регионов подали заявки на участие.

Эта организация ни в коем случае не коммерческая и не политическая. Одна из основных ее задач – создание единого продовольственного рынка страны. Союз не ставит целью искусственно регулировать товарные и зерновые потоки, влиять на тот или иной вид продукции, диктовать свои условия и тем более искусственно сдерживать цены. Губернаторы добровольно объединили усилия, чтобы лоббировать свои интересы, выходить с законодательной инициативой. Ведь на сегодняшний день нет той законодательной базы, которую имела аграрная Россия в начале ХХ в., славившаяся на весь мир экспортными поставками зерна.

Созданный союз будет вести такую зерновую политику, чтобы обеспечить стабильный продовольственный рынок в стране. Кроме того, его задачей является и выход на мировые рынки. Сегодня страна закупает импортное зерно за доллары и в то же время продаем свое по цене значительно более низкой. Чтобы не было таких перекосов, необходимо изучать собственный опыт, обобщать практику других стран, где давно такие структуры работают.

Большое внимание в регионе придается развитию межрегионального сотрудничества. Достаточно сказать, что на сегодняшний день Саратовская область имеет 65 соглашений (договоров) с другим субъектами РФ, география которых – от Республики Ингушетия на юге России до Ханты-Мансийского автономного округа на севере. В 1998 г. подписаны договоры о сотрудничестве с Республикой Мордовия, Приморским краем, Пензенской, Липецкой и Тюменской областями. Готовятся проекты договоров с другими российскими регионами.

В рамках имеющихся соглашений и договоров о всестороннем сотрудничестве с органами государственной власти других субъектов РФ областные министерства и ведомства заключают договоры о сотрудничестве в конкретных сферах взаимодействия, налаживают обмен передовым опытом работы.

В условиях, когда горизонтальные связи практически разрушены, отсутствует система централизованного распределения продукции, заключение новых договоров позволяет найти дополнительные (исключая прямые связи между предприятиями) направления взаимного сотрудничества в сфере производства, торговли и культурного обмена.

О межрегиональных рынках

Эффективность рыночных преобразований в значительной степени зависит от темпов и масштабов преодоления разобщенности товарных рынков субъектов РФ, создания единого для страны экономического пространства, оживления местного производства и повышения его конкурентоспособности, увеличения объемов взаимных поставок между регионами. Достижение этой цели предполагает решение многих задач, в том числе:

снижение значимости или полную ликвидацию барьеров для межрегионального товарообмена, осуществляемого с использованием услуг различных видов транспорта;

размещение филиалов основного производства в других регионах страны;

выравнивание условий хозяйствования, влияющих на производство и стоимость продукции субъектов РФ.

В настоящее время в правительстве Саратовской области создана рабочая группа, обеспечивающая выполнение плана мероприятий по проведению предварительного анализа соответствующего межрегионального товарообмена и структуры межрегиональных товарных рынков. Этот план разработан на базе методических рекомендаций по развитию межрегионального товарообмена и формированию конкурентной среды на межрегиональных товарных рынках, подготовленных Государственным антимонопольным комитетом РФ для апробации в органах исполнительной власти 19 регионов России, в число которых вошла и Саратовская область.

Большая роль в развитии межрегионального сотрудничества в нашем регионе на данном этапе принадлежит Ассоциации экономического взаимодействия республик и областей Поволжья “Большая Волга”. Саратовская область принимает активное участие в мероприятиях, проводимых ассоциацией, в частности в реализации межрегиональной экологической программы “Возрождение Волги”, одобренной правительством РФ. В настоящее время согласованы первоочередные мероприятия этой программы, разработан организационно-экономический механизм ее выполнения. В конце сентября 1998 г. в г. Саратове проведены заседания координационного совета Поволжского региона и комитета по экологии Ассоциации “Большая Волга”, на которых рассматривались экологические проблемы Поволжья. Основные темы заседаний – создание сети межрегионального, трансграничного мониторинга водных ресурсов бассейна реки Волги с использованием средств автоматизированного наблюдения и пути решения проблем переработки и утилизации отходов в Волжском регионе.

