Депрессия как черта характера

Депрессия как черта характера

За последние годы возрос интерес к изучению преморбидных особенностей характера и личности больных МДП. Однако эти исследования вс тречают большие методический и методологические трудности. Прежде всего это почти неограниченное разнообразие классификаций и описаний личности, обусловленное принципиальными различиями в подходе и в используемых критериях. Это обстоятельство крайне затрудняет сопоставление данных разных исследователей. Другая трудность — отсутствие четкой, достаточно обоснованной и общепринятой классификации аффективных психозов.

Не меньшие сложности возникают при интерпретации полученных данных, поскольку выявленные преморбидные особенности больных МДП могут:

1) способствовать или быть причиной возникновения депрессии;

не играть роли в возникновении психоза, но быть обусловленными теми же генетическими факторами, которые являются причиной заболевания;

но участвовать в генезе депрессии, но вносить определенные черты в ее симптоматику;

4) не играть никакой роли в происхождении и клинической картине заболевания.

До недавнего времени многие психиатры находились под сильным влиянием взглядов Кречмера, согласно которым МДП, как правило, заболевают лица о циклотимным темпераментом и циклической конституцией. Психоз представляет по существу лишь количественное нарастание свойственных данному индивиду врожденных черт: нет граней между циклоидным складом характера — циклотимией и МДП или шизотимной — шизоидной психопатией и шизофренией — различия между ними лишь количественные. Действительно, еще Э. Крепелин (1910) отмечал, что у больных МДП «первый приступ болезни нередко носит характер простого усиления особенностей, обнаружившихся гораздо раньше и в более слабой степени существовавших ВСЮ жизнь, довольно легкое возбуждение или подавленность». Однако такой вариант развитии заболевания не является единственным. Ряд авторов обнаружил среди больных МДП большую частоту (до 90%) лиц пикнического телосложения, но в этом отношении существуют большие различия (от 40 до 90%), что, вероятно, обусловлено критериями, которыми руководствовались при отборе больных. На эти показатели может оказать влияние и местность, в которой проводилось исследование, так как в отдельных областях часто преобладает тот или иной тип физической конституции.

Следует учесть, что более значительная корреляция между МДП и циклоидной конституцией была обнаружена старыми авторами. Это, вероятно, частично обусловлено тем, что в начале столетия в больницы попадали более тяжелые и «типичные» больные МДП, а именно на контингенте госпитализированных больных обычно проводились исследования. Наоборот, за последние годы благодаря развитой сети внебольничной психиатрии в поле зрения психиатров стали попадать больные с легкими формами заболевания.

Однако некоторыми исследователями, в первую очередь С. А. Сухановым (1910) и Ю. В. Каннабихом (1914), уже давно было показано, что среди больных маниакально-депрессивным психозом весьма часто встречаются лица с психастеническими и тревожными чертами характера.

При предварительном исследовании преморбидных черт характера 340 больных мы условно и достаточно грубо выделяли 3 группы: с гипертимным, тревожно-мнительным и «нормотимным» характером. Две первые группы являлись полярными, 3-я — промежуточной. К гипертимным относили людей энергичных, общи тельных, активных, как правило веселых, жизнелюбивых; к тревожно-мнительным — тревожных, нерешительных, не уверенных в себе, подверженных сомнениям, мнительных, нередко ипохондричных, склонных к образованию навязчивостей. Третья группа являлась сборной: в нее вошли лица без резко выраженных черт тревожной мнительности или гипертимности, т.е. с «нормальным» характером, а также истерики, эпилептоиды и т. д.

