Цветовая шизофрения

Психосемантика цвета при шизофрении

Отношение людей к цвету, в том числе и больных шизофренией, проявляется не только в чувствах симпатии-антипатии к этому цвету, но и в тех значениях, которые он для него носит.

Выше мы убедились, сколь значимым для цветовых выборов больных шизофренией является то значение, которое они приписывают цвету. Учитывая характер психопатологии при шизофрении, в частности, нарушения мышления, можно предположить, что процесс цветового ассоциирования у больных в сравнении с психически здоровыми претерпевает значительные изменения.

Вместе с тем, нельзя однозначно оценивать изменения психики при шизофрении — как распад и деградацию. Даже больной «хроник» (длительно болеющий, практически, без ремиссий) может неожиданно обнаружить достаточно высокий уровень сохранности тех или иных психических функций («островки», по выражению Л.Н. Богатской — 1971).

Т.Я. Хвиливицкий (1964) обратил внимание на «неожиданное, с точки зрения обычных, сложившихся представлений, поразительное многообразие эмоционального спектра (у больных шизофренией), которое особенно отчетливо обнаруживается в процессе лечения, в том числе и у давних хронических больных-шизофреников» (с.270).

Там, где клиническое обследование видит у больного лишь апатию и эмоциональную тупость, цветовое ассоциирование, нередко, показывает сохранившуюся способность к тонким и дифференцированным эмоциональным переживаниям. Приведем несколько примеров цветовых ассоциаций больных с клинически определяемой эмоциональной тупостью.

Серый: «Не очень хороший день, плохое настроение, такой же как моя жизнь», «серый человек, ничего не понимает, больной», «пересохшая без воды земля».

Темно-синий: «Море, даль, бесконечность, чувство спокойствия». «Вызывает грусть, мрачное настроение», «успокаивает, бархатный».

Сине-зеленый: «Цвет жизни, освежающий, успокаивающий».

Красный: «Какой-то праздник, но не очень вызывает это чувство», «радостный, возбуждающий». Нередко в ассоциациях больных на красный проявляются их болезненные переживания: «тепло, огонь, когда я долго не засыпаю, вижу огонь».

Желтый: «Теплый, солнечный, чувство тепла», «тревожный, раздражающий».

Фиолетовый: «Приятный, красивый, освежающий», «теплый, радость, счастье».

Коричневый: «Спокойный, неяркий, невыразительный, безразличен мне».

Черный: «Печаль, волнение, траур», «это страх, страх смерти». Как и красный, черный также часто оказывается связанным через свои ассоциации с неприятными для больного переживаниями.

Цветоэмоциональные значения красного и черного по сравнению с другими цветами основной таблицы теста Люшера у больных шизофренией остаются в наибольшей степени понятными и традиционными. С черным цветом чаще всего связываются отрицательные эмоции: «горе», «страх», «вина», «стыд». С красным — «радость».

Другие цвета вызывают у больных разноплановые, вычурные, преимущественно, предметные по своему характеру ассоциации. Эмоция «радость» могла быть обозначена серым цветом, потому что «серый — цвет дождя, а я дождь люблю». Даже при внешне понятном цветовом ассоциировании, может наблюдаться неадекватное обоснование: «серый — цвет горя, т.к. он — цвет мозгового вещества, которое грустит».

Подобные особенности цветовых значений проявляются не только в ситуации свободного ассоциирования, но (в еще более выраженной степени) при оценке цвета по методике семантического дифференциала.

Использование «СД» в нашем исследовании (1991) преследовало цель определения роли психосемантических значений цвета в акте цветового ранжирования. В связи с этим, в список шкал «СД» была включена «шкала выбора цвета» («самый симпатичный — несимпатичный»).

Факторный анализ выделил 4 фактора, охватывающих 93% дисперсии результатов. Состав каждого из факторов и факторные нагрузки шкал приводятся в таблице 3.1.5.1..

Первый, «генеральный» фактор, лишь отдаленно напоминает фактор «А», выделенный Ч. Осгудом. Вхождение в его состав шкалы «выбора цвета», позволило проинтерпретировать данный фактор, как «фактор положительного цветового выбора». Согласно значениям шкал, вошедших в него, в качестве симпатичных больные шизофренией выбирают цвета, действующие на них стимулирующим образом, снимающие напряжение, вызывающие положительные эмоции, но вместе с тем, действие которых не слишком интенсивное.

