Фобия боязнь мышей

Боязнь мышей и крыс

Если перевести дословно термин «земмифобия», то получится что-то вроде «боязнь большого землекопа».

На самом деле ученые сходятся во мнении, что происхождение этого слова никак не обосновано. Стоит отметить, что фобия эта довольно необычна. Люди, которые испытывают подобные страхи, знают, что такое отпугиватель грызунов. Многие модели способны избавить не только от крыс или мышей, но и от кротов, и даже насекомых. Кому-то может показаться смешным такой страх. Но для людей, страдающих земмифобией, он довольно ощутим. Обычно возникает он, как следствие пережитого травматического события, связанного непосредственно с грызунами.

Возможно, такие страхи вызваны необычным и странным видом крыс. В действительности, огромные зубы, незрячие глаза-бусинки, жилистый хвост – все это не вызывает симпатии. Но почему страх? Некоторые считают, что ответственность за появление подобной фобии несут голливудские режиссеры и СМИ, нещадно эксплуатирующие образ грызунов как угрожающий, смертоносный, убийственный.

Люди, которые страдают от земмифобии, не просто опасаются крыс. Порой доходит даже до абсурда: они могут думать, что грызуны способны передвигаться по телефонным линиям и так далее. Кроме того, симптомы подобной фобии у разных людей неодинаковы. Кто-то при встрече с крысой или кротом почувствует легкий дискомфорт, а кто-то застынет от приступа парализующего страха. Главные симптомы все же: тошнота, одышка, потрясение, потливость, страх умереть, неспособность думать или говорить, сухость во рту, ощущение тревоги, надвигающейся катастрофы, желание убежать и так далее.

К счастью, многие люди осознают подобный страх, и всю абсурдность ситуации, но поделать с собой ничего не могут. Вот тогда они и обращаются к врачу. Обычно это психолог, который использует различные методы борьбы с земмифобией. Это может быть гипнотерапия. С ее помощью реально перепрограммировать подсознание. В результате симптомы земмифобии можно свести к минимуму. Но не все способны согласиться на гипноз. Кому-то слишком не нравится терять чувство контроля над собственным сознанием. Однако такой метод эффективен, он быстро дает результаты.

www.xfobia.ru

Боязнь Мышей – Причины и Способы Избавления

Здравствуйте, уважаемые друзья, вы находитесь на сайте Medobaza.ru. Приятного чтения! Редкая женщина, заметив такого представителя рода грызунов, как мышь, не начнет усиленно топать ногами и истошно кричать.

Считается, что боязнь мышей – это исключительно женская проблема. Попытаемся разобраться, верно ли это утверждение и в чем причины данного явления?

Для начала разберемся с понятием фобии. Фобией называют патологически повышенное проявление реакции страха на тот или иной раздражитель. Фобий в мире превеликое множество. Самым распространенным же из них считается боязнь мышей (на научном языке – музофобия).

Установлено, что причиной патологического страха перед мышами является генетическая память. В давние времена, когда домом для людей служила пещера, роль добытчика в семье принадлежала мужчине, а хранительницы очага – женщине. Мужчины, стараясь накормить и одеть своих жен и детей, уходили на охоту, тогда как женщины оставались дома – готовили еду и хранили домашний очаг. В те времена еда доставалась с большим трудом. А мыши крали эту еду, да еще и кусали женщин и детей. Так и появилась у женщин паническая боязнь мышей.

Эта фобия передавалась людям на генетическом уровне из поколения в поколение. Музофобия является одним из самых распространенных видов фобий. Подавляющее большинство людей получили этот страх от родителей. Причем, последним было совсем необязательно самим страдать данной фобией. Они могли просто громко кричать или усиленно топать ногами при виде этих грызунов.

При всем при этом, мыши гораздо миролюбивые существа, чем, например, крысы. Мышь не способна ощутимо навредить человеку. Однако, люди, страдающие музофобией, не могут адекватно оценить реальную угрозу, исходящую от этих грызунов.