Как видно из табл. 1, 3, 5 среди 340 больных МДП люди с гипертимным характером в преморбиде встречались в 16,8%, с тревожно-мнительным — в 18,5% т.е. в сумме они составляли несколько больше 1/3 всех больных. Отчетливые различия выявились при сопоставлении монополярного и биполярного МДП (см. табл. 3): в группе больных с монополярным точением психоза отчетливо преобладали лица с тревожно-мнительным характером (27,4%), в то время как при биполярном МДП они составляли только 8,3%. Наоборот, при биполярном течении, по сравнению с монополярным, было больше больных с гипертимным характером (соответственно 20,8 и 12,6%). В группе с биполярным МДП не было корреляции между на следственной отягощенностью и типом характера (см, табл. 5), в то время как при монополярной депрессии тревожно-мнительный и гипертимный характеры чаще встречались у наследственно не отягощенных больных (см. табл. 4).

Более тщательное изучение преморбидных личностных особенностей больных МДП обнаруживает у них ряд общих черт, присущих большинству страдающих

монополярной депрессией и значительной части лиц с биполярным течением психоза. Для них характерны добросовестность, высокое чувство долга, ответственность. На службе их знают как людей, на которых m ож ho положиться, которые не уйдут домой, не выполнив порученной им работы. Поэтому начальство охотно поручает им дополнительные задания, особенно если их нужно срочно и хорошо выполнить. В годы учебы они учатся систематически, на экзамены обычно приходят хорошо подготовленными, но экзамены даются им значительно труднее, чем сам процесс |учебы. Они, как правило, мягки, совестливы, удобны в общежитии, стремятся никого не обидеть, не задеть. У них отмечается тенденция к повышению своего социального и образовательного уровня: многие из них посещают различные курсы, кружки, вечерние школы, техникумы, институты или учатся заочно. Вообще этим людям присуще чувство некоторой неудовлетворенности собой и своим положением. Подобные черты в последнее время стали рассматриваться как типичные для преморбида больных эндогенной депрессией ( Schimoda M ., 1961).

Очевидно, в основе этих черт лежат повышенная тревожность, неуверенность, склонность к сомнениям, трудность принятия решения, сенситивность. Эти особенности выражены в разной степени и в некоторых случаях достигают уровня, позволяющего квалифицировать этих людей как тревожно-мнительных личностей. В других случаях они выражены слабо, особенно в юности, и проявляются лишь в определенных ситуациях (болезнь близких, экзамены, резкая перемена ситуации, необходимость принятия ответственного решения, особенно когда имеются альтернативные варианты). Часто тревожность и неуверенность не замечаются ни окружающими, ни ими самими, пока не возникает такая ситуация. Они, так же как их близкие, характеризуют себя в прошлом как веселых, энергичных, достаточно решительных, но несколько впечатлительных и излишне переживающих неприятности.

С возрастом черты тревожности и неуверенности начинают постепенно усиливаться. У многих женщин они отчетливо проявляются после родов в виде

чрезмерной боязни за ребенка, повышенной заботливости о его здоровье. Иногда они обнаруживаются в период астении после перенесенного тяжелого заболевания. В дальнейшем, в случае неудачно сложившейся жизни, неуверенность и тревожность проявляются все сильнее и могут значительно обостриться, особенно у женщин в период инволюции.

В зависимости от степени выраженности, других характерологических особенностей и жизненной ситуации тревожность и неуверенность могут по-разному проявляться и развиваться. Так, отсутствие или ранняя смерть одного пли обоих родителей, плохая семейная обстановка, «разбитая семья», ущемленность и микроколлективе, обусловленная различными факторами, например физическими дефектами — заиканием и т. п., могут обострить и ускорить развитие черт тревожности и неуверенности. В других случаях благоприятные условия жизни относительно долго не дают проявиться этим свойствам характера. Однако во всех случаях с возрастом отмечается постепенное нарастание тревожности. При определенной предрасположенности и достаточно высоком уровне тревоги возникают обсессии, причем при дальнейшем усилении тревоги они могут приобрести характер фобий. Наличие обсессии в преморбиде больных инволюционной депрессией или по другим критериям — поздней монополярной эндогенной депрессией — было отмечено многими исследователями ( Becker J ., 1974). У некоторых больных этой группы можно проследить определенные закономерности развития личности в додепрессивный период. Один из возможных путей идет по типу «гиперсоциализации»: круг возложенных на себя обязанностей и интересов постепенно продолжает увеличиваться, хотя больным все труднее справляться с ними, тем более, что их обычная установка: все делать полностью и доброкачественно — приводит к постоянным перегрузкам. Им все больше приходится выбирать между тем, что нужно делать и что можно отложить. Однако именно необходимость выбора создает для этих людей стрессорную ситуацию. Они начинают метаться между нерешенными проблемами и различными делами, мучаются угрызениями совести, волнуются и все больше запутываются в создаваемой ими же ситуации

