Грех невроз

Грех и невроз

Все лекции цикла можно посмотреть здесь.

Итак, мы разделили два таких как бы уровня — психологический и духовный, которые возвышаются над таким базовым уровнем физиологии и нашей биологии. А почему это важно? Дело в том, что если мы обернемся к понятию «грех» и посмотрим его перевод с греческого, то мы вспомним, что речь идет о промахе, о непопадании в цель. То есть в духовном плане человек грешит, когда движется мимо себя и мимо цели, к которой должен двигаться. Если мы рассмотрим близкое к греху, но психологическое понятие «невроза», то мы будем говорить о том, что человек находится в состоянии некоего ослепления, или кривого зеркала. Иными словами, он не встречается с реальностью. Невротик смотрит на мир сквозь кривое зеркало, он не видит того, что есть. Более того, человек в грехе очень часто упорствует, он уверен, что он прав, он ослеплен некой внутренней гордыней и его останавливает как правило некий такой удар из вне, да, такое Божье промыслительное вхождение в жизнь человека, остановка, чтобы человек задумался.

Тоже самое происходит, когда человек в неврозе. Если он не доходит до края, если он не сталкивается с чем-то очень трудным в своей жизни, он, как правило, не спрашивает себя – все ли со мной в порядке. Если ему плохо, субъективно некомфортно, он в этом винит других людей, он как правило погружен в эгоцентризм и для него виноваты те, кто рядом. Как правило, он сам никогда не бывает виноват. При этом, если давать небольшую характеристику состоянию невроза, для современного человека – это состояние глубокого внутреннего дискомфорта. Он неправильно оценивает себя, он имеет проблемы с самооценкой, с самоотношением, самоценностью. У него то заниженная самооценка, то завышенная. То есть иными словами он не только видит мир в кривом зеркале, в кривом зеркале он видит и самого себя.

Получается, что, когда мы говорим о состоянии греха, мы говорим о промахе, о движении мимо себя и мимо своей жизни. То же самое можно сказать, говоря о неврозе. Человек в неврозе движется мимо себя, мимо своих задач, целей и ценностей, мимо своих близких, своих любимых и родных. Мимо своих родителей, детей, мужей, жен и так далее. И получается, что эти искажения, такие провалы, падения в яму очень похожи, просто они происходят на разных уровнях. Конечно, когда мы говорим о грехе, мы можем сказать, что это может быть кратковременное состояние, то есть иными словами, когда человек грешит, у него есть все шансы вернуться, исправиться, осознать, изменить жизнь. Когда мы говорим, например, о страсти, то мы говорим о более устойчивом перманентном состоянии, в котором человек застревает надолго, часто на годы. Не случайно человек, который находится в некой страсти и очень часто кается в одном и том же. Из года в год, от исповеди, к исповеди, он повторяет одно и то же – я грешу в том-то и том-то и ничего не могу с собой поделать. Это действительно тяжелое искажение духовного мира во мне.

Чем близок невроз к этому состоянию – да тем, что он тоже очень устойчив. Это не дуновение ветра, это не легкое и приходящее, уходящее состояние – это устойчивое состояние, сопровождающее человека из года в год. И если грех исцеляется в храме, то неврозе все-таки исцеляется в кабинете психолога. И эти пути, эти способы помощи себе нельзя рассматривать в рамках или, или, либо то, либо се, либо психологическое, либо духовное это всегда и, и. Это вещи очень взаимопроникающие и очень взаимопитающие. Я никогда не видела в своей практике человека невротизированного, не видящего реальность, но при этом в духовном плане совершенно здорового. И невроз стоит на пути к духовному здоровью и духовному исцелению. Поэтому, если его не лечить, если с ним не работать, если с ним не бороться, то очень маловероятно, что мы выйдем к полноценной духовной жизни.

При этом я вижу очень часто самые разные невротические проблемы – высокая тревожность, страх принятия решений, чувство неуверенности в себе, или наоборот самоуверенность, ощущение, что вокруг неправы все, а прав именно я и моя задача доказать людям, как они ошибаются. Это в огромной степени психологические заботы, психологические задачи. И конечно молитва и жизнь в храме невероятно важны. Я не могу сказать, что они помогают, они нас зовут к себе, они нам показывают путь наверх. Но есть еще как бы путь, который мы должны пройти сами. Господь помогает и ждет, но Он не делает за нас те вещи, которые вручены нам в руки, и мы ответственны за наши какие-то усилия. И эта некая работа по осознаванию себя чрезвычайно важна и здесь помогает именно психология. И я бы сказала, именно христианская психология. Потому что именно христианский психолог видит тот свет, который светит нам сверху.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации от 05.04.2016 № 68-рп и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский союз ректоров»

academy.foma.ru

Грех невроз

Невроз – духовная болезнь.

Пограничные нервно-психические расстройства, среди которых значительное место занимают неврозы, убедительно свидетельствует их первенствующее положение в среди психических заболеваний. По данным Всемирной организации здравоохранения, около 10% населения индустриально развитых стран больны неврозами и за последние 65 лет их число выросло в 24 раза. Заболеваемость неврозами в России составляет 20-25 человек на 1000 населения. Это только учтенная заболеваемость и ее, скорее, можно рассматривать как вершину айсберга.

Неврозы, как эпидемия, распространяются повсеместно. Известно, что от 30 до 65% посетителей у общепрактикующих врачей – люди с выраженными неврозными симптомами. В среде специалистов, изучающих эту патологию, бытует грустная шутка: вместо вопроса, страдает ли человек неврозом, надо задавать вопрос: “каким именно видом невроза он страдает.”

В последнее десятилетие проблемы, связанные с происхождением неврозов, стали подвергаться активному пересмотру. Отношение к этому заболеванию, как к легкому психическому нарушению функций, в значительной степени изменяется. Принцип функциональности (легкой обратимости) не подтверждается современной клинической практикой. По опубликованным в печати данным, выздоровление при неврозах наступает менее чем у половины заболевших. Установлено, что в первые три года болезни выздоравливают лишь 10% больных. Часто страдания длятся годами и даже десятилетиями.

Согласно определению, принятому в России, невроз – психогенное (возникающее на нервной почве), как правило, конфликтогенное (возникающее в результате конфликта с собой или окружающими) нервно-психическое расстройство, которое возникает в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека. Проще говоря: невроз развивается тогда, когда человек в силу различных обстоятельств не может найти подходящего выхода из сложного положения, разрешить психологически значимую ситуацию или перенести какую-то трагедию.