Цвета, которые оцениваются больными, как «сильные» (см. фактор 2), попадают в разряд отвергаемых. Интересно, что для больных шизофренией качество «силы цвета» связано со степенью его возбуждающего воздействия (в негативном плане). Можно сказать, что больные «уважают» такие цвета, но они для них являются субъективно чуждыми, что подтверждает вхождение в состав данного фактора шкалы «не похож на меня». Анализ содержания фактора N 2 позволяет интерпретировать его как «фактор негативной силы». Возможно, что чувство угрозы, которое испытывают больные в отношении этих цветов, возникает также в результате действия механизма проекции.

Третий фактор является усеченным вариантом фактора «Е». Он не связан непосредственно с тем или иным вариантом цветового выбора, а отражает положительные значения цветов не сказывающиеся, однако, на отношении к цвету со стороны больного.

helpiks.org

Цвет и психика

ГЛАВА 3. Отношение к цвету при психических заболеваниях

Исследования восприятия и отношения к цвету при различных формах психической патологии представляют особый интерес. С одной стороны, они способствует более глубокому и дифференцированному пониманию закономерностей цветового воздействия на психику, генезиса и содержания цветовой символики, а с другой, — патопсихологических механизмов психических нарушений, прежде всего, аффективной сферы человека. Кроме этого, цвет может быть использован в качестве средства ранней и дифференциальной диагностики психических отклонений.

Есть ли цвет у безумия? Отражают ли цветовые симпатии психических больных психопатологическое содержание болезни? Что символизирует цвет для больного? В настоящей главе мы попытаемся ответить на эти и другие вопросы, связанные с проблемой цвет — психическая патология человека.

О психиатрических учреждениях, нередко говорят — «желтый дом». В. Кандинский видит в «охлажденном» желтом «красочное выражение безумия», причем, как принято выражаться в быту, «не тихого помешательства», а яркого безумия, слепого бешенства. Надо признать, что это не просто остроумная метафора. Как будет показано ниже, желтый цвет при ряде психических болезней занимает особое место. Но как показывает наш многолетний опыт исследования психических больных, и результаты многих экспериментальных работ в данной области, у безумия нет одного цвета. Точнее, у разных форм безумия имеется свой цвет. И, возможно, в будущем «цветовая классификация» форм психической патологии не будет восприниматься как нечто эксцентричное и лженаучное.

Одним из самых тяжелых и распространенных психических заболеваний является шизофрения или «ранее слабоумие» по Крепелину. Этиология и патогенез шизофрении, несмотря на огромное число исследований, посвященных этому заболеванию, все еще до конца остаются невыясненными. Большинство современных психиатров склоняются к тому, что шизофрения представляет собой не одно цельное заболевание, а скорее группу заболеваний, имеющих определенное сходство в клинической картине, что и позволяет их классифицировать как шизофрению. Психопатологическим ядром шизофрении признается дискорданность (расщепление) психических функций — рассогласование и дисгармоничность мышления, эмоций, моторики и т.д. («шизо» — «расщепление», «френ» — «разум»; пер. с греческого).

Среди форм шизофрении различают простую, гебефреническую, кататоническую и параноидную, выделенные классиками психиатрии. В настоящее время к ним добавляют циркулярную, ипохондрическую, неврозоподобную и т.д.

3.1. Шизофрения

Первые данные о восприятии и отношении к цвету у больных шизофренией были получены психиатрами при наблюдениях за цветовой гаммой одежды больных, а также их художественной продукции.

Цвета одежд больных производили впечатление либо чего-то нелепого, неадекватного и вычурного (нередко, благодаря желтому цвету), либо — монотонности и маловыразительности. Аналогичные два варианта цветовой гаммы наблюдались и в рисунках больных, что было расценено рядом психиатров как свидетельство отсутствия какой-либо специфики в отношении к цвету, общей для всех больных шизофренией.

Произвольность и неадекватность использования красок в рисунке, вот, пожалуй, то, что признавалось общим для всех больных шизофренией. На это указывает, например, L. Navratil (1921).

