Кто устроил великую депрессию

Великая депрессия Америки. Как начинался крупнейший кризис в истории мира? (15 фото + 1 видео)

Биржевой крах в США, произошедший в октябре 1929 года, считается началом Великой депрессии. В истории Америки и раньше случались экономические кризисы, однако ни один из них не затягивался более чем на четыре года. Великую депрессию Штаты переживали в три раза дольше экономических потрясений прошлого.

Пузырь на Уолл-Стрит

Двадцатые годы в Америке прошли под знаком потребительской революции и последующего спекулятивного бума. Тогда рынок акций рос опережающими темпами — с 1928 по 1929 гг. средняя стоимость ценных бумаг взлетела на 40 % годовых, а оборот торговли увеличился с 2 млн акций в день до 5 млн.

Граждане, одержимые идеей быстрого обогащения, вкладывали все свои сбережения в акции корпораций, чтобы впоследствии продать их дороже. Как известно, спрос рождает предложение, и стоимость ценных бумаг росла с геометрической прогрессией. Американцев не останавливали завышенные цены на акции, и они, затягивая пояса, продолжали их покупать в надежде на хороший куш в будущем. Чтобы приобрести ценные бумаги, инвесторы активно брали кредиты. Ажиотаж с акциями породил пузырь, который, по законам экономики, рано или поздно должен был лопнуть.

И время этого пузыря пришло в «чёрный четверг» 1929 года, когда промышленный индекс Доу-Джонса снизился до отметки в 381,17, а инвесторы в панике начали избавляться от ценных бумаг. За один день было продано более 12,9 млн акций, а индекс Доу-Джонса опустился ещё на 11 %.

«Чёрный четверг» был первым звеном в цепочке кризиса 1929 года. Биржевой крах повлёк за собой «чёрную пятницу» (25 октября), «чёрный понедельник» (28 октября) и «чёрный вторник» (29 октября). За эти «чёрные дни» было продано более 30 млн ценных бумаг. Из-за биржевого краха разорились тысячи инвесторов, потери которых оценивались как минимум в 30 млрд долларов.

Следом за разорившимися акционерами один за другим стали закрываться банки, которые активно выдавали кредиты на покупку ценных бумаг, а после биржевой паники признали, что не могут вернуть долги. За банкротствами финансовых учреждений потянулись банкротства предприятий — без возможности получить кредиты заводы и разного рода организации не могли существовать дальше. Следствием масштабного банкротства предприятий стал катастрофический рост безработицы.

Годы кризиса

«Чёрный октябрь» 1929 года принято считать началом Великой депрессии. Впрочем, одного только биржевого краха было явно недостаточно для запуска столь масштабного экономического коллапса. Экономисты и историки по сей день спорят об истинных причинах возникновения Великой депрессии. Прежде всего, стоит отметить, что кризис начался не на пустом месте. За несколько месяцев до биржевого спада американская экономика уже уверенно скатывалась в рецессию — промышленное производство сокращалось 20-процентными темпами, одновременно с ним снижались оптовые цены и доходы населения.

По версии ряда экспертов, Великую депрессию спровоцировал кризис перепроизводства товаров. В те годы их невозможно было купить из-за ограничения объёмов денежной массы — доллары привязывались к золотому запасу. Другие экономисты убеждены, что не последнюю роль сыграло окончание Первой мировой войны. Дело в том, что американская экономика сильно зависела от оборонных заказов, а после того, как наступил мир, их число сократилось, что и привело к рецессии в военно-промышленном комплексе США. Среди остальных причин, вызвавших кризис, экономисты называют неэффективную денежную политику Федеральной резервной системы США и повышение пошлин на импортные товары. Закон Смита-Хоули, призванный защитить внутреннее производство, привёл к снижению покупательской способности. А поскольку 40-процентная пошлина на импорт усложнила реализацию продукции европейских поставщиков в США, кризис перекинулся на страны Старого света.

Сильнее всех от кризиса, зародившегося в Америке, пострадали Германия и Великобритания. За несколько лет до краха Уолл-Стрит Лондон возродил золотой стандарт, приписав фунту довоенный номинал. Британская валюта стала переоценённой, из-за чего английский экспорт вырос в цене и перестал быть конкурентоспособным. Чтобы поддержать фунт, Великобритании не оставалось ничего другого, как брать кредиты за океаном, в США. И когда Нью-Йорк содрогнулся от «чёрного четверга» и остальных предвестников Великой депрессии, кризис двинулся в сторону Туманного Альбиона. А оттуда пошла цепная реакция по всем европейским государствам, только оправившимся от Первой мировой.