Симптомы невротического срыва общеизвестны:

чувство внутреннего дискомфорта (стеснения),

Могут появляться навязчивость, вспышки агрессивности, злобность и т.п.

Вся эта симптоматика сопровождается общим недомоганием, неприятными телесными ощущениями. Проявления неврозов обобщенно могут быть именованы как устойчивая потеря душевного мира. При неврозе человек сохраняет ясную критику, тяготится своим состоянием, но ничего не может поделать с собой.

Вместе с тем существуют и состояния, по клинике напоминающие неврозы, но развивающиеся по своему механизму. Они определяются как неврозо-подобные и возникают при различных соматических (телесных) заболеваниях, инфекционных процессах, при атеросклерозе сосудов головного мозга и других патологических процессах. Кроме того, неврозо-подобная клиническая картина может часто встречаться у людей с дурным характером или существенными недостатками воспитания.

Термин “невроз” прочно вошел в нашу жизнь и неизвестен разве что младенцу. Выделяют школьные и пенсионные неврозы; неврозы достижения и одиночества; соматогенные и экологические, а также многие иные разновидности этого недуга. Особую группу составляют так называемые ноогенные неврозы, связанные с утратой или отсутствием у человека смысла жизни, ценностными конфликтами. Существуют данные о том, что примерно каждый пятый невротический случай имеет ноогенную основу; в действительности же представляется, что едва ли не каждый невроз имеет духовные корни. Впрочем, обо всем по порядку.

Впервые понятие “невроз” было предложено в 1776 году шотландским врачом Кулленом, и с тех пор дискуссии о сущности этого заболевания, корнях его возникновения и механизмах формирования не перестали быть менее животрепещущими. Однако это, конечно, не означает, что до Куллена неврозов не существовало: их появление, как и появление болезней вообще, произошло вследствие грехопадения человека. Описание неврозов встречается уже в древнейших письменных источниках человечества. Так, в папирусах Кахун (ок. 1900 г. до Р. Х.) и Эберса (ок. 1700 г. до Р. Х.) содержатся данные о болезненных состояниях женщин, которые напоминают клинику истерического невроза.

Сегодня трудно найти другое понятие в медицине, трактуемое различными научными школами столь многозначно и даже противоречиво. Невротические реакции, которые могут возникать у человека вслед за тяжелыми потрясениями, конфликтами, соматическими заболеваниями или жизненными неурядицами, весьма разнообразны. Симптомы их накладываются на личность человека, особенности его характера – отсюда и полярность взглядов на эту проблему.

Причем на острие научных дискуссий находятся не только вопросы систематики неврозов, а и само существование их как нозологической (болезненной) формы. Крайняя точка зрения некоторых психиатров выглядит примерно так: невроз – это нормальное поведение в ненормальной ситуации.

Согласно другим мнениям невроз – это мозговая дисфункция; вытеснение в бессознательное внутреннего конфликта; бескомпромиссность установок и догматический строй мышления; неумение прогнозировать конфликт и готовиться к нему; неверные стереотипы поведения; неудовлетворение потребности в самоактуализации и т.д.

Одни исследователи относят истоки неврозов к особенностям мышления человека, другие – к патологии эмоций, третьи – к нарушению процесса самопознания, четвертые – к психологической незрелости и инфантильности. Есть и такие авторы, которые склонны думать, что это наследственное заболевание.

А вот еще одна точка зрения: М. М. Хананашвили говорит о неврозе как о заболевании, обусловленном избытком информации. В своей книге “Информационные неврозы” он приводит следующие подтверждения своим взглядам: “…подсчитано, что в экономически развитых странах к 1970 году каждый человек в среднем совершал в течение одного года поездки на большие расстояния, встречался с большим количеством людей, получал больше информации, чем их было у человека к 1900 году в течение всей его жизни… Около 25% населения земного шара подвержено влиянию резко возросших информационных перегрузок…” Риск развития заболевания этот исследователь видит в длительном выполнении большого объема работ в условиях дефицита времени и высокого уровня мотиваций (побуждений).

Академик П. В. Симонов, напротив, характеризует невроз как болезнь недостатка информации. Так, по мнению этого ученого, утверждения которого представляются также обоснованными и логичными, ярость, к примеру, компенсирует недостаток сведений, необходимых для организации адекватного поведения, страх – недостаток сведений для организации защиты, горе возникает в условиях острейшего дефицита сведений о возможности компенсации утраты и т.д.

Некоторыми авторами высказывалось мнение о том, что невротики страдают из-за неспособности любить.

Следует подчеркнуть, что каждое психологическое направление только тогда признавалось коллегами, когда его представителям удавалось аргументировано и по-новому заявить о взглядах на проблему невроза.

Итак, точек зрения много, но ясности нет; наука запуталась. Произошло это, по нашему мнению, оттого, что невротическая патология, помимо всего прочего, имеет духовную основу, которую многие психиатры игнорируют или даже отрицают. Безудержный рост неврозов в двадцатом веке порожден не только стрессами и научно-техническим прогрессом с его информационными перегрузками, но прежде всего усилением греховности.

Во все времена своей истории человечество переживало войны, различные природные бедствия, наводнения, засухи, смерчи. И трудно сопоставить, скажем, в какой степени нынешнее время тревожнее и беспокойнее, например, эпохи царствования Ивана Грозного. Почему же проблема неврозов стала столь острой лишь в последние времена? Причина, думается, одна – в нарастающем безверии, в потере духовного фундамента, а с ним и понимания смысла и цели жизни.

Оказывается, что главное в происхождении невроза не столько внешние стрессы и неприятности, сколько неправильная целеустремленность человека, его неблагополучное внутренне состояние. У святителя Феофана Затворника читаем следующее о человеке, который не в состоянии управлять действующими внутри него силами:

“Разум заоблачен, мечтателен и отвлечен, потому, что не удерживается сердцем и не правится волею; воля своенравна и бессердна от того, что не слушает разума и не смотрит на сердце; сердце неудержимо, слепо и блажно, потому что не хочет следовать указаниям разума и не отрезвляется силою воли. Но мало того, что силы сии потеряли взаимную помощь, они приняли некоторое враждебное друг против друга направление, одна отрицает другую, как бы поглощает ее и снедает…»

Грех, как корень всякого зла, влечет за собой невротические расстройства. Усиливаясь в глубине человеческого духа, он возбуждает страсти, дезорганизует волю, выводит из-под контроля эмоции и воображение. По словам святителя Феофана, “внутренний мир человека-грешника исполнен самоуправства, беспорядка и разрушения.” Глубокий невроз – показатель нравственного нездоровья, внутреннего разлада.