Боязнь мышей, как и большинство существующих фобий, можно искоренить. Это можно сделать без помощи специалиста, если при виде раздражителя, т. е. мыши, человек, страдающий музофобией, адекватно реагирует на ситуацию или, по крайней мере, способен «держать себя в руках».

Вот несколько приемов, способных «освободить» человека от страха перед мышами

medobaza.ru

Фобия боязнь мышей

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИЧИНЫ СТРАХОВ И ФОБИЙ

90% наших беспокойств касается того, что никогда не случится.

Психологическая сущность страха и фобий, являясь одной из важных тем исследований психологии, получила на сегодняшний день достаточно убедительные на первый взгляд описания. Однако, терапевтической концепции, способной эффективно выводить человека из пространства страхов не создано. Еще бы, ведь, по мнению подавляющего большинства психологов, страх нам необходим. Также академическая психология убеждена, что страх абсолютно неизбежен. Так ли это на самом деле?

Психология определяет страх как: «Эмоциональный процесс. Базовая врожденная эмоция, генетически заданный психологический компонент. Страх мобилизует организм для реакции избегания различных опасных ситуаций». А вот и не факт, что страх мобилизует — это лишь видимость и наше привычное убеждение. Исследования показывают, что страх дезорганизует процессы реакции на опасную ситуацию, как минимум замедляет реакцию, а также ослабляет или наоборот непропорционально опасности усиливает ответные действия, не говоря уже о том, что страх чрезвычайно утомителен для человека. Практика показывает, что идеальная ответная реакция на опасность возникает без чувства страха. Посмотрите сами — сколько «избеганий» вы совершаете ежедневно без всякого чувства страха. Даже в потенциально очень опасных ситуациях (при условии, когда нет времени для раздумий) страха не бывает, он приходит потом, когда включается ум!

Является ли страх врожденной эмоцией? Генетически заданным психологическим компонентом? Ответить на этот вопрос непросто, но для начала давайте не будем делать таких радикальных выводов исходя лишь из того, что страх так сильно присутствует в жизни человека.

Фобии принципиально от страха не отличаются. Фобии – это навязчивые страхи, интенсивная и непреодолимая боязнь, охватывающая человека, несмотря на понимание бессмысленности и попытки с ней справиться. С точки зрения эмоционального состояния Страх и Фобия равны. Различна динамика их проявления. Фобия — это страх, над которым человек полностью потерял контроль. Из этой же серии так называемые панические атаки.

Страх многолик. Какое из его лиц настоящее? Страх проявляется и в виде тягостно-подавленного состояния и как ощущение неотвратимой опасности. Иногда страх описывают, как неопределенное состояние потери ценности или же, как неявное желание избежать чего-то непонятого, но явно присутствующего. Страх — дискомфорт, беспомощность, дезориентация, отчасти напоминает сдавливание или распирание. Страх может выглядеть как оцепенение или даже паралич, а может представлять собой волнение вплоть до неконтролируемого возбуждения. При всей своей многоликости, чувство страха ни с каким другим чувством спутать невозможно. Страх, как психологическое состояние идентифицируется мгновенно и однозначно. Может быть за этой точностью и простотой идентификации, стоит такой же простой смысл? Попробуем разобраться.

В данной статье мы рассмотрим точки зрения различных авторов на вопрос о причине возникновения страхов и фобий. Предварительно отметим, что существующие исследования носят ситуативно-процессуальный характер – используют так называемый «принцип дефектоскопии». За исходную позицию исследователи принимают некую опасную ситуацию и отклик на нее, при этом сама картина мира, которая при всем бесконечном многообразии форм у современного человека однотипна, принимается за константное пространство, в котором возникает дефект-страх. Исследователи не подвергают сомнению ту картину мира, в которой живет современный человек – это комплекс ценностей, убеждений, привычек, моделей поведения, знания об окружающем мире. Адекватна ли картина мира подавляющего большинства людей, тому бытию, в котором они находится, вот в чем вопрос? Интересно, в какой же картине мира пребывает человек, у которого нет времени на размышления и он действует при опасности очень эффективно без всякого страха? А что если находится в этой «картине» всегда? Насколько тогда наша жизнь станет прекрасней! И кстати, безопасней!