J. Bobon (1957) выделил два признака неадекватности палитры рисунков больных шизофренией: краски в рисунках не соответствуют реальной действительности (ср. «неподражательные» цвета у детей по В.С. Мухиной — 1981); светотени распределены нереалистично. Также могут наблюдаться как «взрывы яркости», так и монотонная, тусклая расцветка, либо полный отказ от использования красок в рисунке ( J. Bieber., J.K. Herkimer — 1948; M.A. Landry — 1959).

Э.А. Вачнадзе (1972) сообщает, что в рисунках больных шизофренией преобладают темные, мрачные, безжизненные краски, объясняя это эмоциональным оскуднением больных.

Согласно P. Hartwich (1971), который тщательно замерял площадь, занятую в рисунке той или иной краской, больные предпочитали использовать при рисовании фиолетовую, желтую и белую краски.

Подобные результаты указывают на то, что взаимосвязи между шизофренией и отношением больного к цвету носят многоуровневый характер. В целом, для шизофрении характерно неадекватное отношение к цвету, но конкретная форма данной неадекватности определяется клинической картиной болезни.

Большинство исследователей связывало характер палитры рисунков больных с эмоциональными расстройствами, преобладающими в их клинике на момент обследования. Так H. Pfister (1934) при гебефренической форме шизофрении наблюдал как калейдоскопическую пестроту красок, так и своеобразную мрачность палитры рисунков больных, что однозначно соответствовало их эмоциональному статусу в те периоды, когда они рисовали.

Изменение палитры в зависимости от смены эмоционального состояния отмечено и С.А. Болдыревой (1974) у детей, страдающих щизофренией. В ее интересной монографии, посвященной рисункам детей, больных шизофренией, приводится случай с мальчиком 6 лет, рисующим черным цветом свалки и помойки, в период депрессивного состояния. При смене депрессии манией мальчик стал рисовать цветущую землю, изображая все красным цветом.

Цвет в рисунках больных отражает не только эмоциональную патологию при шизофрении, но и тематику бредовых и галлюцинаторных переживаний, выступая в качестве их символа или знака.

Главную роль, при этом, играют все те же три «основных» цвета, составляющие «цветовой архетип» человека — белый, черный и красный.

Преобладание в рисунке того или иного цвета зависит от содержания психопатологической продукции и отношения к ней самого больного.

Так, преобладание в рисунках больного черного цвета указывает на устрашающие галлюцинаторные и бредовые переживания. Черные образы символизируют для него зло, насилие, опасность, смерть, болезнь и т.д. (Н.К. Суворова — 1970; С.А. Болдырева — 1974).

Красный также, нередко, связан с галлюцинациями и бредом. Например, J. Jakab (1959) наблюдал в рисунках больного символическую связь между красным цветом и бредовыми идеями воздействия электрическим током. С.А. Болдырева указывает на то, что дети, страдающие шизофренией, часто используют для отображения своих галлюцинаторных образов красную краску, особенно, если галлюцинации сопровождаются психомоторным возбуждением (1974).

Использование белого, в том числе, и намеренное не закрашивание больших областей белого листа бумаги чаще всего отмечается у больных, бред и галлюцинации которых носят преимущественно религиозный характер, склонных к построению метафизических систем, увлекающихся нетрадиционными философскими и психологическими учениями.

Можно предположить, что цветность рисунка больного шизофренией может служить индикатором наличия продуктивной симптоматики — бреда, галлюцинаций и т.д. В то время, как отсутствие интереса к цвету, на что указывает С.А. Болдырева, свидетельствует о злокачественном протекании болезненного процесса, характеризующегося негативной симптоматикой или выпадением определенных психических функций.

3.1.1. Цветовое зрение у больных шизофренией

Обсуждение вопроса о цвете как индикаторе психопатологических нарушений при шизофрении было бы неполным без рассмотрения особенностей цветового зрения больных. Многими психиатрами неоднократно указывалось на непосредственное влияние болезненного процесса на состояние зрительного анализатора при шизофрении (В.Д. Азбукина — 1955). Подробное изучение патологии цветового зрения у больных шизофренией было проведено А.И. Певзнер (1966; 1968; 1969; 1971).