Святитель Феофан Затворник указывает и на то, что “естественное отношение составных частей человека должно быть организовано по закону подчинения меньшего большему, слабейшего сильнейшему; тело должно подчиняться духу, а дух по свойству своему должен быть устремлен к Богу. В Боге должен пребывать человек всем своим существом и сознанием… После отпадения от Бога произошло то, что должно было произойти: смятение во всем составе человека: дух, отделившись от Бога, потерял свою силу и подчинился телу.”

Профессор Д. Е. Мелихов полагает, что в основе многих психических расстройств лежит несмирение (гордыня). Невроз в этом смысле не является исключением. Общепризнанно, что заболевание это развивается ввиду конфликта личности с собой (интра-психический конфликт) или с другими людьми (интерпсихический конфликт). Невроз есть столкновение между желаемым и действительным. Чем мощнее это столкновение, тем острее протекает заболевание.

Как-то во время приема женщина, страдающая одной из форм невроза, эмоционально и многократно повторяла: “Доктор, я устала болеть и хочу вылечиться любой ценой. К тому же я не понимаю, о каком столкновении желаемого и действительного вы говорили.” На эти слова пациентки врач ответил ей примерно следующее: “Господь ведает о вашей скорби, и если не спешит поменять имеющееся положение вещей, то, стало быть, и нет пока Его святой воли вот так сразу вас исцелить. Когда, к примеру, со святыми случались неприятности, болезни или скорби, то они благодарили за то Бога и говорили: “По грехам своим приемлю.” А что получается в нашем случае? “Хочу исцеления любой ценой.” Вот в этом и столкновение между желаемым и действительным. Лечиться, конечно, можно и нужно, но очень важно смириться с постигшими вас болезненными обстоятельствами, считать себя достойной их и принять с благодарением. Господь о вас не забудет и не пошлет вам испытания выше ваших сил. В этом нас уверяет святой апостол Павел, который писал: “Верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемым сверх сил, но при искушении даст и облегчение.” Посему успокойтесь и не отчаивайтесь. Невроз – болезнь духовная. Смиритесь перед Богом, и вам станет легче!”

О том, какое облегчение приносит человеку смирение, читаем в жизнеописании святителя Игнатия (Брянчанинова): “Беспрекословное послушание и глубокое смирение отличали поведение послушника Брянчанинова в монастыре. Первое послушание было назначено ему при поварне. Поваром был бывший крепостной. В день вступления в поварню случилось, что нужно было идти в амбар за мукой. Повар грубо сказал ему: “Ну-ка, брат, иди за мукой!” – и бросил ему мучной мешок так, что его всего обдало белой пылью. Новый послушник смиренно взял мешок и пошел. В амбаре, растянувши мешок обеими руками и по приказанию повара прихватив зубами, чтобы удобнее было всыпать муку, он ощутил в сердце некое новое, странное чувство, какого раньше никогда не испытывал: его смиренное поведение, с попранием чувства обиды так усладили его душу, что он на всю жизнь запомнил этот случай.”

Большинство современных исследователей сходятся во мнении, что невроз – болезнь личности. Человек заболевает неврозом не вдруг: у этого недуга есть свой предварительный период болезни. Можно нарисовать своеобразный портрет “потенциального” невротика – вернее, это будет целая галерея типов, каждый из которых имеет склонность к переходу потенциальных, скрытых болезненных сил в реальные. Одной из отличительных особенностей таких людей является стиль мышления, носящий характер бескомпромиссности; в их оценках сквозит выраженная категоричность, многое из происходящего не имеет для них оттенков и строится на контрасте плохо-хорошо.

Невроз чаще возникает в результате внутренних конфликтных процессов. Внешние провоцирующие факторы и обстоятельства представляют собой лишь “последнюю каплю,” или “пусковой механизм” развития невротических нарушений. У человека, склонного к этому недугу, вырабатывается своеобразное свойство нервозно реагировать на события. Одни причины для переживаний (конфликты, стрессы) со временем уходят, становятся неактуальными, но вскоре их место занимают другие, и недуг усиливается.

В течение болезни выделяют невротическую реакцию: острый и затяжной невроз и невротическое развитие. Предложенная схема позволяет анализировать возможность перехода одного типа течения в другой (реакция – невроз – развитие). Больные с диагнозом “невротическое развитие” являются практически нетрудоспособными, и их часто переводят на инвалидность.

Неврозы можно отнести к долго развивавшейся страсти (имеется в виду страсть в святоотеческом понимании этого слова, как греховное расположение души). В глубинной основе разнообразной невротической симптоматики лежит оскудение смирения и любви, а там, где нет ни того ни другого, зреют самолюбие, неприязнь, нетерпимость, раздражительность, злопамятность, зависть, страх и др.

Один пациент, страдающий затяжной формой невроза, признался: “Меня губит зависть. Как увижу, что у соседа или знакомого что-нибудь лучшее, так и места себе не могу найти, словно сгораю изнутри.”

Многие невротики говорят о душевном бесчувствии, каком-то внутреннем холоде. Преподобный Серафим Саровский поучал: “Бог есть огнь, согревающий и разжигающий сердца и утробы. Итак, если мы ощущаем в сердцах своих хлад, который от диавола (ибо диавол хладен), то призовем Господа, и Он, пришед, согреет наше сердце совершенною любовью не только к Нему, но и к ближнему. И от теплоты изгонится хлад ненавистника добра.”

Особенно следует сказать о разного рода страхах (фобиях), которые возникают в связи с увлечением оккультной практикой. Думается, что эти страхи сообщают человеку о том бедственном, греховном положении его души, в котором она пребывает. К великому сожалению, в настоящее время очень многие стали жертвами оккультизма. В качестве примера приведем следующий случай.

На прием обратилась Н., 38-ми лет. В юности она встречалась с молодым человеком и хотела выйти за него замуж, однако неожиданно он женился на другой. Н. очень переживала, много плакала и по совету подруг решила “приворожить” жениха. Ей предложили подробную “инструкцию,” в которой значились даже заупокойные молитвы. Вскоре после выполнения колдовских действий Н. ощутила жуткий страх и давящее чувство тревоги, но несмотря на это она неоднократно прибегала к тем же оккультным ритуалам. В течение всех этих почти двадцати лет Н. лечилась по поводу фобического невроза у психиатров и психотерапевтов; лечение приносило лишь незначительное облегчение. Размышления о содеянном привели ее к мысли о необходимости покаяния и обращения к Богу. После первой в жизни исповеди она почувствовала давно забытые покой и радость на душе.