Один из известных исследователей Фриц Риман анализирует психологические причины страхов и фобий исходя из четырех типов личности. Для шизоидной личности главной причиной страха является угроза нарушения его личного пространства. Возникает страх перед близостью в отношениях, открытостью чувств, доверительностью. У депрессивных личностей наоборот преобладает стремление к доверительным близким контактам, страстное желание любить и быть любимыми. Здесь партнер становится сверхценным объектом. Соответственно самое опасное для таких личностей страх утраты в различных его внешних проявлениях — страх перед изолирующим дистанцированием, беззащитностью и одиночеством, страх быть покинутым. Для личностей навязчивых наиболее ценной является стабильность чего бы то ни было. Страшно все, что напоминает ему о преходящем, об изменчивости. И последний тип личности истерический — стремится к переменам и свободе, жаждет нового и даже рискованного, они стремятся к будущему. У таких людей есть страх перед окончательностью, необходимостью и ограниченностью. Люди этого типа боятся всяких ограничений, традиций, закономерностей и порядка. Автор убежден: «Страх — неизбежный спутник нашей жизни. Постоянно изменяясь, он сопровождает нас от рождения до смерти. Вся история человечества состоит из попыток преодолеть, уменьшить, пересилить или обуздать страх. Магия, религия и наука вносят свою лепту в этот процесс. Посвящение себя Богу и любви, исследование законов природы, аскетический образ жизни и философское познание едва ли способствуют избавлению от страха, но помогают его переносить и, может быть, делают наше развитие более плодотворным. Надежда на возможность прожить без страха остается иллюзией». А вот здесь автор передергивает. Есть множество примеров, которые исчисляются тысячами, когда посвящение себя Богу, занятия духовными практиками, философия позволили полностью освободиться от страхов. При этом люди остались в том же социальном контексте, что и были, при этом стали более успешными. Страх тормозит все: мышление, креативность, работоспособность. Исчезает страх – открываются иные возможности. Интересно другое – Риман представляет четыре типа личности: шизоидный, депрессивный, навязчивый, истерический. При всем пугающем слух и глаза обычного человека сходстве этих терминов с чем-то психиатрическим, каждый человек принадлежит к той или иной типологии хотя бы в небольшой степени. Если вы еще раз прочтете симптомы страхов, представленные Риманом, то увидите, что ваши страхи хорошо вписываются в эту классификацию. Можно упрекнуть Римана только в том, что он не обнаружил еще одну типологию личности, но не он один. Вся академическая психология не знает такой типологии, как просветленные. Их очень мало, но они есть.

Вот, например, чего боятся россияне по данным НИИ социального анализа и статистики:

▪ боятся, что их родные и близкие могут серьезно заболеть — 32 %

▪ собственным здоровьем озабочены — 25%

▪ возможной бедностью — 19%

▪ боятся произвола властей — 18%

▪ ухудшения экологической обстановки — 14 %

▪ наступления старости и физической боли — 13 %

▪ начала крупномасштабной войны -11%

▪ развязывания межнациональных конфликтов -9 %

▪ массовых репрессий типа сталинских — 7 %

▪ гибели человечества — 6 %

▪ гнева Божьего — 3 %

собственной смерти — 2 %

Приведенная статистика показывает, что страх смерти на последнем месте. По мнению же ведущих экзистенциальных психологов именно глубинный страх перед неизбежной смертью лежит в основе всех остальных страхов. К этому парадоксу мы еще вернемся.