В этот период нередко появляются неврастенические жалобы, нарушения сна, вегетативные сдвиги, например транзиторная гипертензия. Случайный дополнительный психотравмирующий фактор может спровоцировать возникновение депрессии.

Сходная картина нарастания тревоги наблюдается также у людей, которые в силу свойственной им неуверенности стремятся к постоянному самоутверждению: ставя перед собой все новые задачи, подстегивая себя, они создают ситуацию хронического стресса, которая в конечном итоге приводит к астенизации. Утомляемость, снижение работоспособности усиливают их неверие в своп силы и заставляют еще больше напрягаться в попытках добиться поставленных целей. Таким образом, создается своеобразный порочный круг, приводящий к постепенному развитию тревоги.

Для другого, противоположного первому, варианта развития характерна тенденция к своеобразной «инкапсуляции». Часто она наблюдается у людей, жизнь которых до возникновения депрессии складывалась по внешним признакам вполне благополучно. Отличительной особенностью развития их личности являются постоянное сужение круга интересов, переключение на одну какую-либо задачу, которая делается главной целью и интересом их жизни. В этой узкой области черты свойственной им и нарастающей с возрастом тревожной мнительности почти не проявляются, в то время как в остальных сферах деятельности неуверенность и тревожность с возрастом заметно усиливаются. Создается впечатление, что в своей узкой, хорошо знакомой сфере интересов они чувствуют себя устойчиво, уверенно и как бы уходят в нее от стрессорных ситуаций окружающей жизни. Постепенно монотематичность интересов приобретает все более выраженный характер. Часто этим доминирующим интересом оказывается творческая работа, однако в достаточно узкой области. В других случаях — это служебная деятельность, для женщин — чаще всего семья, ребенок. В том случае, если неблагоприятно складывающаяся обстановка приводит к крушению этой главной цели, у больных не остается других интересов, контактов, привязанностей, которые помогли бы им перенести потерю.

Таким образом, сужая сферу своих интересов с подсознательной цепью оградить себя от повседневных тревог и вызывающего напряжение принятия решений, эти люди как бы сами создают предпосылки для тяжелой декомпенсации при неблагоприятном повороте событий.

Как указывают наши наблюдения, подобная декомпенсация может привести к возникновению депрессии (Васильев В. З., Нуллер Ю. Л., 1976). Этот вариант развития среди лиц, заболевших эндогенной депрессией, встречается относительно редко.

Таким образом, значительной части больных маниакально-депрессивным психозом присущи определенные свойства характера, в основе которых лежат тревога, неуверенность и которые имеют тенденцию к постепенному нарастанию с возрастом. Эти черты чаше встречаются у больных монополярной депрессией, что хорошо согласуется с данными L . Murray , J . Blackburn (1974). Исследуя психологически 3 группы больных: с чистой тревогой, с биполярным МДП и монополярной эндогенной депрессией, они обнаружили, что в период депрессии во всех 3 группах показатели тревоги были весьма высокими, а в период ремиссии больные монополярной депрессией приближались по своим показателям к тревожной группе, в то время как больные с биполярным течением существенно отличались от них.