В качестве испытуемых в исследованиях А.И. Певзнер выступали больные шизофренией с жалобами на те или иные нарушения цветового восприятия. Были выделены жалобы трех типов: «я не различаю цвета, они все одинаковые»; «я не выношу цвета, они меня раздражают» и смешанный тип жалоб. Исходя из характера жалоб, А.И. Певзнер выделила три варианта патологии цветового зрения: гипестезический (ослабление реакций на цветовые стимулы), гиперстезический (усиление) с цветовыми обманами и смешанный вариант.В качестве экспериментальной методики использовались цветовые таблицы Е.В. Рабкина (1966).

А.И. Певзнер отметила связь между цветовой гиперстезией и повышением порога цветоразличения красного цвета. Для гипестезии было выявлено повышение порогов цветоразличения синего и зеленого. В целом, тип патологии цветоощущения оказался связанным с такими клиническими показателями как давность заболевания, тип течения и характер психотических приступов. Гиперстезия чаще всего наблюдалась у больных в начальных стадиях заболевания, а само начало болезни характеризовалось как острое. Гипестезия была более характерна длят пациентов с непрерывно-прогредиентным типом течения, длительно болеющих.

А.И. Певзнер указывает на связь между гиперестезией и депрессивными расстройствами у больных. При этом отмечались «цветовые обманы», т.е. неправильное определение цветового тона. Подобная связь подтверждается и наблюдениями С.А. Болдыревой, наблюдавшей у детей, находившихся в депрессивном состоянии, сложности в опознании цветовых тонов. Красный цвет назывался синим, а синий — желтым.

Гипестезия оказалась связанной с дереализационными симптомами. Больные жаловались на то, что вокруг все какое-то «ненастоящее», нереальное, «как во сне» и т.д.

С.В. Крайц считал, что «цветовые обманы» отражают аффективные колебания при психосенсорных формах шизофрении. Наибольшее раздражающее действие на больных с гиперстезией оказывают красный и черный цвета.

В.Д. Азбукина (1976) отметила повышение порогов цветоразличения синего и желтого цветов у больных параноидной шизофренией с реактивными осложнениями.

Учитывая данные, полученные при исследовании цветового зрения С.В. Кравковым с сотрудниками, результаты исследования А.И.Певзнер можно расценить как указывающие на патологические изменения в деятельности ВНС больного шизофренией, под влиянием болезненного процесса. Нарушения реактивности ВНС у больных шизофренией отмечалась во многих исследованиях.

Кроме указанных работ, нарушения цветового зрения в форме приобретенных дисхроматопсий в зависимости от острых психотических приступов и зрительных галлюцинаций обнаружены и в исследовании И.Л. Гольдовской (1978).

Не только грубые нарушения цветоощущения являются индикаторами психических нарушений у больных шизофренией. Информацию о них несет и соотношение порогов цветоразличения.

Э.Т. Дорофеевой с соавт. (1978) при обследовании больных шизофренией с психопатоподобным синдромом было выявлено, что изменение порогов цветоразличения в их соотношении между собой позволяет достаточно точно определить преобладающее эмоциональное состояние больных.

По данным Г.Я. Якуповой (1982) пороги цветоразличения испытывают влияние от терапии нейролептиками. Независимо от эмоционального состояния, наименьшие пороги цветоразличения наблюдались у больных, не получавших нейролептики. Абсолютная величина цветового порога не несет информации о глубине эмоционального дефекта. Это подтверждает вывод Э.Т. Дорофеевой (1970), что для диагностики эмоциональных состояний пациентов, информативным является именно соотношение порогов цветоразличения между собой, а не их абсолютные показатели.

Вместе с тем, И.Г. Беспалько (1975) не исключает, что при различных психических заболеваниях, в частности, шизофрении и маниакально-депрессивном психозе, абсолютная величина цветовых порогов по всему спектру может различать больных этими заболеваниями между собой, когда речь идет о больных общего соматотипа, в частности, пикниках. Соматотип больного является решающим фактором как для абсолютных величин порогов цветоразличения, так и для соотношения их между собой (см. главу 2).

Опираясь на результаты рассмотренных работ, можно сделать вывод, что изменения цветовой чувствительности при шизофрении в грубой ли форме (например, цветовые обманы) или выявляемые лишь с помощью специальных экспериментальных методов, отражают клиническую картину данного заболевания.