Экзистенциальная тревога у Пауля Тиллиха – «Это осознание своего небытия, иными словами, осознание возможности и неустранимости смерти. Идея смерти не передается через знания. Смерть у каждого своя. У страха есть конкретный объект, с этим объектом можно как-то встретиться, проанализировать его, побороться с ним, вытерпеть его, как-то к нему отнестись. Со страхом жить легче, если знаешь, чего бояться. Гораздо хуже, когда не знаешь, чего бояться». Автору принадлежит классификация разных видов тревоги, связанная с тем, какому аспекту самоутверждения человека в мире она соответствует. Существует три уровня самоутверждения, и на каждом из них есть угроза, абсолютная и относительная. Имеется онтическое самоутверждение, затрагивающее практический ход нашей жизни, ее построение. Небытие угрожает этому аспекту нашего самоутверждения двумя способами: относительно – в лице судьбы, которая не дает нам двигаться, куда мы хотим и как мы хотим, и абсолютно – в виде смерти, которая прерывает вообще любое наше эмпирическое существование. Второй уровень – духовное самоутверждение. Духовному самоутверждению небытие угрожает относительно – в виде пустоты, скуки, вакуума, а абсолютно – в форме отсутствия смысла. И, наконец, третье – нравственное самоутверждение. Относительная угроза – это вина, а абсолютная – осуждение. Тревога, по Тиллиху, есть осознание этой тройной угрозы нашему бытию. Соответственно, различаются три формы тревоги: тревога судьбы и смерти, тревога пустоты и смыслоутраты и тревога вины и осуждения. Все это – формы экзистенциальной тревоги, потому что они присущи существованию как таковому. Тиллих также утверждает, что жизнь включает в себя страх и ужас в качестве неотъемлемых элементов жизненного процесса.

С точки зрения известного американского психолога и психотерапевта Ролло Мэя, сама по себе тревога – в порядке вещей, ее не стоит бояться, и не надо стараться избавиться от тревоги в процессе психотерапии. Нормальная тревога возникает, когда человек чувствует, что его ценностям что-то угрожает, что нечто значимое для него находится под угрозой. Это может быть угроза физической жизни как таковой или угроза психологической жизни, например, лишение свободы или угроза ценности, с которой человек идентифицируется, скажем, патриотизм, любовь к конкретному человеку и пр. Тревога уйдет сама. Попытка вытеснить тревогу, ее ликвидировать, попытка ее уничтожить приводит только к перерастанию тревоги нормальной в тревогу патологическую. Патологическая, или невротическая тревога – несоразмерна поводу и обычно является следствием неспособности принять нормальную тревогу. Она включает в себя вытеснение, подавление, другие формы защиты. Невротическая тревога – симптом того обстоятельства, что человеку не удалось в свое время соответствующим образом совладать с предыдущим кризисом. Да, по нашему мнению здесь все представлено совершенно правильно, если, конечно не пытаться что-то менять в самой картине мира. У каждого человека есть идентификации – малоосознаваемый процесс уподобления своего «Я», отождествления с кем-то или чем-то, ради повышения самооценки или обретения психологических точек опоры. Возникает очевидная гипотеза – если исключить идентификации, тогда бояться будет нечего. А можно ли жить без идентификаций, не ассоциировать свое «Я» с чем-то внешним?

Сальваторе Мадди показывает, что в жизни, помимо реальных ситуаций смерти, нам приходится сталкиваться со многими, как он называет, «малыми смертями». Смертью в определенном смысле являются все случаи, когда что-то, внезапно и нежелательно для нас, прекращает свое существование, когда неожиданно прекращаются какие-либо значимые отношения или дела, не обязательно связанные с гибелью человека, когда вдруг прерываются какие-то события. (Это очень близко к теории Мэя).

Если принять, что в основе всех страхов лежит глубинный страх перед смертью, то, как тогда объяснить тот факт, что согласно статистики, каждый год на планете 2 млн. человек кончают жизнь самоубийством (по неофициальным данным вдвое больше). Остается предположить, что существует что-то еще более «страшное» чем смерть или вообще в основе механизма страха лежит что-то совершенно иное.

Давайте взглянем еще на одну особенность человеческой психики. Это касается известного в психологии феномена субличностей — ролевых масок. Способность нашего ума играть в игры с самим собой (и на публику, разумеется) и полностью забываться в сладостных феериях своего воображения. «Страх» — очень выгодный персонаж для подобных спектаклей.