При интерпретации этих наблюдений мы исходим из ранее представленных данных об этиологии и патогенезе депрессии. С одной стороны, было показано (см. табл. 1), что тревожно-мнительный характер может рассматриваться как фактор, повышающий вероятность возникновения МДП, причем в большей степени — монополярного. С другой стороны, роль постоянной тревоги (стресса) как фактора, способствующего возникновению депрессии, становится понятной, с учетом патогенетического механизма этого заболевания: хроническая тревога (стресс) создает условия для истощения моноаминов мозга и, в конечном итоге, может привести к их дефициту, особенно в том случае, если имеется генетически обусловленная слабость определенных звеньев их метаболизма. Все это позволяет предположить, что описанные выше преморбидные особенности личности больных МДП способны в той или иной степени повышать вероятность возникновения заболевания. Их роль в формировании симптоматики депрессии будет рассмотрена в гл. 4.

Как указывалось выше, некоторые характерологические черты, свидетельствующие об элементах тревожности и неуверенности, могут присутствовать у лиц с различными особенностями характера, включая гипертимный.

Примером этому может служить одна из наблюдавшихся нами больных с биполярным МДП.

Наблюдение 1. В детстве и юности она отличалась веселым, энергичным, с точки зрения окружающих, «легким», решительным, но недобрым характером. Она всегда была в центре компании, была се душой, но в то же время любила подметить чужие недостатки, зло и обидно их высмеивать. Часто увлекалась мужчинами, как правило, старше себя, и в 16 лет впервые вступила и половую связь. Несмотря на то, что испытывала угрызения совести и боялась огласки, продолжала вести тот же образ жизни. Уже тогда заметила, что «подругам кажется, что мне все легко дается, а но-настоящему — тяжело, так как я за все расплачиваюсь переживаниями». В 18 лет был аборт, а затем тяжелое инфекционное заболевание, после которого был весьма длительный (несколько месяцев) период астении, неуверенности, сомнений, однако продолжала учиться в институте и, несмотря на трудности, занималась хорошо и добросовестно. В дальнейшем жизнь сложилась удачно, рано вышла замуж. Муж был старше, опекал ее, создал хорошие материальные условия. Больная продолжала вести несколько рассеянный образ жизни, имела много поклонников, но в то же время достаточно серьезно относилась к работе и была заботливой и тревожной матерью. Отмечала, что даже в периоды полного благополучия и удовлетворенности все время присутствовало чувство, что за это может наступить расплата — что-то может случиться с близкими. В дальнейшем эти черты нарастали. Больная стала испытывать нарастающие опасения за здоровье дочери. В 37 лет после небольшого сердечного приступа, стала фиксировать внимание на своем здоровье. В 40 лет возникла отчетливая депрессивная фаза, а в дальнейшем заболевание приобрело биполярное течение.

Таким образом, у некоторой части больных, квалифицируемых как гипертимные, в преморбиде одновременно присутствуют элементы тревожной мнительности, имеющие тенденцию к развитию.

Значительно реже среди больных МДП встречаются лица с истерическими чертами, а также эпилептоидного склада. Последние встречались среди больных с биполярным течением и составляли несколько менее 5%. Эти особенности личности привносили своеобразную окраску в депрессивную и в большей степени — в маниакальную симптоматику в период фаз.

www.psychiatry.ru

Особенности депрессивной личности

Депрессивная личность — человек с постоянно пониженным настроением. Их картина мира нарисована преимущественно в черных красках и темных тонах. Жизнь кажется лишенной смысла, во всем они отыскивают только мрачные стороны. Даже при большом желании им с трудом удается отыскать что-то позитивное вокруг: в событиях, поведении других людей.

Присуще негативное отношение к будущему. Депрессивная личность — настоящий пессимист. Всякое радостное событие сейчас же отравляется мыслью о непрочности радости, о том горе, которое придет на смену радости. От будущего не ожидается ничего, кроме несчастья и трудностей.