12 – 13 января 1999 г. в г. Саратове состоялось выездное заседание президиума Межгосударственного экономического комитета (МЭК). Впервые за четыре года существования заседание этого комитета прошло не в Москве или Минске, а в одном из регионов России. Сегодня такое время, когда заключать прямые экономические контакты с государствами Содружества стремятся именно регионы России. Это означает восстановление нарушенных экономических связей в соответствии с действующим в каждой стране законодательством. Ведь хозяйства регионов в недавнем прошлом развивались как части единого, союзного, экономического пространства. В нынешней ситуации Саратовская область может стать своего рода экспериментальной площадкой для наработки новых межрегиональных экономических связей между странами СНГ.

Если мы хотим, чтобы в областях были созданы режимы более тесных отношений между предприятиями стран СНГ, то необходимо упростить таможенные процедуры, юридически закрепить свободный въезд и выезд граждан, открыть торговые представительства. Страны СНГ так же, как и Россия, наконец-то осознали, что сегодня на мировых рынках их товар в основном неконкурентоспособен. Реальный рынок для всех – в рамках бывшего Союза.

На заседании МЭКа подписано соглашение о создании особой экономической зоны “Содружество”. Возможность и целесообразность формирования такой зоны на территории Саратовской области обусловлены географическим и исторически сложившимся положением области на пересечении торговых путей, соединяющих страны Европы и Азии. С недавних пор Саратовская область стала приграничной территорией РФ, протяженность ее границы с Казахстаном составляет 551,5 км.

Реализация проекта “Содружество” позволит решить ряд общих для стран СНГ проблем, обеспечит стабильное развитие национальных экономик стран Содружества.

Не побоюсь сказать не только за себя, но и за многих коллег, что воспринимаем развитие связей регионов с другими государствами как наш вклад в укрепление авторитета, силы, влияния России.

К нашей области проявляют внимание деловые круги и правительства многих стран. На предстоящем этим летом международном форуме в г. Саратове мы намерены рассмотреть широкий круг вопросов, в том числе и те, которые касаются проблем федерализма, регионов.

1 См.: Soros G. The Crisis of Global Capitalism. [Open Society Endangered]. L., 1998. P. XII.

vasilievaa.narod.ru

Взаимоотношения «центр-регионы» в федеративных государствах как проблема политической науки

Применительно к федерациям говорят о существовании федерального центра, который понимается как система общегосударственной власти в федеративном государстве в целом и как центр принятия решений в сфере федеративных отношений, т.е. регулирования взаимоотношений с составными частями и координации их деятельности.

Понятие регион характеризует «практически любое территориальное образование от небольших ареалов, включающих даже часть одного муниципального образования, до межконтинентальных территориальных систем». В рамках настоящего исследования термин «регион» понимается в значении простейшего вида политико-географической структуры государства представленного административно-территориальным делением.

В настоящее время в большинстве государств число административных единиц колеблется от 10 до 50, что считается оптимальным для эффективного управления. Иногда используется крупная сетка административно- территориального деления, например, в Австрии (восемь земель), Пакистане (пять), Австралии (шесть), Канаде (десять) и др. Примерами стран с самой дробной сеткой АТД служат Российская Федерация (89 субъектов) и Франция (96 департаментов). Это ставит государство перед проблемой налаживания эффективного управления территориями. В одних случаях проблема решается унитаристскими методами (Франция), в других — путем повышения самостоятельности территорий и «разгрузки» центра от полномочий (Россия).

В федеративном государстве регионы обладают большим количеством атрибутов, свойственных государству в целом. В частности, в государстве, основанном на этих принципах, на уровне каждого региона по образу и подобию самого государства происходит разделение власти на законодательную (в правовом государстве — первичную по отношению к остальным), исполнительную и судебную ветви. Т.е. регионы в федеративном государстве в определенных сферах дублируют структуру самой федерации. Учитывая эти особенности, в отношении регионов, формирующих федерацию, применяют термин субъекты федерации.