Другим мощным психотравмирующим и неврогенным фактором выступает тяжелая болезнь. К сожалению, не все умеют принимать болезнь по-христиански. Мужественное принятие недуга встречается редко, гораздо чаще у людей в таких ситуациях возникают невротические реакции. Так, профессор В. П. Зайцев выделяет пять типов подобных реакций на инфаркт миокарда, среди них:

кардиофобическая реакция – больные боятся “за сердце,” испытывают страх перед повторным инфарктом миокарда и внезапной смертью; они чрезмерно осторожны, особенно при попытках расширения режима физической активности; усиление страха сопровождается дрожью в теле, слабостью, побледнением кожи, сердцебиением;

депрессивная реакция – в психическом состоянии доминируют угнетенное, подавленное состояние, апатия, безнадежность;

ипохондрическая реакция – главной ее особенностью является явная переоценка тяжести своего состояния, чрезмерная фиксация на состоянии собственного здоровья;

истерическая реакция – для нее характерны эгоцентризм, демонстративность, стремление привлечь к себе внимание окружающих, вызвать сочувствие;

анозогнозическая реакция – выражается отрицанием болезни, игнорированием лечебных рекомендаций и грубыми нарушениями режима.

У всякой болезни есть духовные корни, но распознать их бывает невозможно, невроз же выделяется из числа остальных заболеваний тем, что становится своего рода нравственным барометром. Его связь с духовной сферой очевидна, и возникновение этого недуга вследствие душевных терзаний и угрызений совести может быть стремительным. Однако грех лишь создает почву для возникновения невроза, развитие же невротических проявлений зависит от особенностей характера, условий жизни и воспитания, нейрофизиологических предпосылок, а также различных стрессов и других обстоятельств, многие из которых трудно учесть. Все в одну схему не уложить, жизнь гораздо сложнее. У одного человека формируется невроз, а у другого реакция ограничивается потрясением, но болезни не возникает. Глубинная сущность неврозов – тайна, известная только Господу.

Сложности, связанные с поиском причин возникновения неврозов, во многом обусловлены тем, что большинство ученых и практиков пытались и пытаются решить эту сложную проблему самостоятельно без веры Христовой. Причем духовность пациента либо подменяется образованностью, эрудицией, либо совсем не принимается во внимание, отрицается, хотя многие последствия духовного повреждения у человека, страдающего неврозом, обнаружены, на наш взгляд, верно. Но говоря о патологии процесса самопознания, “невротическом” строе мышления и особенностях эмоциональной сферы, необходимо понимать, что прежде эти качества расстроились на духовном уровне, а уже после отразились на душевной жизни человека.

Все сказанное выше относится не только к неврозам, но и к широкой группе нарушений, составляющих так называемую “малую” психиатрию: это акцентуации, то есть предболезненные нарушения характера, приобретенные психопатии и др.

Надо заметить, что клиника невротических расстройств за последние 10-15 лет существенно изменилась. Она стала более сложной, запутанной (как, впрочем, и души людей, обращающихся за помощью), а течение недуга – более затяжным. Постоянно растет непонимание между людьми, – даже самыми близкими; достучаться до ума и сердца пациента становится, на наш взгляд, все труднее и труднее. И это не только наше наблюдение, но и мнение многих коллег по работе.

Невроз, особенно некоторые его формы: упорные навязчивые состояния, стойкие страхи – могут возникать вследствие демонского воздействия. Иначе как можно, к примеру, расценить непреодолимое желание мыть руки до нескольких десятков раз перед едой или пересчитывать пуговицы на пальто у встречающихся прохожих и т.п.? При этом больные ужасно страдают, мучаются от своих состояний, тяготятся ими, но ничего с собой поделать не могут. Кстати, сам медицинский термин “обсессия,” обозначающий навязчивые явления, переводится как одержимость. Епископ Варнава (Беляев) пишет: “Мудрецы мира сего, не признающие существования бесов, не могут объяснить происхождение и действие навязчивых идей. Но христианин, сталкивающийся с темными силами непосредственно и ведущий с ними борьбу, иногда даже видимую, не может сомневаться в существовании бесов.”

Внезапно появившийся помысел, как буря, обрушивается на человека и не дает ему ни минуты покоя. Но положим, что мы имеем дело с опытным подвижником. Он вооружается крепкой Иисусовой молитвой. И начинается и идет борьба, которой не предвидится конца. Подвижник понимает, где его собственные мысли, а где всеваемые в него чужие, бесовские. Но весь эффект впереди. Вражеские помыслы часто уверяют, что если человек не уступит и не соизволит им, то они не отстанут. Он не уступает и продолжает молить Бога о помощи.

И вот в тот момент, когда человеку кажется, что действительно, может быть, борьба эта безнадежна, и когда он уже перестает верить в возможность спокойной жизни – в это время помыслы исчезают внезапно… Это значит, что пришла благодать Божия на помощь, и бесы разбежались. В душу человека проливаются небесный свет; наступают мир и тишина (ср.: Мк. 4:37-40).

В заключение хочется подчеркнуть, что человек, страдающий неврозом, не лучше и не хуже остальных; его заболевание – лишь частный случай последствия греха. Человеческая природа повреждена грехом со времен наших прародителей, посему всем нам надлежит, уповая на помощь и милосердие Господне, каяться и исправляться.

Нет сомнения, что современная жизнь не способствует психическому здоровью людей. Социальная напряженность в обществе ежегодно возрастает. С другой стороны, налицо нравственный кризис. Многие люди оказались в состоянии духовного вакуума: не имея в сердце веры Христовой, они соскальзывают на путь греха. А греховная жизнь никогда не может принести подлинного счастья.

Бывают, конечно, случаи психологических срывов и у православных христиан, ибо в мире нет человека, свободного от греха, но православные молятся ко Господу о помиловании, прибегают к врачующим душу таинствам исповеди и причащения, и милосердный Господь, жалеющий кающихся, врачует их сердца и дарует душевный мир.

Если же человек не имеет твердых нравственных убеждений, если он не огражден духовной оградой от демонического “шторма,” то риск психически заболеть повышается многократно, что и подтверждают факты: почти во всех странах число душевнобольных постоянно увеличивается.

О русском нашем обществе свидетельствуют следующие факты. Уровень общей преступности с 1987 по 1996 год увеличился в 2,2 раза. Число браков к 1996 году уменьшилось на 17%, а разводов – выросло на 21%. Количество детей, рожденных вне брака, увеличилось на 76%. С 1985 по 1995 год число самоубийств выросло на 79%.