3.1.2. Цветовые предпочтения

В отличии от нарушений цветовой чувствительности при шизофрении, цветовые симпатии больных нельзя рассматривать только как непосредственную реакцию на болезненный процесс. Как это было показано в предыдущей главе, они могут быть опосредованы целой системой факторов, как психофизиологического, так и социально-психологического плана. Проявление болезни в цветовых выборах людей, страдающих шизофренией, как и в рисунках, прежде всего, сказывается в неадекватном отношении к цвету.

А.Л. Зюбан и Ю.В. Яновский (1970) изучали цветовые предпочтения больных шизофренией с целью проверки гипотезы Ю.Ф. Полякова (1962; 1969) о нарушении избирательности у больных при актуализации эмоционального опыта. Авторами был использован набор из 27 оттенков трех степеней насыщенности на основе краткой шкалы цветовых образцов Г.Г. Автандилова. Всем испытуемым были поставлены три задачи:

1. Выбрать два или более привлекательных для них цвета;

2. Выбрать два или больше неприятных цветовых тонов;

3. Разделить все цвета на три группы — «веселые», «мрачные» и «нейтральные».

В качестве «приятных» больные шизофренией чаще всего выбирали голубой, красный, зеленый, а также — черный и серый. Желтый и коричневый оценивались подобным образом очень редко. В 58 случаях из 150 (39%) все цвета «скопом» были оценены как «приятные».

В разряд самых «неприятных» чаще всего попадали те же черный и серый, что можно расценивать как проявление эмоциональной амбивалентности, столь характерной для больных шизофренией.

Классификация цветов по эмоциональному содержанию показала, что наряду с общепринятой оценкой «веселый» таких цветов как красный, голубой, оранжевый и зеленый, больные нередко, относили к данной группе серый, черный и коричневый.

Наибольшие затруднения испытуемые обнаружили при выборе «мрачных» цветов. В 45 случаях (30%) больные вообще отказывались это делать (феномен цветового отказа), мотивируя тем, что они — «все веселые» или «нейтральные». В остальных случаях «мрачными» чаще оценивались серый, черный и коричневый, но в процентном отношении подобная оценка этим цветам выставлялась больными реже, чем психически здоровыми испытуемыми («смягченный» цветовой отказ). К «нейтральным» чаще всего больные относили темно-оранжевый, темно-синий, бежевый, красный и зеленый.

По мнению авторов проведенного исследования полученные результаты свидетельствуют о нарушении цветоэмоционального ассоциирования при шизофрении и, тем самым, подтверждают гипотезу Ю.Ф. Полякова.

На наш взгляд, одним из самых интересных результатов данной работы, является выявление феномена «цветового отказа». Само это понятие было введено позже и независимо от авторов предыдущей работы, Н.В. Агазаде и Л.М. Кульгавиным (1982). Ими было обнаружено, что при тестировании больных шизофренией тестом М. Люшера, многие из больных после выбора 2-3 наиболее симпатичных цветов, отказываются далее продолжать цветовое ранжирование. Больные чаще всего выбирали как симпатичные красный и желтый, а также — фиолетовый и синий. То, что в обоих исследованиях, несмотря на различие методик, авторы столкнулись с одним и тем же психологическим феноменом, подтверждается принципиальным сходством условий его проявления — ситуация выбора «неприятных» цветов (напомним, что в тесте Люшера производится ранжирование цветов по степени «приятности», симпатичности для испытуемого).