Субъекты федерации имеют ряд признаков, которые отличают их от областей унитарного государства. Конституции признают наличие собственных правовых и политических систем, а также обеспечивают защиту и гарантии прав субъектов. В качестве одного из основных принципов выступает порядок формирования верхних палат федеральных парламентов на основе равного или пропорционального представительства субъектов федерации.

Отношения в системе «центр — регионы» конфликтны по своей природе. Практически всегда регион стремится к определенной политической автономии, зависящей от своего уровня развития. Субъект федерации стремится к освоению определенной компетенции, требует определенного числа «степеней свободы». Формы реализации этого стремления можно свести к следующему: достижение «внутренней» государственности с ограниченными формами суверенитета, гражданства, государственными институтами, символикой и пр.; развитие институтов региональной власти и их автономии от центра (в частности через институт всенародных выборов); развитие регионального нормотворчества в рамках соответствующей компетенции и борьба за расширение компетенции.

В отношениях с центром регионы заинтересованы в обеспечении представительства и защиты своих интересов. Можно определить аналог региональной политики, которую, как известно, проводит центр, в отношении регионов. Речь идет о политических институтах и практиках, позволяющих регионам воздействовать на федеральный уровень, влиять на его региональную политику. Их совокупность можно назвать региональным вмешательством или региональным лоббизмом, в основе которого — отстаивание региональных интересов на федеральном уровне.

Наделение субъектов федерации определенной степенью автономности и предоставление ей легитимных механизмов лоббирования собственных интересов на федеральном уровне (например, через верхнюю палату парламента) является формой децентрализации государственно-территориального устройства. Т.е. это форма обособления или разграничения предметов ведения, полномочий и ресурсов в соответствии с конституционно-правовым статусом отдельных частей государства.

К числу гарантий прав субъектов федерации следует отнести требование целостности их территорий, границы которых не могут быть изменены без предварительного согласия представительных органов. Другой, также достаточно действенной мерой, является порядок изменения конституции, поправки в которую могут быть внесены только в случае ратификации большинством штатов или одобрения на референдуме.

Децентрализация управления существует во всех типах государств (единственное исключение — Ватикан) вне зависимости от того, называют ли они себя федерацией или унитарными государствами. В то же время существенно различается степень этой децентрализации, — от рассредоточения частных функций центра между полностью подчиняющимися ему территориальными органами до конституционного или договорного разграничения функций государственного управления между федерацией и ее субъектами.

В принципе, федерация как единое неделимое государство немыслима без ее безусловного суверенитета на всей занимаемой территории. Вместе с этим, существуют разные взгляды на проблему так называемой делимости суверенитета.

По мнению одних исследователей, федерация — это объединение государств или государственных образований. Поскольку о государстве можно говорить тогда и только тогда, когда оно обладает той или иной долей суверенитета, то можно сказать, что федерация делит суверенитет со своими субъектами.

Другие ученые говорят о невозможности самого деления суверенитета, т.к. это ставит под сомнение его основной признак — единство. «Разделив» неделимую сущность (фактически провозглашая образование нескольких государств под одним названием), концепция делимости суверенитета, по мнению этих исследователей, не вполне справедливо рассматривает суверенитет как абстрактную сумму двух властей, образующих некое новое единство. Как отметил Н. Ушаков, «суверенитет либо есть, либо его нет». Допущение двойственности в осуществлении государственных полномочий, неизбежно приводит к выводу об отсутствии у федеративного государства единого суверенитета, поскольку неясно, каким образом, имея два источника образования, в результате появляется все-таки один суверен.

Субъект федерации не обладает верховенством власти на своей территории и независимостью во внешних связях, т.к. субъект федерации всегда признает в каком-либо отношении политическое и юридическое старшинство федерации. Особенно явно это проявляется на примере действия на территории субъектов федеративного государства федерального права: органы власти субъекта не вправе самостоятельно препятствовать применению федеральных законов, причем даже в случае, если федеральные акты вторгаются в компетенцию членов федерации.