Отношение к прошлому несколько иное — оно в основном является источником угрызений совести по поводу действительных или мнимых ошибок, сделанных ими, а также упущенных возможностей. Многих депрессивных личностей преследует уверенность в своей собственной виновности, окрашивающей для них чрезвычайно тяжелым чувством воспоминания о самых обычных поступках юности. Соответственно этому им часто кажется, что окружающие относятся к ним с презрением, смотрят на них свысока. Это заставляет их сторониться других людей, замыкаться в себе.

Депрессивная личность чрезвычайно чувствительна ко всяким неприятностям, случающимся в жизни. Часто очень остро реагируют даже на не самые неприятные события. Вне зависимости от того, как успешно идут дела, имеется характерное тревожное ожидание несчастья.

Если самобичевание обретает постоянный и болезненный характер, депрессивная личность с головой погружается в самобичевание и совсем перестает интересоваться окружающей действительностью, делается к ней равнодушной и безразличной.

Своей угрюмостью, мрачными мыслями, постоянным недовольством, малоразговорчивостью депрессивная личность невольно отталкивает окружающих, даже сочувствующих. Одиночество может углубить депрессивные переживания.

При внешней угрюмости, характер отношения к окружающим довольно позитивный. Депрессивная личность часто способна на проявления большой доброты, отзывчивость. Она довольно хорошо понимает душевные движения других людей. В тесном кругу близких, окруженные атмосферой сочувствия и любви, делается веселой, приветливой, разговорчивой, может удачно шутить и даже быть «душой компании». Таким образом, депрессивная личность обычно сохраняет способность на заражение всеобщим весельем.

В движениях, в мимике и пантомимике обычно видна заторможенность:

— опущенные черты лица,

— бессильно повисшие руки,

— скупые, вялые жесты.

Внешний вид как бы сообщает о безнадежном унынии.

Трудовая деятельность обычно депрессивной личности неприятна, от нее скоро происходит утомление. В сделанном они замечают преимущественно ошибки, а в том, что предстоит — столько трудностей, что в предвидении их невольно опускаются руки. Депрессивная личность обычно неспособна к продолжительному волевому напряжению, легко впадает в отчаяние перед лицом трудностей. Как следствие — крайняя нерешительность и неспособность к действенной инициативе.

Физически активной деятельности депрессивная личность часто предпочитает размышления и интеллектуальный труд. Но при этом умственная работа окрашена неприятно, сопровождается чувством большого напряжения. Здесь тоже сказывается внутреннее торможение, проявляющееся в чрезвычайной медленности интеллектуальных процессов. Скорость интеллектуальных процессов низкая, хотя на качестве это может и не сказываться. Многие депрессивные личности имеют высокий интеллект.

Физическое самочувствие обычно полностью зависит от настроения. Обычно депрессивную личность преследует чувство постоянной усталости и разбитости, особенно по утрам. Голова кажется несвежей, мучает чувство давления в ней. Некоторые жалуются на тяжелые мигрени. Кишечник работает плохо, и постоянные запоры еще больше ухудшают настроение. Желудок может страдать нервными диспепсиями. Плохой сон ночью, часто сопровождающийся кошмарами. Днем возможна сонливость.

azps.ru

Депрессивная акцентуация личности

Акцентуация характера — чрезмерное усиление отдельных черт характера и их сочетаний, представляющих крайние варианты нормы. Им присуща тенденция к социально-положительному и социально-отрицательному развитию в зависимости от воздействий среды и воспитания. Впервые этот термин использовал исследователь акцентуаций характера немецкий психолог и психиатр Карл Леонгард.[10]

Для людей с депрессивной (дистимной или гипотимной) акцентуацией личности свойственны подавленность, негативное представление об окружающем мире. Постоянные негативные эмоции и отсутствие радостных переживаний снижают активность этих людей. Также характерна повышенная тревожность, чувствительность к неприятным ситуациям.