Особую тревогу вызывает душевное здоровье подрастающего поколения. Размытые духовные ориентиры в обществе, тяжелые социальные условия нелегким бременем легли на неокрепшие детские души.

Немало семей можно назвать неблагополучными: родители зачастую злоупотребляют спиртным, причем нередкими стали матери-алкоголички. Половина 13-летних девочек и мальчиков употребляют алкоголь. Возраст приобщения к курению снизился до 10 лет у мальчиков и до 12-ти у девочек. Никого не удивишь сегодня тем, что школьники вступают в половые связи. Каждый 10-й аборт делает девочка-подросток. Среди молодежи возрастает наркомания. Венерические заболевания у подростков, детская проституция – увы, печальные особенности нашего времени.

По данным МВД РФ, на начало 1995 года в России насчитывалось 50 тысяч беспризорных детей, 620 тысяч подростков стояли на учете в милиции. Появились подростки – серийные убийцы. Таких случаев практически не знала прежде судебная психиатрия, и можно заключить, какой чудовищный уровень агрессии в обществе они отображают.

Испытания для детей начинаются уже с младенческого возраста. Вот строки из письма одной молодой мамы: “У детей украли детство. “Благодаря” телевидению и средствам массовой информации маленькие дети уже знают, что такое секс и как и с кем им можно заниматься. Когда они подрастут, смогут ли они оценить чистую любовь? Посмотрите, какие мультфильмы показывают детям. Одно название чего стоит – “Чокнутый,” “Звездные войны” и прочее такое. Фильмы безнравственные и невежественные. Недавно показали мультфильм “Все попадают в рай.” Суть этого фильма: не надо работать, надо играть в азартные игры до тех пор, пока не выиграешь, а культурный досуг – это девочки из кабаре. А какие игрушки предлагают детям: ниндзи, пришельцы из космоса, роботы-убийцы и т.д. Для чего? Что эти игрушки могут дать детям?” Увы, подобных писем автор этих строк получает немало, и в каждом – боль и скорбь родителей по поводу происходящего вокруг.

Представляет интерес исследование, проведенное департаментами полиции и народного образования в г. Фуллертоне, штат Калифорния (США), в марте 1988. Вот его данные:

Основные проблемы в школе в 1940 г.: ученики разговаривают во время уроков, жуют жвачку, шумят, бегают по коридорам, не соблюдают очередей, одеваются не по правилам, сорят в классах.

Основные проблемы в школе в 1988 г.: употребление наркотиков, употребление алкоголя, беременности, самоубийства, изнасилования, ограбления, избиения.

Комментарии – излишни. Следует особо подчеркнуть, что эти страшные метаморфозы произошли за неполные 50 лет, во время усиленного развития в США материализма. Думается, это закономерный результат для любого общества, базирующегося на материалистических идеях. Проамериканский образ жизни вот уже десяток лет навязывается по всему миру. К чему он приведет? – напрашивается неутешительный прогноз.

Программа наших телепередач пестрит чудовищными названиями, за которыми стоят насилие и разврат. Повсюду в средствах массовой информации демонстрируются обнаженные тела. В русских школах сектанты всех мастей ведут работу, направленную на подрыв духовных ценностей Православия. Дух стяжательства и поклонения доллару, изменение пола, виртуальная реальность и эвтаназия, сатанизм, детская порнография, инструкции для самоубийц и террористов – вот страшные реалии нашей жизни.

Дети подвергаются влиянию оккультистов, гипнотизеров и прочих темных личностей. Последствия этих воздействий для их неокрепших душ крайне опасны. Врачам известно, сколько тяжелых осложнений испытывают люди после телесеансов современных “волшебников.” А ведь дети – наше будущее! Каким же оно будет?!

Основные формы неврозов.

В медицине обычно выделяют три основные классические формы неврозов: неврастению, невроз навязчивых состояний и истерию. Рассмотрим их в той последовательности, в какой они обычно описываются в специальной литературе.

Ее принято считать самой частой формой неврозов. В качестве самостоятельной нозологической единицы она была выделена в восьмидесятых годах прошлого столетия. Впервые этот невроз описали в 1869 году, независимо друг от друга, американские врачи Бирд и Ван-Дьюсен. С тех пор диагностика неврастении получила широкое распространение. Профессор Б. Д. Карвасарский приводит любопытный пример: в британской армии во время первой мировой войны была создана специальная программа обучения, по окончании которой врач получал звание “эксперт по неврастении.”

Данное заболевание, как видно из самого названия, проявляется нервной слабостью вплоть до глубокого истощения жизненных сил человека. При нем обостряются дремлющие очаги инфекции, напоминают о себе холецистит, гастрит, язвенная болезнь желудка или двенадцатиперстной кишки. Недуг этот является как бы катализатором, высвечивающим соматическую патологию.

Портрет неврастеника типичен – это человек вспыльчивый, раздражительный, быстро заводящийся, как говорится “с полуоборота,” у которого явно сдают нервы (гиперстеническая форма неврастении), или, напротив, вялый, плаксивый, ощущающий утомление и истощение всех своих жизненных сил (гипостеническая форма). Но вот что интересно: повышенная раздражительность и вспыльчивость неврастеника направлены не на себя, а на окружающих! Все и всё раздражает его, нередко он капризен, легко впадает в гнев и ярость, но почти никогда не поднимается до духовной высоты постижения собственных несовершенств, ошибок и грехов. Таким образом, в большей или меньшей степени неврастения есть эгоистический невроз, питаемый страстью, в святоотеческой литературе именуемой гордостью или гордыней.

Священник Александр Ельчанинов писал: “Нервность и т.д. – это виды греха, и именно гордости. Самый главный неврастеник – диавол. Можно ли представить себе неврастеником человека смиренного, доброго, терпеливого?” “Раздражительность нрава происходит от непознания себя, от гордости и от того еще, что мы не сознаем глубину повреждения своей природы и не познали кроткого и смиренного Иисуса” (святой праведный Иоанн Кронштадтский). “Никто не должен оправдывать раздражительность какою-нибудь болезнью” (старец Амвросий Оптинский).