▪ Страх позволяет нам быть ГЕРОЯМИ, раз за разом побеждающими сильного и коварного противника.

▪ Иногда быть настоящими провозвестниками ДОБРА противостоящего ЗЛУ.

▪ Страх делает нас ИНТЕРЕСНЫМИ для окружающих.

▪ Страх предоставляет нам прекрасную возможность БЕЗДЕЛЬНИЧАТЬ прикрываясь вескими оправданиями.

▪ Страх безотказно вызывает ЖАЛОСТЬ и ВНИМАНИЕ.

▪ МАЛЕНЬКИЕ страхи, например, мышей, позволяют прятаться от БОЛЬШИХ страхов, например перед жизнью.

▪ Страх дает удобный повод снять с себя ОТВЕТСТВЕННОСТЬ за принятие решений.

▪ Страх представляет собой чрезвычайно эффективный инструмент для МАНИПУЛЯЦИЙ сознанием окружающих.

▪ Однако, можно настолько заиграться, что начинают бояться самого страха СТРАХА. Не является ли Фобия «персонажем», вышедшим из под контроля «режиссера»?

Еще один феномен. С точки зрения здравого смысла человек должен стараться уйти от страха. Но часто можно наблюдать, что в реальности он к нему стремится. Страх сделался предметом высокодоходного бизнеса (киноиндустрия, литература, компьютерные игры и др.). Спрос рождает предложение. Экзистенциалисты считают, что при просмотре «ужастиков» скрытая тревога трансформируется в очевидный страх, происходит некое облегчение внутреннего состояния. Известное страшит меньше чем неизвестное. Принцип от худшего к лучшему.

Одна из модальностей страха – тревога. С тревогой тоже все неоднозначно. Разные авторы дают разные определения. «Тревога — отрицательно окрашенная эмоция, ощущение неопределённости, ожидание негативных событий, трудноопределимые предчувствия. В отличие от причин страха, причины тревоги не осознаются. Тревога предотвращает участие человека в потенциально вредном событии и побуждает его к действиям в пользу благоприятного исхода событий. Тревога представляет собой расплывчатый, длительный и смутный страх по поводу будущих событий. Она возникает в ситуациях, когда ещё нет, а может даже и не быть реальной опасности для человека, но человек ждет её, причём пока не представляет, как с ней справиться». По мнению некоторых исследователей, тревога представляет собой комбинацию из нескольких эмоций – страха, печали, стыда или чувства вины. (К. Изард). В большинстве случаев тревога, как эмоция, проявляется в виде слабого страха. В ряде случаев тревога по своей силе может столь высокой, что человек становится неработоспособным.