Н.В. Агазаде и Л.М. Кульгавин связывают «цветовой отказ» с последствиями черепно-мозговой травмы (ЧМТ) у больных шизофренией, т.к. сходные результаты были обнаружены и в группе больных с последствиями ЧМТ, а у многих больных шизофренией, отказавшихся от продолжения цветового ранжирования, в анамнезе также были отмечены ЧМТ разной степени тяжести. Однако есть основания не согласиться с подобной точкой зрения на природу цветового отказа при шизофрении. Больные с последствиями ЧМТ, как это отмечают и сами Н.В. Агазаде и Л.М. Кульгавин, прежде всего, отказывались от выбора самых ярких цветов теста Люшера — желтого и красного, что является показателем сверхраздражимости и перевозбуждения, невозможности переносить длительное эмоциональное напряжение, в то время как больные шизофренией, несмотря на ЧМТ в анамнезе, эти цвета, как правило, предпочитали. Данные нашего исследования (1991) позволяют трактовать феномен цветового отказа, с которым нам также пришлось неоднократно сталкиваться при обследовании больных шизофренией, как проявление параноидной настроенности или установки при определенных формах шизофрении и, прежде всего, параноидной. Параноидная настроенность может быть охарактеризована как сочетание подозрительности, недоверчивости, настороженности с чувством, что окружающие относятся к больному недоброжелательно, если не открыто враждебно. Параноидная настроенность непосредственно предшествует актуализации (как говорят психиатры, — кристаллизации) бреда преследования, ущерба или других вариантов параноида.

Цветовой отказ стоит в ряду родственных ему патопсихологических симптомов. Так, например, при обследовании больных шизофренией тестом Сонди (тест лиц), те из них, у которых отмечается параноидная настроенность, отказываются выбирать фотографии людей, которых, по инструкции теста, надо оценить, как неприятных больному. «Они все хорошие» — объясняет мотивы своего отказа больной шизофренией. В то же время, как показывает более глубокий анализ, для больных с параноидной настроенностью характерен высокий уровень враждебности по отношению к окружающим, но вытесняемой из сознания больного. Вытеснение враждебности приводит к гипертрофированному «положительному» отношению, которое декларируется больным («они все хорошие»), а сама враждебность, согласно механизмам проекции, приписывается окружающим. Вытеснение враждебности носит столь глобальный характер, что сказывается даже на отношении к цветам, которые в качестве знаков или символов могут способствовать ее проявлению. Возможно, что блокирование адаптивных каналов разрядки враждебности (невозможность ее канализации) является одним из ведущих факторов патогенеза параноидной шизофрении.

Характер цветовых предпочтений больных шизофренией может отражать не только искажение эмоционального реагирования, но и предрасположенность к более частому переживанию тех или иных эмоций.

В работе Н.Л. Васильевой и Т.В. Корневой (1984) при обследовании больных малопрогредиентной шизофренией, для которых в картине болезни характерны неврозо- или психопатоподобные расстройства, было выявлено что больные, чаще отмечающие у себя апатию и раздражительность и реже — радость или спокойствие, предпочитают темные, тусклые цвета теста Люшера, а красный и желтый — отвергают. Считается, что при малопрогредиентной шизофрении изменения личности не носят столь выраженного характера (скорее, происходит их заострение), как при грубопрогредиентных вариантах. Возможно поэтому, цветовые симпатии таких больных являются психологическим понятными и, в принципе, сходными с цветовыми выборами психически здоровых испытуемых, испытывающих аналогичные эмоциональные переживания.

Смещение частоты эмоциональных переживаний вектора «радость-печаль» в сторону печали было отмечено Э.Т. Дорофеевой с соавт. (1978) при обследовании больных шизофренией с психопатоподобным синдромом с помощью методики цветовых порогов и теста М. Люшера.

Существуют ли какие либо специфические цветовые предпочтения у больных шизофренией и, если да, то какими факторами они определяются? На эти вопросы мы попытались дать ответ в своей диссертационной работе (1991).

С этой целью было обследовано 150 больных шизофренией различных форм и типов течения, но преимущественно параноидной формой.

Возраст испытуемых варьировал в пределах от 17 до 64 лет. Группы контроля составили психические больные других нозологий с шизофреноподобной симпоматикой и психически здоровые (92 и 383 человека соответственно). В качестве экспериментальной методики был использован клинический цветовой тест М. Люшера, включающий в себя 7 цветовых таблиц.

Было выявлено, что, в целом, больные шизофренией достоверно чаще, чем испытуемые обеих контрольных групп, выбирают в качестве симпатичных и приятных цветов самые яркие и светлые тона во всех 7-ми таблицах полного теста Люшера. Особенно это касалось цветов «активной» стороны: красного, желтого, оранжевого, а также — желто- зеленого, голубого и др. Темные, тусклые, мрачные оттенки выбирались больными достоверно реже, чем в контрольных группах; например, черный, темно-синий, коричневый и др.