О причинах раздражительности и потери душевного мира архиепископ Арсений (Жадановский) говорил: “Иногда вдруг у тебя появляется раздраженное состояние, недовольство окружающими тебя людьми, а то и просто дурное, угнетенное состояние духа, тоска, разочарование. Малейший повод – и твое настроение испорчено. Отчего это? Очевидно, твоя душевная почва была раньше подготовлена к такому настроению. Раздражительность, недовольство людьми вызываются завистью, недоброжелательством к ним…”

Итак, можно сделать вывод, что неврастения в большей или меньшей степени является следствием отдаления от Христа, уходом в нео-язычество. Она – проявление страстей. Неврастению можно считать своего рода противоположностью кротости, смирению, терпению и мирному устроению духа.

Пастыри Церкви обращали особенное внимание на сохранение мира в душе при любых жизненных обстоятельствах. “Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир – вы будете счастливы” (преподобный Алексий Зосимовский). Отсюда напрашивается логический вывод: лучшее лекарство от неврастении – глубокое покаяние, христианский образ жизни с терпеливым и смиренным несением своего креста.

Невроз навязчивых состояний (обсессивный невроз).

Навязчивыми, то есть существующими помимо воли и желания человека, могут быть как определенные мысли, воспоминания, представления, сомнения, так и действия. К неврозу навязчивых состояний относят обычно и навязчивые страхи. Если человек испытывает безотчетный страх неведомо чего, то говорят о синдроме страха; если он боится конкретно темноты, высоты, острых предметов, замкнутых пространств, подобные навязчивые состояния определяют как фобии, уточняя в названии их вид, или направленность. Например, канцерофобия – боязнь заболеть раком, клаустрофобия – боязнь замкнутых пространств, гипсофобия – высоты, мизофобия – загрязнения, пантофобия – всего окружающего.

Иногда фобии появляются при соответствующей ситуации: боязнь высоты только при подъеме на высоту, боязнь мышей при виде мыши (Петр I, например, панически боялся тараканов); но иногда они возникают и при одной лишь мысли о чем-либо.

Страх присущ природе падшего человека (“Страх есть лишение твердой надежды,” – говорит святой Иоанн Дамаскин) и глубоко биологичен, ибо человек несет в себе и животное начало, которое инстинктивно боится угрозы извне: темноты, нападений и пр. Во многих случаях именно он выполняет роль своего рода защитного механизма, оберегая нас от всего угрожающего нашему благополучию. Страшась, человек становится более бдительным, способным предохранить себя, спастись от надвигающейся угрозы. Страх закреплен природой в памяти предшествующих поколений, как говорят психоаналитики, в “коллективном бессознательном” (Карл Юнг).

Однако невротические страхи тем и характерны, что не обусловлены никакой реальной угрозой, или угроза эта иллюзорна и маловероятна. Например, некий человек страдает кардиофобическим неврозом, то есть боится, что сердце его в один неожиданный момент может остановиться. С одной стороны, теоретически это возможно, ведь бывает же внезапная смерть и у молодых, до того считавшихся здоровыми людьми, но объективная вероятность такой внезапной остановки сердца именно у этого человека ничтожно мала, а имеет место надуманная, мнимая, нафантазированная опасность для жизни, обусловленная ложными мыслями и необоснованными страхами.

А вот другой пример: мать, горячо любящая своего малыша, вдруг ловит себя на мысли, что может его задушить. Мысль эта ужасает ее, она не соответствует ее нравственным представлениям, не продиктована никакими реальными внешними обстоятельствами – напротив, абсурдна, лишена всякого здравого смысла. Но словно заноза, цепко укоренившись в сознании, начинает причинять ей боль, в которой ей стыдно кому-то признаться.

Навязчивые мысли часто начинаются с вопроса: “А вдруг?” Далее они автоматизируются, укореняются в сознании и, неоднократно повторяясь, создают существенные затруднения в жизни. И чем больше человек борется с ними, тем сильнее они овладевают им.

Важной причиной развития и самого существования невротического страха является раздутое чувственное воображение, мимо чего обычно проходит посвященная этой тематике специальная литература. Ведь человек, к примеру, не просто боится упасть с высоты, но и всячески “распаляет” вымышленную ситуацию, представляя свои похороны, себя лежащим в гробу и прочее.

Кроме того, в подобных состояниях имеет место слабость психической защиты (цензуры) из-за природных особенностей данной личности или в результате ее греховного состояния. Хорошо известен факт повышенной внушаемости у алкоголиков. Существенно ослабляют душевную крепость блудные грехи. Сказывается также и отсутствие постоянной внутренней работы по самоконтролю, духовному трезвению и осознанному управлению своими мыслями (эти занятия описаны в святоотеческой литературе).

Следует также признать, что некоторые помыслы в действительности чужды для данного человека, являясь демоническими. К сожалению человек часто не способен определить подлинный источник своих помыслов, и в душу его без труда проникает демоническое внушение. Лишь опытные подвижники и святые люди, уже очищенные молитвенным подвигом и постом, в состоянии обнаруживать приближение духов тьмы. Покрытые же греховным мраком души обычных смертных зачастую не ощущают и не видят этого, ибо темное на темном плохо различается.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) объясняет: “Духи злобы с такой хитростью ведут войну против человека, что внушаемые ими помыслы и мечтания душе представляются собственными.”

Преосвященный Варнава (Беляев) пишет: “Ошибка нынешних людей заключается в том, что они думают, что страдают только “от мыслей,” а на самом деле они страдают еще больше от бесов… Так, когда пытаются победить мысль мыслью, то видят, что противные мысли – не просто мысли, но мысли “навязчивые,” то есть с которыми сладу нет и перед которыми человек бессилен, которые не связаны никакой логикой и для него чужды, посторонни и ненавистны… Но если человек не признает Церкви, благодати, святых таинств и драгоценности добродетелей, то чем ему защищаться? Конечно, нечем. И тогда, раз сердце пусто от смирения и других добродетелей, приходят демоны и делают с умом и телом человека всё, что хотят” (Мф. 12:43-45).

Эти слова владыки Варнавы в точности подтверждаются клинически. Неврозы навязчивых состояний лечатся значительно труднее всех остальных невротических форм. Зачастую они совершенно не поддаются никакой терапии, изнуряя своих обладателей тяжелейшими страданиями. В случае упорных навязчивостей человек стойко лишается трудоспособности и попросту становится инвалидом. “Страх причиняет большой вред, – пишет Оптинский старец Макарий, – тело расслабляется от упадка духа и лишения спокойствия, и без болезни приходит болезнь.” Опыт показывает, что подлинное исцеление может наступить только по благодати Божией.