Зигмунд Фрейд: «Проблема страха — узловой пункт, в котором сходятся самые различные и самые важные вопросы, тайна, решение которой должно пролить яркий свет на всю нашу душевную жизнь». Фрейдом выделяются два основных вида страха – реальный и невротический.
Реальным страхом Фрейд называет реакцию на восприятие внешней опасности — ожидаемого, предполагаемого повреждения, он связан с рефлексом бегства, и его можно рассматривать как выражение инстинкта самосохранения. В данном случае целесообразным является не сам страх, который может оказывать парализующее действие, а реакция бегства или другие моторные реакции, направленные на борьбу с внешней опасностью. Невротический страх — субъективное состояние. Фрейд предполагает, что ядром невротического страха является повторение какого-то определенного значительного переживания. «Это переживание могло бы быть лишь очень ранним впечатлением весьма общего характера, которое нужно отнести к доисторическому периоду не индивида, а вида». Далее Фрейд приходит к выводу — «Впечатление от акта рождения, при котором происходит такое объединение неприятных впечатлений, стремлений к разрядке напряжения и соматических ощущений, которое стало прообразом воздействия смертельной опасности и с тех пор повторяется у нас как состояние страха». Итак, первое состояние страха по Фрейду возникло вследствие отделения от матери. (В конце статьи мы обратимся еще раз к этому моменту и посмотрим, что происходит в момент рождения). Невротическим можно определить страх, который или не оправдывается конкретной угрозой, или не соответствует ей по степени значимости, но всегда имеет определенную психологическую мотивацию. К формам невротического страха Фрейд относит страх ожидания и фобии. «Фобические страхи происходят из неконтролируемого роста силы бессознательных желаний — если человек не научился в достаточной мере управлять инстинктивными импульсами или если импульс по ряду причин нравственного или иного порядка не может быть отреагирован». Фрейд, в свою очередь, пытается выделить более общие признаки вышеперечисленных фобий, отнеся их к одной из трёх групп. Первая группа — объекты и ситуации, внушающие страх, являющиеся чем-то жутким и для нормальных людей, имеющие отношение к опасности (фобия змей и т.п.). Вторая группа — случаи, имеющие отношение к реальной опасности — ситуативные фобии (фобия железной дороги, путешествия на корабле, перехода мостов, одиночества, толпы, закрытого помещения, грозы и т.п.). Третья группа фобий – не имеющие связи с «нормальным» (агорафобия, страх кошек, мышей и др.). Основываясь на результатах клинических наблюдений, Фрейд замечает, что страх ожидания, или общая боязливость, находится в тесной зависимости от определенных процессов в сексуальной жизни, от определенного использования либидо. Самые распространенные примеры – это возникновение невроза страха в случаях, когда сексуальное напряжение не получает полного удовлетворения.

К сожалению, Фрейд отрицал трансперсональное в человеке, и по этой причине не раскрыл всей глубины причинно–следственных цепочек страха. Но силой своего гения он приблизился вплотную к причинам страха. Поломок нет, есть чистая субъективность. « Уберем страх — и мы увидим наше самое глубокое, самое сокровенное желание в чистом виде ». Вывод, сделанный Фрейдом абсолютно правилен. Осталось разобраться с тем, как это работает. Еще раз приведем замечательную фразу Фрейда, с которой мы начали обзор его исследований: «Проблема страха — узловой пункт, в котором сходятся самые различные и самые важные вопросы, тайна, решение которой должно пролить яркий свет на всю нашу душевную жизнь».

Какова взаимосвязь между желаниями и страхами (фобиями, тревогами, паникой)?

Недостаток всех существующих исследований в том, что они велись без учета Большой системы, того Бытия в которой живет человек. Исследовались частные, маленькие системы: семья, учебный коллектив, рабочий коллектив, государство, социум. За точку отсчета брался человек с его страхами в той или иной частной системе. Далее начиналось исследование, как мы уже упоминали, в ключе дефектоскопии – выявления некой поломки в механизме сознания. Были тщательно изучены ситуативные поля страха: родители-ребенок, социум-личность, культура-сознание, где определенным паттернам сознания соответствуют определенные состояния страха. Строго говоря, экзистенциалистами предпринимались исследования пространства жизни, как системы, в которой функционирует человек. Но действующие силы и принципы Бытия остались раскрытыми не до конца. Еще столетие назад Якоб. Морено настаивал – «Если мы хотим изучать человека, то необходимо начать его с изучения вселенной». Следовательно, необходимо сначала беспристрастно исследовать Большую систему — макрокосм, выяснить ее законы, и только затем исследовать человека с его страхами, как микрокосм. К сожалению, современная научная парадигма академической психологии не включает в себя макрокосм. Даже трансперсональная психология, которая вышла далеко за рамки экзотерического знания, в своих исследованиях Базовых Перинатальных Матриц ничего нового в происхождении страхов не открыла. По-прежнему все сводится к угрожающей ситуации и сопутствующему страху.