В настоящее время более обоснованной теоретически представляется концепция наличия у субъекта федерации не суверенитета, а совокупности полномочий или предметов ведения, делегированных федерацией органам власти члена субъекта федерации на осуществление определенных властных функций в пределах и сферах, оговоренных в федеральной конституции. Пытаться разделение полномочий считать выражением делимости суверенитета — не что иное, как подмена понятий. Реализуются именно полномочия органов власти субъектов федерации, распределенные в конституции, но не суверенитет, который всегда един. В настоящее время наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой субъекты федерации являются не политическими образованиями, а, скорее, регионами с формально государственной структурой и ограниченной государственной самостоятельностью.

Определяющим фактором развития федеративных отношений в государстве является установление политико-правовых отношений между федеральным центром с одной стороны и субъектами федерации с другой. Именно разграничение полномочий между федеральным центром и регионами лежит в основе региональной политики в государстве.

Распределение полномочий между федерацией и ее субъектами обычно находит свое отражение в конституции и/или законодательстве федеративного государства. При разграничении полномочий между двумя уровнями обеспечивается верховенство федеральной конституции и законов, соответствие им конституций и законов субъектов федерации.

Традиционно федеральный центр в федеративных государствах оставляет за собой следующие важнейшие задачи и гарантии: обеспечение территориальной целостности федерального государства (оборона, безопасность, внешние связи); обеспечение целостности конституционной системы федеративного государства (судебная система, основы законодательства); сохранение единого экономического пространства (денежная и кредитная политика); обеспечение субординации в деятельности федеральных органов и органов субъектов федерации; гарантии, обеспечивающие выполнение решений федеральных органов на всей территории федерации.

Сложной и всегда политически окрашенной проблемой становится нахождение баланса выгод и недостатков централизации и децентрализации. При этом велика опасность перекосов в одну или другую сторону. Если децентрализуется «все» («центр» фактически исчезает), то прежняя система полностью деформируется: вместо прежнего центра появляется несколько новых (по такой схеме, например, происходит распад сложно устроенных государств).

В любой целостной системе децентрализация уместна лишь тогда и поскольку, когда и поскольку есть центр. Если же централизуется «все» («субъекты децентрализации» исчезают), то возникает унитарное, тоталитарное по организации управления и, в конечном счете, по духу государство. Для стабильного развития государства необходимо постоянно поддерживать должную пропорцию централистских и децентралистских интенций, необходимо уметь правильно оценивать и соединять выгоды централизации и децентрализации.

Остается и, более того, приобретает все большее значение задача системного обоснования пропорций и пределов любой децентрализации. Особый круг методологических и практических трудностей возникает в связи с тем, что децентрализация власти, полномочий и ресурсов в реальной жизни крайне редко осуществляется «точечным» образом. Гораздо чаще соответствующие действия производятся крупными блоками. Данная проблема актуальна практически для всех государств. В качестве примера здесь можно привести ст. 71-73 Конституции РФ относительно полномочий субъектов РФ или перечень «вопросов местного значения», образующих содержательную часть полномочий местного значения. Внутри указанных полномочий на разных уровнях децентрализации есть много практически одинаковых (дублирующих) позиций, а в реальном распределении одних и тех же функций между федеральной, региональной и местной властью есть множество несогласований.

Для оптимизации разграничения полномочий между центром и регионами в конце XX в. в федеративных государствах мира начал активно использоваться принцип субсидиарности. В соответствии с ним на вышестоящий уровень управления передается решение только тех проблем, для решения которых у нижестоящего уровня объективно не хватает ресурсов. Таким образом, в федеративных государствах принцип субсидиарности способствует процессу поиска со стороны регионов резервов саморазвития, стимулирует формирование собственных стратегий и системообразующих связей в рамках всего государства.

Кстати, данный принцип нашел свое отражение в ряде документов Совета Европы и стал важным структурообразующим принципом Европейского Союза.

Стабильность в решении вопросов взаимодействия между федерацией и ее субъектами может быть достигнута лишь в том случае, когда принципы их осуществления исчерпывающим образом заложены в конституции. Необходимо также отметить, что от того, как разграничены предметы ведения между федерацией и ее субъектами зависит роль, которую играют федеральный центр и субъекты федерации в федеративном государстве.