Германия, так же как и Великобритания, пострадала из-за американской кредитной иглы. В двадцатых годах доверие к немецкой марке было невысоким, банковский сектор ещё не оправился от войны, а страна в это время переживала период гиперинфляции. Чтобы выправить положение и поставить экономику Германии на ноги, местные фирмы и муниципалитеты обращались к Штатам за краткосрочными кредитами. Экономический кризис, запущенный в октябре 1929 года в США, больно ударил по немцам, не успевшим снизить зависимость от американских кредитов.

В первые годы Великой депрессии экономический рост Америки сократился на 31 %. Промышленное производство США обвалилось почти на 50 %, а цены на сельскохозяйственную продукцию обрушились на 53 %.

В начале 30-х годов Америка пережила две банковские паники — вкладчики бросились массово отзывать депозиты, а большинство финансовых учреждений были вынуждены остановить выдачу кредитов. Затем начались банкротства банков, из-за чего вкладчики потеряли 2 млрд долларов. С 1929 года денежная масса по номиналу снизилась на 31 %. На фоне удручающего состояния национальной экономики стремительно падали доходы населения, треть работоспособных американцев стали безработными. Гражданам не оставалось ничего другого, как выходить на митинги. Самой резонансной демонстрацией стал так называемый «голодный марш» 1932 года в Детройте, когда своё недовольство выразили оставшиеся без работы сотрудники завода Ford.

«Новый курс» Рузвельта

Реанимация американской экономики началась после того, как в марте 1933 года страну возглавил Теодор Рузвельт, которому удалось обратить депрессию в подъём. Достигнуть перелома удалось благодаря политике «сильной руки». Новый президент избрал путь на принципиальное вмешательство и государственное регулирование процессов. Для стабилизации денежной системы была проведена насильственная девальвация доллара, временно закрылись банки (потом, при повторном открытии, им помогли кредитами). Деятельность крупных промышленных предприятий была регламентирована практически на плановом уровне — с квотами продукции, установлением рынков сбыта, предписаниями по уровням заработных плат. Вдобавок был отменён сухой закон, за счёт чего правительство получило серьёзную прибыль в виде акцизов.

Ресурсы из производства перераспределились в сторону инфраструктуры. Особенно это касалось сельскохозяйственных районов страны, исторически наиболее бедных. В борьбе с безработицей миллионы американцев направлялись на строительство плотин, шоссейных и железных дорог, линий электропередач, мостов и прочих важных объектов. Это позволило облегчить логистические и транспортные задачи и дало дополнительный стимул для бизнеса. Также увеличились темпы жилищного строительства. А проведённые профсоюзные и пенсионные реформы подняли рейтинг команды Рузвельта среди широких слоёв населения, недовольных поначалу «шоковой» по американским меркам политикой, близкой к социализму.

В результате к концу 30-х экономика Штатов медленно «вставала с колен» — с эпизодическими спадами и некоторыми потрясениями, например рецессией 1937–38. Окончательно же победить Великую депрессию помогла Великая война — мобилизация мужчин добила безработицу, а многочисленные оборонные заказы наполнили казну деньгами, за счёт чего ВВП США во время Второй мировой вырос в два с лишним раза.

m.fishki.net

Кто устроил великую депрессию

Великая депрессия началась в 1929 году. Прошло много лет, но до сих пор считается, что причины депрессии до конца не выяснены. Обычно говорят, что существует несколько конкурирующих версий, но это и означает, что вопрос до конца не выяснен. Спрашивается, почему? В конце концов, экономика — это наука, и за 80 лет можно было уже разобраться, что к чему. Не все согласны с тем, что экономика – это наука, я же советую не надо путать пропаганду, завернутую в упаковку экономических терминов с реальной наукой экономикой, которая, очевидно, существует. В конце концов ведь существует разумное управление очень сложными экономическими процессами, а значит, есть люди, которые этим занимаются и располагают соответствующими инструментами. Говоря в переносном смысле, экономист – это не Егор Тимурович Гайдар, а Василий Васильевич Леонтьев. Как человек окончивший физмат, и прошедший предмет «математическая экономика» могу сказать, что в основе анализа экономических процессов находится сложнейший математический аппарат, а не идеологическая трепотня про невидимую руку рынка, и не аналогичная болтовня про передовой социалистический строй. Тем не менее, когда речь заходит о Великой депрессии обычно называют причины на любой вкус, но помалкивают о межгосударственном противостоянии. А зря, ведь именно тут собака и зарыта. Что же происходило в период, предшествовавший Великой депрессии?