Каждому человеку необходим страх Божий (благоговение перед своим Творцом), но этот великий дар нередко извращается и подменяется животной трусостью. Страх Божий имеет несколько ступеней, первая из которых заключается в боязни нарушить Божественные заповеди – согрешить, сделать что-либо мерзкое, недостойное, оскорбительное в глазах Бога. Вторая его степень присуща уже более совершенным подвижникам благочестия и заключает в себе боязнь отпасть от Бога, лишиться Его благодати, святого мира, ибо это отпадение означает духовную смерть.

“Страх Господень есть истинная премудрость,” – говорится в Священном Писании (Иов. 28:28). “Живя без страха Божьего, нельзя совершать ничего благородного и удивительного,” – пишет вселенский учитель Церкви святой Иоанн Златоуст.

На основании святоотеческой литературы следует заключить, что именно страх Божий способен исцелить человека от его неврозов: когда человек приобретает сей духовный дар, то этим благородным страхом потопляются прочие мелкие, житейские боязни. Как большая волна на море вбирает мелкую рябь, так и истинный страх Божий поглощает невротические страхи – фобии.

И наконец, последний аспект, касающийся причин возникновения страха, который также не рассматривается в научной литературе. Указание на него мы находим в Священном Писании: “В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение” (1 Ин. 4:18). Оказывается, наличие страха в душе и сердце человека означает отсутствие или недостаток любви к Богу.

Теперь поговорим кратко о навязчивых (компульсивных) действиях. Характер их может быть очень разнообразным. Нередко они принимает форму какого-то привычного ритуала и повторяются вопреки логике и необходимости. Например, навязчивое мытье рук; ритуалы при раздевании и одевании; бессмысленные переставления мебели; частое пересчитывание денег; постукивания, покачивания; избегание определенных предметов; повторение при встрече с кажущимся злом каких-то определенных слов и действий. Характерным является чувство облегчения после исполнения навязчивого действия. Однако облегчение это временное и вскоре вновь возникает потребность повторения данного ритуала.

Важным моментом для уяснения природы навязчивых действий является упомянутая выше чужеродность и их принудительность к совершению бессмысленного поступка. Вот что пишет на сей счет епископ Варнава (Беляев): “Откуда же насильственность, если человек всеми силами души отгоняет и не хочет, считает элементом чуждым и болезненным? Ясное дело, от иной духовной сущности – злой и нечистой. Понятна эта нелогичность в мыслях, понятна эта тирания, о которых говорят сами же ученые, понятно это облегчение после совершенного… (то есть диавол на время отходит, довольный, что заставил человека что-то сделать против его желания), понятно и мучительное недовольство собой, ибо совесть мучит человека, что он послушался дьявола.»

В особо тяжелых случаях человек уже не владеет собой и становится своего рода “биороботом.” Вспомните, к примеру, ритуальное убийство трех монахов Оптиной пустыни, произведенное преступником, признавшимся потом, что какая-то чужеродная сила влекла его к этому преступлению и он не мог противостоять ей. О подобной силе, завладевающей волей и сознанием, нередко упоминают и другие преступники. Это, впрочем, обычно не приводит к освобождению их от судебной ответственности. О насильственном чужеродном непреодолимом влечении упоминают также больные наркоманией и алкоголизмом. Что за сила стоит за всем этим, думается, понятно.

Ипохондрический и депрессивный неврозы.

Нередко выделяют еще две формы неврозов – ипохондрический и депрессивный. Ипохондрия есть чрезмерный уход в болезнь, это синдром “мнимого больного.” Здесь налицо такие проявления, как постоянное копание в собственных ощущениях, устремленность мыслей и представлений преимущественно к проблемам своего “драгоценного” здоровья, иногда полная убежденность в наличии у себя какого-либо опасного заболевания, которого не находят врачи, или значительное преувеличение имеющихся недомоганий.

Со временем такие пациенты становятся совершенно непереносимыми для окружающих, “притчей во языцех” для медиков. Они постоянно щупают пульс, измеряют давление, бесконечно сдают анализы, делают ЭКГ, носятся с лекарствами и медицинскими рекомендациями.

Обычно это люди маловерующие или совсем неверующие, ибо ипохондрия есть не что иное, как нарушение второй заповеди: “Не сотвори себе кумира…” (идола Исх. 20:4). “Кумиром” в данном случае человек делает собственное здоровье.

Многие исследователи отмечают, что при этом неврозе так же, как и при истерии, происходит “желательное бегство в болезнь” от житейских трудностей. Ипохондрикам в высокой степени присущ эгоизм, который привносит в жизнь человека серьезные проблемы и нередко приводит к болезням, причем не только душевным, но и телесным. Живя собой, человек себя же обрекает на страдания – тогда как, жертвуя собой ради ближних, он обретает счастье, ибо истинное счастье приход от любви к Богу и ближним.

И наконец, депрессивный невроз. В клинической психиатрии выделяют две принципиальные разновидности депрессивных состояний. Одна из них связана с внутренними (эндогенными) причинами и менее зависит от психологических факторов и обстоятельств (эндогенная депрессия), а другая, напротив, развивается в силу различных переживаний, неприятностей, которые наслаиваются на личностно-психологические особенности человека, шкалу его ценностей (невротическая депрессия).

Проявления депрессивных расстройств замечается при разных психических заболеваниях. Это самый распространенный синдром душевных расстройств; ими страдает около 5% населения Земли, и до 60% всей психической патологии составляют депрессивные состояния. Депрессия “помолодела”: жертвами ее становятся не только люди преклонного или “бальзаковского” возраста, но также молодежь и даже дети.

Уныние, безрадостность, тоска – так свойственны нашим современникам. Сегодня многие считают, что депрессия – это болезнь цивилизации. Науке многое известно о возникновении депрессивных расстройств, но в среде ученых не принято говорить о грехе, тогда как причиной многих форм болезненного уныния является именно греховность человека.

Депрессия – своего рода сигнал души о ее неблагополучии, бедственном положении. Но это не “плач о грехах,” а мучение нераскаянной души, которой демоны нашептывают: “Все плохо, надеяться не на что… кроме смерти не жди ничего…” Увы, как часто приходится слышать подобные жалобы от больных.

Депрессивный невроз иногда начинается из-за жизненных сложностей. При этом у человека снижается настроение, его ничто не радует, все раздражает, он впадает в уныние, окружающее предстает в мрачном свете. Очень часто подобные состояния возникают из-за того, что жизнь пошла “не по тому сценарию,” как хотелось бы; не осуществилось желаемое, произошел какой-то конфликт, cрыв, была нанесена обида…

Депрессия имеет различные маски: иногда она проявляется в форме телесных недомоганий, таких, как боли в животе, головная боль, стойкая бессонница. Этот вид расстройств называется маскированной депрессией.