В силу присущих каждой конкретной стране специфических исторических, национально-культурных и иных особенностей и политических традиций, разные федерации реализуют у себя разные модели федерализма. Соответственно, существует множество концепций и моделей федерализма и федеративного государства. В той же мере это относится к особенностям отношений между центром и регионами.

Федеральный центр, также как и регион, представляют собой системы политических институтов и политических интересов, которые находятся в постоянном взаимодействии. Нормально функционирующая система «центр- регионы» предполагает взаимозависимость институтов центральной и региональной власти, наличие сдержек и противовесов по вертикали.

Таким образом, под федерализмом подразумевается государственное устройство, широко применяющие принципы децентрализации властных полномочий, закрепленные в общегосударственном законодательстве. Реальный федерализм возможен только при наличии демократического режима и ряда других условий. Федерализм выступает не как статичная, а как динамичная форма государственно-территориального устройства, гибкость которой имеет особую важность для государств со сложным внутренним устройством (территориальными, этническими, социально-культурными и иными особенностями и др.).

Федеративное устройство подразумевает наличие, по меньшей мере, двух уровней власти и управления, между которыми существует сложная система взаимоотношений в рамках системы «центр — регионы». Федеративное государство состоит из субъектов, обладающих высокой степенью самостоятельности, однако, суверенитетом в федерации обладает только федеральный центр.

Козлов Павел Александрович

www.jourclub.ru

Проблемы взаимоотношения центра и регионов

Результаты опроса федеральной элиты
“О взаимоотношениях Центра и регионов”

ЦПК “Никколо М” совместно с ЦПСИ в марте-апреле 1999 года провел эксклюзивный опрос 22-х представителей федеральной элиты: депутатов Государственной Думы, представителей администрации Президента РФ и Правительства РФ, а также ведущих журналистов. Целью опроса было определение, какие изменения, по мнению экспертов, произошли за последний год во взаимоотношениях Центра и регионов.

Практически все эксперты отметили, что за прошедший год в отношениях Центра и субъектов Федерации произошли заметные изменения. Причем многие связали их прежде всего с событиями 17 августа прошлого года. Тогда региональным лидерам пришлось принимать решения самим. И, по высказанным оценкам, многие губернаторы, удержав ситуацию, “почувствовали свою силу”, “возможность действовать самостоятельно”. Этот “вкус некоторой свободы они уже не забудут.

В большей части интервью присутствовала тревога за нынешнее состояние отношений между Центром и регионами, отмечалась неурегулированность многих вопросов. Однако крайние суждения, в частности, о развале России звучали редко.

Многие эксперты обращали внимание на неудовлетворительное состояние исполнительской вертикали. У Центра стало меньше рычагов влияния на регионы – и финансовых, и политических. Слаб институт представителей президента в регионах. Эксперты отметили и слабость, непоследовательность кадровой политики. Не сформулированы ее принципы.

Некоторыми экспертами отмечалось, что выборы губернаторов привели к тому, что на эти должности во многих регионах пришли представители оппозиции. Они ведут подчас независимую от Центра политику, противоречащую федеральным законам. На законодательном уровне в субъектах Федерации принимаются решения, которые противоречат федеральному законодательству.

Уменьшение политической зависимости провинции от Москвы усугубилось и субъективным фактором — постоянной неработоспособностью российского Президента.

В качестве наиболее острых проблем эксперты назвали неурегулированность межбюджетных отношений, рост социальной напряженности и забастовочного движения из-за несвоевременного перечисления в региональные бюджеты федеральных трансфертов, новый виток передела собственности (в частности, в Красноярском, Алтайском краях, Кемеровской области), очередной виток напряженности на Северном Кавказе.

Характеризуя отношения Центра и регионов в целом как сложные, многие эксперты в то же время зафиксировали изменение общей тенденции: “Если раньше мы говорили о развитии федерализма однобоко, с упором на регионы, то сейчас, с приходом Правительства Е.Примакова, маятник пошел в сторону Центра”.

В связи с этим высказано мнение, что в ближайшие год-полтора до президентских выборов будет взаимная притирка, которая будет проходить достаточно сложно. Особенно это касается регионов-доноров.