А вот что. Вторая половина 20-х годов – это период экономического рывка Соединенных Штатов. Американцы стали быстро теснить англичан, ранее безусловных лидеров. США увеличили долю своего экспорта в Японию, Китай, Латинскую Америку, и это происходило на фоне падения доли Англии. Дошло до того, что англичане стали терять свое лидерство даже в своей же империи. К 1928 году внешняя торговля Англии была ниже довоенного уровня (Первая мировая война), а доля Англии в мировом экспорте упала до 10,9% в 1929 году, что хуже даже показателя 1924 года (12,9%). Казалось бы, Британия окончательно проиграла американцам экономическую гонку, и дальше обречена все больше и больше отставать. Однако грянул мировой экономический кризис. Кризис вроде бы мировой, то есть ударил по большинству развитых стран мира, однако уже в 1932 году Англия возвращает себе первое место в мировой торговле, при этом американский экспорт в Британскую империю заметно падает. Кроме того Англия значительно опережает США в экспорте капиталов. А если говорить о реальном секторе экономики, то в 1934 году Англия превысила докризисные показатели в сфере в сфере промышленности. Итак, если искать ответ на вопрос, кому был выгоден мировой кризис, то ответ на него очевиден. Значит, Англия и есть первый подозреваемый в деле о том, кто устроил этот кризис. Я, конечно, понимаю, что найдутся люди, которые скажут, что я путаю причину и следствие. Мол, посмотрел на результат, и по результату установил причину, а не наоборот. Такие люди считают, что все случилось само собой, то есть в результате стихийного сочетания неконтролируемых факторов произошло то, что произошло. Короче говоря, англичанам просто повезло. Но англичанам вообще-то очень часто везет, слишком часто, чтобы не заметить за этим системы.

Вот, например, выигрывала Российская империя Первую мировую войну, и все шло к тому, что наша страна получит проливы в Средиземное море. Это крайне не нравилось англичанами, а что поделаешь, приходилось признавать права России. Но Лондону «повезло»: только дело дошло до дележки трофеев, так у русских две революции подряд, и привет. Или вот еще случай. Готовится Гитлер к высадке на Британские острова, вся Англия в панике, со дня на день ждут начало мясорубки. И вновь сказочное везение, вместо доброй старой Англии, Германия поворачивает на Восток. Везучие люди, эти англичане.

Вот так и тут, проигрывали американцам по всем статьям, и снова повезло, наступил мировой экономический кризиса, который вроде бы и мировой, но какой-то разборчивый, по Англии ударил куда слабее, чем по Штатам. Вот ведь очевидный парадокс, но все молчат, всем неинтересно. Толочь воду в ступе 80 лет, это нормально, а как назвать вещи своими именами, так молчок. Между прочим, в начале 30-х годов против американских товаров Британская империя ввела очень эффективную систему протекционистских мер. Доступ на огромный имперский рынок, исключительно важный для США, оказался весьма затруднен, и это произошло практически одномоментно. Представьте себе, что произойдет с экономикой любой страны, если она вдруг недосчитается заметной доли своих доходов? Понятное дело, что начнется экономический хаос, причем цепная реакция нанесет, куда больший ущерб, чем изначальное падение. Вы будете смеяться, но даже о такой очевидной и веской причине затяжного кризиса в США как введение Британией протекционистской системы, либо вообще не говорят, либо упоминают как-то вскользь.

Интересно, что американцы получили протекционистский отпор, после того, как сами ни с того ни с сего ввели в действие так называемый закон Смута-Хоули. Согласно этому документу, США поднимали ввозные пошлины на широкий спектр импортных товаров. Вообще то протекционизм, это оружие слабых. Его вводят, когда по-другому не справляются с иностранной конкуренцией. Но Америка напротив долго и уверенно наращивала свое лидерство на мировых рынках. И вдруг ввела заградительные пошлины. Кто же автор сего гениального плана? Рид Смут – сенатор от Юты и Уиллис Хоули член Палаты представителей от Орегона, причем первой скрипкой был явно Смут – председатель Финансового комитета Сената.