Преосвященный Варнава (Беляев) в одном из своих трудов приводит высказывание преподобной Синклитикии Александрийской: “Есть печаль на пользу и печаль на вред. Печаль на пользу состоит в том, чтобы сокрушаться о своих грехах, о страданиях ближнего и вообще о зле, которое происходит вокруг нас… Это есть печаль ради Бога (2Кор. 7:10). Но наш враг наводит на нас мирскую печаль, которая приводит к унынию. Это состояние надо изгонять преимущественно молитвой и псалмопением.” И далее пишет: “Есть одно делание в науке о спасении, которое приводит человека к Богу кратчайшим путем. Это – печаль о грехах… Духовный опыт и веяние благодати в сердце убеждают, что молитва с теплыми слезами раскаяния в одиночестве есть сильнейшее средство утешения. Правда, вначале слезы горькие льются, едкие, но после чувствуется облегчение, отрада, просвет. Чем дальше человек продвигается по пути спасения, тем легче становится на душе… Это дивное действие благодати!”

Но есть иная печаль, которую апостол Павел именует мирской (2Кор 7:10). Модница плачет о том, что у нее нет новой весенней шляпки и вышли из моды ее ботинки, что “такой-то” стал ухаживать за “такой-то,” а “та” более красива или счастлива, чем она; молодой человек печалится о недостатке карманных денег, которые он хотел бы потратить на удовольствия; супруги недовольны друг другом, усматривая каждый в своем партнере только недостатки. Рабочий, врач, инженер, адвокат – все недовольны малым заработком, всё им мало; коммерсант приходит в отчаяние от понесенного убытка, и так далее, и тому подобное. Все плачут и печалятся, даже живя в роскоши и богатстве. Они сокрушаются о тленных вещах. Эта печаль бесовская… Мучится, стонет человек, пытается сделать жизнь беспечальной, забывая о Боге и о спасении своей души.

Человек идет к врачу, который выписывает ему успокаивающие и улучшающие настроение лекарства. Ясно, что здесь лечится не душевная болезнь, а притупляется сознание человека… Однако необходимо сказать, что здесь имеем ввиду невротическую депрессию. В случае же когда депрессивное состояние продолжается более 2-3 недель, имеет суточные (утром – хуже, вечером – лучше) и сезонные (весеннее и осеннее) колебания, больному необходима врачебная помощь.

При невротической форме депрессивных расстройств определяется ее самая непосредственная связь с морально-нравственным состоянием человека. Как врачи, мы, конечно, облегчаем страдания пациентов медикаментами, беседами, да и просто человеческим участием, но удовлетворение при приеме больного наступает лишь тогда, когда заходит разговор о душе, о вере, о покаянии. С согласия пациента и по его желанию мы пытаемся оценивать симптомы болезни с духовных позиций.

Духовные корни этого невроза уходят в эгоизм, гордыню, страсти… Великую радость христианину приносят добрые дела, забота о ближних, отказ от личной выгоды.

В заключении главы о депрессиях уместно упомянуть о самоубийстве (суициде), поскольку именно отчаяние являются предвестниками этого страшного поступка.

Суицид есть добровольное лишение себя жизни. Печальная статистика самоубийств в России долгое время была закрытой. В начале 1989 года впервые за последние 60 лет были обнародованы ошеломляющие цифры, за каждой из которых – безысходное отчаяние, утрата смысла жизни. Ежегодно накладывают на себя руки более 60 тысяч россиян – это целый город самоубийц. И что особенно трагично, более всего, в 2,9 раза, выросли самоубийства среди молодых людей в возрасте 20-24 лет. В остальных возрастных группах взрослого населения этот прирост составил 1,6-1,8 раза.

Вот еще один красноречивый факт: уровень самоубийств в России в 1915 году равнялся 3,4 человека на 100 000 населения, в 1985 году он составлял 24,5, в 1991-м – 31, а в 1993 году уже 38,7 человека. 1998 год отмечен еще более высокими суицидальными показателями.

20% от общего числа всех самоубийств совершают дети и юноши до 19 лет. Приведем статистику за 1996 год: возраст 5-14 лет – 2756 самоубийств; 14-19 лет – 2358, и это только учтенные случаи. В 92% случаев самоубийства совершались детьми из неблагополучных семей.

В чем причины самоубийств? Точка зрения врачей такова: подавляющее число самоубийц психически здоровы. Суицид – это личностный кризис. Социальные факторы не имеют здесь решающего значения, это проблема духовная.

Архиепископ Иоанн (Шаховской) пишет: “Бедные страдальцы самоубийцы! Вы не приняли искупления, кратких земных очищающих страданий – сладких для принявшего, – о, гораздо более сладких, чем те призрачные наслаждения, в тоске по которым вы умерли. Да, в вашей власти было сделать это, как подсказала, шепнула вам сила зла, не имевшая над вами тогда никакой власти, но в вашей же власти было не делать этого. В вашей власти было знать, что есть Бог, что Он есть не только высшее Выражение Правды и Справедливости, недоступных нашему пониманию, но даже гораздо более всех этих слабых человеческих понятий. В вашей власти было понять, что не может Бог дать Крест и не дать сил, – что в вашей власти было обратиться к Богу, спастись призыванием (не ложным) Его Имени…

Самоубийцы пред самоубийством своим совсем не знают, что за их спиной стоит гадкий, невыразимо злой дух, понуждая их убить тело, разбить драгоценный “глиняный сосуд,” хранящий душу до сроков Божьих. И советует этот дух, и убеждает, и настаивает, и понуждает, и запугивает всякими страхами: только чтобы человек нажал гашетку или перескочил через подоконник, убегая от жизни, от своего нестерпимого томления… Человек и не догадывается, что “нестерпимое томление” – не от жизни, а от падшего духа, который все представляет в черном свете. Человек думает, что это он сам рассуждает, и приходит к самоубийственному заключению. Но на самом деле это не он, а его мыслями говорит тот, кого Господь назвал “человекоубийцей от начала”…

Человек только безвольно соглашается, невидимо для себя берет грех диавола на себя, сочетается с грехом и с диаволом… Одно покаянное молитвенное слово, одно мысленное хотя бы начертание спасительного Креста и с верою воззрение на него – и паутина зла расторгнута, человек спасен силой Божией… Только малая искра живой веры и преданности Богу – и человек спасен!

www.k2x2.info