Часть экспертов отметили, что Правительство стало регулярно общаться с регионами, демонстрируя стремление глубже понять проблематику регионов, наладить рабочие контакты с региональными администрациями. Отмечено, что имеется и встречное движение. Даже острые вопросы, в особенности связанные с принятием бюджета, не выливаются в прямое противостояние. Губернаторы пытаются решать свои региональные проблемы более легитимно и законным путем. Сокращается практика принятия законодательных актов в регионах без оглядки на федеральное законодательство. Как правило, на обращения Минюста и прокуратуры региональные прокуроры реагируют оперативно, даже если речь идет о незначительных нарушениях.

Эксперты не дали однозначных оценок при ответе на вопрос о перераспределении полномочий между Центром и регионами.

Многие отмечают, что сейчас есть попытки перераспределить властные полномочия. Но есть законодательная база, она регулирует взаимоотношения между регионами и Центром таким образом, чтобы последнее слово всегда принадлежало Центру, хотя Центр в прошлом делал некоторые шаги, которые, с точки зрения государственников, были опасны. Эти законодательные уступки касались прежде всего республик.

Отмечена тенденция перераспределения полномочий по необходимости. Имея массу точек напряжения в социальной сфере и не видя возможность оперативного решения с помощью федерального Центра, региональные власти вольно или невольно начинают рассчитывать только на свои возможности, а это требует перераспределения налогооблагаемой базы.

Региональщики видят слабость Федеральной власти в целом ряде вопросов, в том числе по поддержке, например, федеральных структур в регионах (суды, прокуратура, силовики). Оказывая поддержку этим федеральным органам, они взамен требуют и большей ответственности за решение и других вопросов, в частности, по кадрам. Это естественный процесс. Но здесь нужно налаживать взаимодействие и искать баланс интересов федеральных структур и регионов. В немалой степени это касается прав собственности, на которые региональная власть претендует.

Пограничные регионы готовы брать часть полномочий федерального Центра по обустройству границ, по налаживанию таможенных пропускных пунктов, приграничных контрольных пунктов и т.д. несмотря на то, что это чисто федеральная проблематика, но, регионы, понимая ту часть ответственности, которая лежит на них, готовы оказывать Центру помощь и содействие.

Проблема перераспределения полномочий, по мнению большинства экспертов, это в значительной степени проблема политической власти, политической воли на федеральном уровне. Субъекты Федерации становятся все более активными, оказывают все более серьезное влияние на политические процессы в стране. В политическом смысле Центр теряет контроль над регионами. И это вопреки тому, что на самом деле никаких серьезных экономически предпосылок для этого нет.

В то же время Центр сохраняет экономические рычаги влияния на регионы. Экономическая власть у Федерации, безусловно, сегодня есть.

В большинстве интервью высказывадлось мнение, что региональные власти заинтересованы в сильном и эффективном Центре, но границы такой заинтересованности весьма подвижны и в основном связаны с экономической ситуацией в области. С другой стороны, перераспределение полномочий от Центра к регионам рассматривается как объективный процесс. “Есть широкий круг значимых для субъекта Федерации проблем, которые по инерции приходится решать в Москве”.

Говоря о ближайших перспективах взаимоотношений Центра и регионов, эксперты связывают их с решением ряда проблем федерального уровня. Прежде всего, это эффективность социально-экономической политики, стабильность Правительства Е. Примакова, перспективы импичмента Президента, результаты переговоров с МВФ, очередные парламентские и президентские выборы, способность государства справиться с проблемой политического экстремизма, конституционный процесс.

Но оздоровление ситуации во взаимоотношениях Центра и регионов эксперты связывают со сменой поколений в федеральной власти. “По мере усугубления экономического кризиса переток полномочий из Центра в регионы будет продолжаться, что, в свою очередь, может провоцировать новую волну кризиса. Этот замкнутый круг может быть преодолен в случае прихода к власти на федеральном уровне политиков, пользующихся доверием большинства региональных лидеров (например, Е.Примакова). В этом случае губернаторы могут сознательно ограничить свои полномочия ради выполнения некой согласованной программы выхода из кризиса”.

www.socarchive.narod.ru