Даже редкие моменты радости омрачаются убеждением о ее скоротечности, и о том, что на самом деле все отрицательно. Индивид с депрессивностью в момент радости переносит себя в будущее с мрачными перспективами.

Поэтому дистимные люди замкнуты, некоммуникабельны, однако это не проявление аутизма или иных патологий. Они остаются отзывчивыми, но могут быть откровенны лишь с некоторыми хорошо знакомыми им людьми. Если они проявляют доверие к человеку, то одновременно привязываются и становятся психологически зависимы от него. У них больше проявляется необходимость любви, понимания, дружбы, эмпатии. Людям с депрессивной акцентуацией характера требуется поддержка, позитивная оценка, заверения в их ценности и нужности, уникальности и социальной весомости.[11]

Однако дистимики осознают свою замкнутость, самоуглубленность, негативные эмоции. И это мешает им нормально жить. В том, что им предстоит предпринять, люди с депрессивной акцентуацией характера находят только плохие стороны. Они не могут выдерживать продолжительное напряжение воли, нерешительны и робки. В своем поведении медлительны, так как у них преобладают процессы торможения, подкрепляемые меланхолическим темпераментом. Случаются головные боли и головокружение, запоры, нарушения сна, сонливость, плохой аппетит.

Дети с подобной акцентуацией плаксивы, задумчивы. Встречаются у них и психотические появления (маниакальные или депрессивные вспышки). Похожие черты присутствуют у психастеников. В профессиональной деятельности гипотимикам свойственна ответственность, надежность. При механизме сверхкомпенсации может возникнуть дерзость и возбудимость, при этом степень возбудимость зависит от тревожности. [12]

Можно констатировать хорошее развитие мышления у людей с депрессивностью, при этом мышление преимущественно вербальное. При стрессе происходят стоп-реакции и блокировка активности. В виде зашиты случается уход от самореализации и усиления контроля сознания.

Согласно исследованиям Е. Жилиной[13] дистимная акцентуация характера не свойственна подростковому и юношескому возрасту (рисунок 1), во всяком случае без сопутствующих физических отклонений. Связь депрессии и депрессивности определяется тем, что в стрессовых и травмирующих ситуациях дистимики легко впадают в депрессию. Поэтому у детей и подростков с депрессивной акцентуацией характера при неблагоприятных психологических или физических условиях может развиваться затяжная депрессия, усиливающаяся неврозами, тревожностью или фобиями. Например, дистимикам свойственна склонность к социофобии и неврозам навязчивых состояний. Они подолгу могут переживать негативный социальный опыт или иные ситуации, оцененные негативно.

Распространенность типов акцентуаций характера среди юношей и девушек согласно исследованию Е. Жилиной

Г – гипертимный тип акцентуации; В – возбудимый; Э – эмотивный; П – педантичный; Тр – тревожный; Ц – циклотимный; Д – демонстративный; З – застревающий; Ди – дистимический; Э – экзальтированный; размер выборки 474 человека

www.sublogic.ru

Первичные депрессивные расстройства: клиническая картина

Депрессивный приступ определяют как подавленное настроение , отмечаемое ежедневно на протяжении не менее 2 нед ( табл. 385.5 ). Приступ может проявляться унынием , безразличием , апатией либо, напротив, раздражительностью ; характерны также нарушения сна , нарушения аппетита , изменение веса , двигательная заторможенность или возбуждение , утомляемость , нарушение концентрации внимания , нерешительность , чувство стыда или чувство вины , мысли о смерти или об умирании . При эндогенной депрессии больные полностью теряют удовольствие от любого из приятных ранее видов деятельности . Характерны ранние утренние пробуждения . Больные осознают, что их состояние качественно отличается от обычной грусти, и часто отмечают суточные колебания настроения ( хуже в утренние часы ). Как это ни парадоксально, более тяжелые случаи депрессии лучше поддаются лечению антидепрессантами .