Хотите прикол? Рид Смут – видный мормон, а знаете, чем мормоны отличаются от остальных христиан? Хотя церковь христианская, а там долгое время было разрешено многоженство, что сближало этих христиан с мусульманами. Ну, а британцы большие специалисты по исламу, да и вообще в американской истории между мормонами и государственной властью долго были, мягко говоря, разногласия, а больше я ничего добавлять не буду. Умный поймет, а для других я не пишу.

www.contrtv.ru

«Черные дни». 80 лет Великой депрессии

Ровно 80 лет назад 29 октября на Нью-Йоркской бирже произошло беспрецедентное падение котировок акций. Этот день вошел в историю как «черный вторник». Обвал начался еще в «черный четверг» 24 октября, затем продолжился в «черный понедельник» 28 октября, а во вторник уже произошел крах. С этого дня, можно сказать, началась Великая депрессия, которая лихорадила все последующее десятилетие США, и переросла в мировой экономический кризис, поразивший страны Западной Европы и Японию

Итак, что же произошло в «черные дни» на биржах?

В четверг 24 октября 1929 года, когда промышленный индекс Доу-Джонса находился на отметке 381,17 пункта, пузырь лопнул. Началась паническая распродажа акций. Пытаясь избавиться от своих акций прежде, чем они из ценных бумаг превратятся в обычную бумагу, инвесторы продали в тот день почти 13 миллионов акций. Для сравнения уже 30 октября индекс на закрытие биржи равнялся 258 пунктам, а в 1932 году падал до 49 пунктов.

В последующие дни были проданы ещё около 30 миллионов акций. Котировки рухнули. Миллионы инвесторов были разорены. В целом за неделю биржевого краха американский рынок потерял в стоимости около 30 миллиардов долларов. Эта и по нынешним временам гигантская сумма с учетом тогдашней покупательной способности доллара была просто астрономической. Это больше, чем правительство США потратило за всё время Первой мировой войны.

Вслед за инвесторами начали разоряться банки. Они финансировали покупку акций своими кредитами, а вернуть долги не могли. В результате предприятия лишались кредитных линий и закрывались, увольняя тысячи людей. К тому же, в конце 1930 года началась банковская паника. Вкладчики начали массовое изъятие вкладов, что привело к волне банкротств банков.

Краху предшествовал биржевой бум середины 1920-х. Миллионы американцев инвестировали свои средства в акции. Спрос взвинчивал котировки, что привлекало всё новых инвесторов. Это привело к образованию экономического пузыря. При этом многие инвесторы покупали акции в кредит, занимая необходимые средства в банках. Биржевой обвал ударил не только по рядовым инвесторам, но и по многим известным людям. Среди них Уинстон Черчилль. Он инвестировал большие средства в американские ценные бумаги. Основатель General Motors Уильям Дюран потерял на фондовом рынке 40 миллионов долларов и оказался нищим. Интересно, что сама GM в годы Великой депрессии сумела сохранить положительный баланс, так как под руководством Альфреда Слоана проводила политику снижения издержек.

Причины Великой депрессии до сих пор вызывают споры. Многие экономисты считают, что депрессию вызвала нехватка денежной массы. Тогда деньги были привязаны к золотому запасу, и это ограничивало денежную массу. Монетаристы обвиняют ФРС в неправильной денежной политике, марксисты винят во всем сам капиталистический строй, который вызвал очередной кризис перепроизводства.

Скорее всего, к депрессии привела совокупность причин. Действительно не хватало денежной массы. Производство в США сильно выросло, товаров появилось много, а купить их было не на что. В результате снижались цены, разорялись производители. Попытки перекрыть дешевый импорт из Европы протекционистскими таможенными пошлинами только снизили покупательскую способность населения, а депрессия добралась до Европы, которой стало сложнее сбывать товары своих производителей. В свою очередь европейские страны ввели ответные меры и против американских компаний. Как ни странно, косвенными причинами депрессии стали и положительные события в истории. Окончание Первой мировой войны сократило объем военных заказов и вызвало рецессию ВПК.

За первые три года депрессии ВВП США упал на 31%. Уровень безработицы в 1932 году увеличился почти до 24%. За три с небольшим года с начала кризиса лишились работы более 13 миллионов американцев. Промышленные запасы потеряли 80% их стоимости с 1930 года, а сельскохозяйственные цены упали на 53% с 1929 года.