Итак, обратимся к Большой системе — макрокосму. Перед нами две гипотезы. Первая гипотеза, которой придерживается наука и общественное сознание — Вселенная неразумна, максимум допускается существование иных цивилизаций (ни одной из которых пока обнаружить не удалось). Собственно, все проведенные исследования страхов проводились в рамках данной гипотезы. В картине мира человека не увидели никаких других действующих сил, кроме желаний, идентификаций, опасностей, социальных и культурных детерминант, потребности быть защищенным и пр.. Вторая гипотеза – Вселенная разумна (мы говорим не о возможности существования цивилизаций подобных нашей, а панпсихизме Универсума, одушевленности не только всех живых существ, но и любой материи, физической и полевой). Во второй гипотезе с научными доказательствами дело обстоит никак. Однако, имеется реальный (субъективный опыт, а страх, между прочим, тоже субъективен на все 100) многих тысяч людей, которые вошли в соприкосновение с Бытием, намного более тесное, чем все остальные. Их называют по-разному — просветленными, пробужденными, освобожденными, мастерами. Они принадлежат к различным традициям – суфийской, ведической, даосской, масонской, тольтекской и др. Для упрощения мы обозначим их всех единым термином – просветленные. Живя в том же самом мире, что и остальные, просветленные страхов не испытывают, не говоря уже о фобиях, панических атаках, тревоге. В чем их секрет?

Здесь дело не в какой-то особой философии, хотя она имеет место быть. Секрет в желаниях – у просветленных их нет! Однако, мы увидим, что внешне они ничем не отличаются от окружающих (мы не будем рассматривать тех, кто выбрал путь отшельничества, большинство просветленных ведут обычную жизнь) – они также социально активны, имеют семьи, бизнес (характерно, что сами они хранят тайну своего состояния, никого в это не посвящают, незаметно живут среди других, при этом кардинально иначе, если заглянуть в их внутренний мир). Как же они что-то делают, не имея желаний? Очень просто – у них желания уступили место творческому стремлению, а это принципиально разные вещи. Желание ориентировано на обладание чем-то — даже если формально провозглашается какая-то деятельность как цель, все равно за ней стоит желание стать обладателем чего-либо материального, чувственного и даже духовного. Внутренняя структура желания синонимична потреблению, обладанию, получению, собственности, привязанности.

У категории просветленных творческое стремление начинается и заканчивается внутренним импульсом к созиданию; обладание, получение чего-либо, потребление чего-либо отсутствует. Тогда становится понятно, почему нет страха, потому что в этом случае невозможно ничего потерять, нет никакой угрозы — человек ничем не обладает. К своему творчеству они также не привязаны, это всего лишь возможность, которую они используют. Не будет условий для одного, найдется для другого, просветленные всегда имеют множество вариантов самореализации, потеря какого-то варианта ничего не меняет в общей картине мира, перед ними всегда множество дорог. Было бы ошибкой думать, что просветленные становятся бесчувственными. Ничего подобного, если они что-то теряют — они могут огорчаться, если им больно – они плачут, наоборот их чувствительность намного выше, чем у обычного человека, но страхов у них нет. У них много чего нет – нет прошлого, нет будущего, нет желаний, ожиданий, оценок, зато у них очень много настоящего, оно поглощает их целиком.

У обычных людей все по-другому – они буквально переполнены желаниям. Может быть все было бы ничего, но природа желаний противоречит природе Бытия, которое субстанционально представляет собой процесс созидания, постоянного движения, развития. Природа желания субстанционально несет в себе статичность, косность и самое главное захват созидаемого. Конечно, созидание осуществляется для того чтобы быть использовано, но вглядитесь внимательно в природу желания – это захват, принцип – только для меня. Желание по определению погружено в будущее, в отличие от творческого стремления, погруженного в настоящее. Естественно, неопределенность будущего ставит под угрозу исполнение желаний, возникает страх. Внутреннее содержание творческого стремления синонимично отдаче, деятельности, интересу, радости. Природа желания противоречит природе Бытия, природа творческого стремления — соответствует.