В таблице 3.1.2.1 приведены результаты частотного анализа цветовых выборов (%) по основной таблице теста Люшера всех трех группах испытуемых (1 — больные шизофренией; 2 — психически больные с шизофреноподобной симптоматикой, 3 — психически здоровые).

Из таблицы 3.1.2.1 видно, что, например, красный цвет, ставится на первое место в ряду цветовых предпочтений каждым четвертым больным шизофренией, что значительно превышает нормативные показатели для данного цвета, полученные в группе психических здоровых испытуемых.

Таблица 3.1.2.1. Частоты цветовых предпочтений

psyfactor.org

Шизофрения: симптомы и лечение

Шизофрения – это хроническое психическое расстройство, которое характеризуется искаженным мышлением и искаженным восприятием действительности. По данным американского национального института здоровья, около 2,4 миллиона взрослых американцев (1,1 процент в возрасте от 18 и старше) страдают от этого заболевания.

Причем в зависимости от того, какого пола человек, болезнь начинает развиваться в разном возрасте. Как правило, если это мужчина, то заболевание настигает его в позднем подростковом возрасте или же когда он только переступает 20-летний рубеж. К женщинам же болезнь, как правило, приходит после в 20-30 лет.

По данным анализа данных, проводимого в 2005 году, полученных в результате популяционного исследования 46 стран, общая распространенность шизофрении одинаково наблюдается как среди мужчин, так и среди женщин. Также на ее распространенность не влияет и местожительства человека, будь то житель сельской местности или горожанин.

По данным диагностического статистического руководства по психическим расстройствам, шизофрения, как правило, сопровождается пятью характерными симптомами: бред, регулярные галлюцинации, несвязная речь, дезорганизованное поведение, а также снижение эмоциональной выразительности в совокупности с нежеланием общаться с другими людьми. Эти классические симптомы соответствуют тем, которые отмечены в 10 издании международной классификации заболеваний всемирной организации здравоохранения (еще одно руководство, которое также широко используется).

Безусловно, шизофренические расстройства могут быть эпизодическими, а могут регулярно прогрессировать.

Диагностика и тестирование

Как правило, болезнь диагностируется в том случае, если у пациента в течение продолжительного периода времени наблюдаются 2 и более классических симптома. Однако, если у человека присутствует такой один симптом, как странные галлюцинации, сопровождаемые голосовыми комментариями и соответствующим поведением, то ему также ставят подобный диагноз. Кроме этого, еще два симптома должны присутствовать: пациент не в состоянии выполнять какую-либо работу, поддерживать отношения или применять полученные ранее академические знания на практике. Причем для диагностирования болезни эти признаки должны присутствовать около 6 месяцев.

Первоначальные анализы для диагностирования шизофрении, такие как анализ крови, сканирование мозга и т.д. предназначены для того, чтобы поставить правильный диагноз и исключить влияние физических травм, алкоголя и психотропных веществ.

Лечение и лекарства

Лечение шизофрении почти всегда предполагает использование антипсихотических препаратов для облегчения многих симптомов и поддерживающей психотерапии. Лечение в основном применяется при клинических фазах шизофрении: острой фазы, фазы стабилизации и фазы восстановления.

Желание человека лечиться и принимать лекарственные препараты также оказывает немаловажное влияние на выбор лекарств. Речь идет о выборе между длительно действующими инъекционными препаратами или же о таблетках, которые принимаются во внутрь.

Также стоит отметить, что в каждом конкретном случае врачу приходится пробовать на пациенте несколько комбинаций препаратов, пока он не остановится на том, единственно верном именно для данного больного. Помимо антипсихотических препаратов, многим пациентам идет на пользу когнитивно-поведенческая терапия.

Борьба с проблемой

Так как шизофрения оказывает разрушительное воздействие не только на человека, но и на членов его семьи, очень важно со стороны медицинского персонала оказывать и им поддержку, особенно если члены семьи находятся постоянном контакте с больным. Семейная терапия должна рассматриваться не только как нечто, проводимое лишь в образовательных целях, а также для выявления и снижения влияния последствий, которые могут возникнуть в результате рецидива.

www.infoniac.ru