Депрессивный приступ хотя бы раз в жизни бывает примерно у 15% людей. Его критериям удовлетворяют 6-8% амбулаторных больных, обращающихся к врачам общей практики.

Депрессию часто не диагностируют, но еще чаще неправильно лечат. Первая задача при подозрении на депрессивный приступ — установить его причину ( монополярная депрессия , МДП , вторичная депрессия — на долю последней приходится 10-15% всех случаев депрессии). Необходимо также путем прямых вопросов оценить риск самоубийства, так как больные неохотно высказывают подобные мысли сами. Если имеется конкретный план или высокий риск самоубийства (факторы риска: попытки самоубийства в анамнезе , чувство глубокой безнадежности , тяжелые соматические заболевания, злоупотребление алкоголем и злоупотребление лекарственными средствами , отсутствие поддержки со стороны окружающих), то больной немедленно должен быть направлен к психиатру. Самоубийство совершают примерно 15% больных с нелеченной депрессией; большая часть из них на протяжении месяца перед попыткой самоубийства обращаются к врачу.

В некоторых случаях депрессия протекает без четких приступов и не вызывает ни социальной дезадаптации, ни внутреннего ощущения ненормальности своего состояния.

Дистимия (невротическая депрессия) — это длительно (не менее 2 лет) сохраняющаяся симптоматика, характерная для депрессии, но менее тяжелая и не столь инвалидизирующая. Однако разграничить эти два состояния иногда бывает трудно, возможно и их сочетание («двойная депрессия»). Интересно, что у многих больных — пессимистов по характеру, с отсутствием интереса к окружающему и заниженной самооценкой — эти черты характера поддаются коррекции антидепрессантами . Среди амбулаторных больных, обращающихся к врачам общей практики, дистимия выявляется примерно у 5%.

Исследования, проведенные в разных этнических и культурных группах, показали, что внешние проявления депрессии могут варьировать, но ее основные симптомы неизменны. Риск депрессии увеличивается с возрастом, женщины заболевают примерно вдвое чаще мужчин, независимо от возраста. Прежде считали, что половые различия в заболеваемости депрессией обусловлены социальными и культурными факторами, однако проведенные исследования с динамическим наблюдением за близнецами показали, что предрасположенность женщин к депрессии в значительной степени обусловлена генетически, а действие факторов внешней среды носит преходящий характер и не влияет на совокупный риск заболевания в течение жизни.

Роль стресса и жизненных невзгод в возникновении депрессивного приступа остается неясной. Несомненно, что они могут спровоцировать и усилить депрессию, однако и сама депрессия тоже является источником сильнейшего стресса .

humbio.ru

Депрессивный тип личности: кто видит жизнь в черном цвете?

«Радоваться здесь нечему», «Как ни старайся, все равно ничего не получится»; «Я, как всегда, оказался не на высоте». Психотерапевт Кристоф Андре рассказывает о людях с пессимистическим взглядом на жизнь и о том, как жить рядом с ними*.

Депрессивный человек почти всегда настроен пессимистически. В разных ситуациях, идет ли речь о семье, работе или о чем-то новом, он думает прежде всего о возможных неприятностях. Настроение у него чаще всего мрачное, о чем свидетельствует и его выражение лица, грустное и озабоченное. Он редко испытывает удовольствие, не ищет приятных для себя занятий, отчасти потому, что ничто не кажется ему таким. Он часто испытывает чувство вины и явно себя недооценивает. Таким людям кажется, что жизнь трудна, все требует усилий и вызывает страдания. И это ощущение собственной слабости и уязвимости мешает им добиваться успехов в профессии. То ли малейшее усилие их отпугивает, то ли они настроены пессимистически («ничего хорошего из этого все равно не выйдет»), то ли они вообще забыли, что это значит – испытывать удовольствие. Если вы предложите им куда-нибудь пойти, они, скорее всего, предпочтут остаться дома. Они не любят общества, компании других людей их утомляют, возможно, потому что они сами считают себя малоинтересными собеседниками.