Не так чреваты страхами желания, которые осознаются человеком. Обозначим их как рациональные желания. Они окружают человека везде и всегда: хочу купить дом, машину, хочу выйти замуж, хочу получить кафедру, хочу поехать в Грецию, хочу, хочу, их бесконечное множество. По крайней мере, эти желания, поскольку они осознаны, так или иначе становятся проективными, то есть, человек прилагает усилия, делает какие-то шаги для их осуществления. Пусть это негармонично Бытию (в силу природы желаний) но в целом энергия жизни выстраивается в определенный порядок. Рациональные желания, естественно, попадают под пресс как известных, так и неизвестных угроз. Понятно, что есть конкуренты, враги, непреодолимые обстоятельства природы, смена политики, законов и т.д. Рациональные желания вызывают привычные страхи, хотя они могут создавать очень причудливые причинно-следственные цепочки, зачастую приобретающие формат веера. Простое желание получить продвижение по службе рикошетом помечает, как опасность, множество людей начиная от руководства и коллег и заканчивая семьей; здесь и нездоровье может вступить в игру и кризис и даже смерть бабушки. Каждое желание, так или иначе, опутано материальными и моральными зависимостями, потянешь одно, придет в движение все. Чувство страха – это возможная катастрофа желания.

Здесь можно поспорить с экзистенциалистами, которые утверждают, что глубинный страх перед неизбежной смертью лежит в основе всех остальных страхов. Для подавляющего большинства людей жизнь ценна не субстанционально, а в ее проявлениях, которые в свою очередь непосредственно связаны с желаниями. Вот почему, в опроснике НИИ, который мы приводили выше, страх смерти стоит на последнем месте с мизерными двумя процентами, а выше стоят очевидные страхи, за каждым из которым стоят очевидные желания чем-то обладать, наслаждаться, чувствовать, что-то получать в собственность. Сама жизнь для большинства современных людей ценности не представляет. Кстати, такой подход хорошо объясняет феномен самоубийства. Следуя теории экзистенциалистов, жизнь – есть самое ценное, но самоубийцы, число которых по самым скромным оценкам составляет 2 миллиона в год (это лишь явные самоубийства, число так называемых «тихих» самоубийств в сотни раз больше, кстати, это отдельная интересная тема) доказывают, что у людей есть более важные ценности, чем жизнь. Это доказывают и бесчисленные повседневные поступки людей, которые ставят жизнь под угрозу ради исполнения своих желаний.

Гораздо хуже желания неосознаваемые – они вообще лишены какого-либо проекта и не могут быть реализованы ни в малой степени. Бессознательное посылает человеку сигнал в виде страха о том, что его желание не может быть удовлетворено в принципе. Чем сильнее желание, тем сильнее страх. В зависимости от динамики психической деятельности у одних возникает постоянная иррациональная тревога, у других спорадические приступы, фобии, панические атаки. Часто желание настолько скрыто от самого человека, что возникают причудливые реакции, «короткое замыкание» возникает в совершенно другой области. Бессознательное стремление быть любимой вызывает страх высоты, желание перед кем-то выглядеть в хорошем свете приводит к клаустрофобии, желание отомстить выливается в панические атаки при виде крови, неосознаваемые сексуальные желания могут вызывать генерализованную тревожность и так далее. Прав был Фрейд — за каждым страхом стоит желание. Мы добавим, что за каждым страхом также стоит конфликт с созидающей силой вселенной. Вселенная находится не только снаружи, но и внутри человека – она бунтует, вот, что такое страх.

В страхе, как предохранительном механизме, нет никакой необходимости. Скажите пожалуйста, зачем же тогда существует детство, где ребенок под руководством взрослых постигает все опасности жизни? Что за нелепицу проповедуют многие уважаемые отцы психологи, де страх генетически заложенный механизм, осуществляющий охранительную функцию. Для безопасности существования достаточно обучения, соблюдения осторожности и здравомыслия. Страх резко снижает безопасность, потому что он дезорганизует нервную систему.

Страхи – это ощущение угрозы осуществлению желаний по большей части тайных, плюс конфликт человека Бытием, разворачивающийся в его Душе.

© Проект – Пространство души. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.

www.ontopsyholog.ru