Нельзя сказать, что эти черты типичны для всех депрессивных личностей. Многие из них очень совестливы, много работают, стараются сделать все как можно лучше, заботятся о своей профессиональном или семейном окружении. Но как бы то ни было, у таких людей мы наблюдаем:

  • негативный взгляд на самого себя: «Я не на высоте»;
  • негативный взгляд на мир: «Мир жесток и несправедлив»;
  • негативный взгляд на будущее: «Меня и моих близких ждут неприятности»;

Этот тройной негативный взгляд получил название депрессивной триады. Она также наблюдается у людей, находящихся в состоянии депрессии.

Доктор, откуда это?

Неопровержимо доказано, что наследственность играет решающую роль в возникновении и формировании депрессивной личности. Если перебрать всех родственников такого человека, то часто обнаруживается, что некоторые из них страдали депрессией. Но немалое значение имеет и воспитание. К примеру, образ родителей, постоянно усталых, озабоченных, не позволяющих себе ни малейших радостей, может послужить моделью, которую ребенок станет бессознательно имитировать. Можно предположить, что у детей все способствующее созданию отрицательного представления о самом себе увеличивает риск формирования депрессивной личности, особенно если ребенок предрасположен к этому биологически. Некоторые традиционные виды воспитания, когда детям навязываются идеалы совершенства, явно для них недостижимые, могут выработать ощущение собственной неполноценности и вины, а это, в свою очередь, приводит к формированию депрессивной личности.

«Мне кажется, я был воспитан в убеждении, что не заслуживаю счастья. Мой отец работал от зари до зари и не позволял себе ни минуты отдыха. Я сам и мои братья получили очень строгое христианское воспитание. При этом упор всегда делался на мрачную сторону: мы грешники, надо все время напоминать себе, что Христос отдал жизнь во искупление наших грехов. Это очень действовало на меня – впечатлительного и неуверенного в себе. До сих пор я во всем ищу прежде всего свою вину, часто упрекаю себя в эгоизме (то, что я эгоист, постоянно твердила моя мать). Мне трудно бывает чего-то просить, а тем более требовать, как будто защищать свой собственный взгляд или собственные интересы и вправду «эгоистично». Сейчас я гораздо счастливее, чем раньше, но это не разрешает всех проблем: когда у меня происходит что-то хорошее и я радуюсь, тут же возникает ощущение неминуемой катастрофы, как будто за каждую минуту счастья я должен быть «наказан» бедой», – вспоминает Тибо.

Как помочь себе?

Многие думают, что понять и осознать ситуацию – значит улучшить ее, но это, увы, далеко не так. Многие депрессивные личности без конца «пережевывают» различные причины своего состояния, но выйти из него не могут. Осознать что-либо часто бывает очень полезно, но, как правило, недостаточно. Кроме того, есть причины, по которым депрессивные личности не хотят искать помощи.

1. Они не считают свое состояние болезнью, а думают, что все дело в их характере.

2. Пока им удается справляться со своими профессиональными и семейные обязанностями, они не видят необходимости искать помощи извне.

3. Они верят в силу воли. Конечно, они чувствуют себя плохо, но думают, что если смогут проявить волю, «встряхнуться», им станет лучше. Окружающие часто разделяют это мнение и не скупятся на подобного рода советы.

4. Они считают, что их случай особенный и что говорить со специалистом бесполезно.

5. Недоверчивы к лекарствам, не видят в них необходимости.

6. Они так привыкли чувствовать себя плохо, что даже не представляют себе, что значит чувствовать себя хорошо, а потому не могут и хотеть этого.

7. Им удается повысить самооценку, убедив себя в том, что они стойко переносят трудности жизни.

8. Иногда их проблемы дают им какие-то преимущества: сочувствие окружающих, возможность «давить» на детей, не проявлять должного внимания и так далее.

www.psychologies.ru