В Великобритании властям удалось справиться с кризисом уже в 1933 году, серьезных губительных последствий он не там не вызвал. Во Франции кризис был продолжительным и глубоким, и привел к радикализации политического пейзажа страны. В Германии своего «дна» кризис достиг в 1932 году. Это привело к тому, что 68 тысяч предприятий стали банкротами. В стране рухнула банковская система, началась гиперинфляция. Количество безработных составило около 8 миллионов человек. Кризис в стране помог Гитлеру получить власть. В результате всемирного кризиса уровень промышленного производства в мире был отброшен к уровню начала XX века, то есть на 30 лет назад. На СССР мировой кризис напрямую не отразился, ведь ни о каком кризисе перепроизводства и биржевом пузыре в стране Советов не могло быть и речи.

Отвечая на вопрос «Вестей», чем сегодня для нас представляется Великая депрессия — одним из знаменательных фактов истории или же не потерявшим актуальности практическим пособием преодоления кризисных тенденций — замдиректора Центра развития Сергей Смирнов заметил, что многим более верным казался первый вариант.

Но, как теперь выясняется, какие-то уроки Великой депрессии не потеряли значения и сегодня. К примеру, и тогда власти США предприняли усилия по массированной поддержке банковской системы, что позволило ей удержаться на плаву. И в ходе нынешнего кризиса в России государство также существенно поддержало банки.

Примечательно, кстати, что и в тогдашний депрессионный период эксперты недоумевали по поводу того, почему банковские учреждения, даже при наличии у них денег, не хотят выдавать кредиты. А не хотели они их выдавать потому, что не могли просчитать риски или же эти риски выглядели чрезмерными. Сходная картина наблюдается и сегодня, констатировал Смирнов.

При этом он выразил сожаление, что другая известная составляющая предпринятых некогда в Соединенных Штатах антикризисных мер, которая подразумевала всемерную активизацию строительства и, в частности, дорожного, в сегодняшних российских условиях почти не задействована. «А в бюджете на следующее трехлетие соответствующие пункты и вовсе обнулены. Разумеется, здесь можно исходить из того, что Россия издавна «славилась» своими плохими дорогами и еще три года можно подождать. Но все же такой подход вряд ли представляется правомерным, в том числе и с учетом мирового опыта преодоления кризисов», — подчеркнул замдиректора Центра развития.

Впрочем, напомнил он, несмотря на все действия американских властей общая ситуация в экономике страны долгое время оставалась сложной. Окончательно выправиться ей помогли только масштабные военные госзаказы в период Второй мировой войны.

В свою очередь, замгендиректора Центра политической конъюнктуры Алексей Макаркин заметил, что «Великая депрессия стала частью общечеловеческого опыта». И этот опыт, в частности, научил нас тому, что в период глобального кризиса активное участие в борьбе с ним должно принять государство. Помня о тогдашних уроках, в сегодняшних кризисных условиях правительства большинства стран также, в частности, осуществили масштабные вливания в экономику, уточнил Макаркин.

Кстати, добавил он, предпринятые вследствие Великой депрессии преобразования банковской системы США значительно помогли повысить ее жизнеспособность. Что позволило ей выстоять и под ударами нынешнего кризиса, не повлекшего за собой краха банковской системы в целом.

Правда, на судьбе тогдашнего президента Гувера Великая депрессия сказалась весьма печально — она «похоронила» его (Герберт Гувер был президентом США в 1929-1933 годах). И потом американцы долго грустно вспоминали предвыборное обещание Гувера о том, что у каждого американца вскоре будет свой дом и свой автомобиль. Как они шутили, это обещание сбылось, но только для многих домом стало их собственное авто, напомнил Макаркин.

www.vesti.ru

86 лет назад, с «черного четверга» на Нью-Йоркской бирже, началась Великая депрессия

24 октября 1929 года произошло событие, значимость которого трудно переоценить: «черный четверг», крах Нью-Йоркской фондовой биржи, повлекший за собой Великую депрессию — самый знаменитый экономический кризис последних столетий. 86 лет — дата некруглая; впрочем, и событие не из тех, что принято отмечать пикниками и вечерними фейерверками.

Тем не менее есть много оснований полагать, что именно Великая депрессия сделала Соединенные Штаты тем государством, что мы знаем сейчас. Посмотрим, как это было.

Акционеры — домохозяйки и чистильщики обуви

Для начала выясним, с какой высоты Америка рухнула в экономическую пропасть, насколько благополучными были для нее 20-е годы.

Первая мировая позволила Штатам не только расплатиться с долгами, но и выдать европейским союзникам займов на 11 млрд долларов (покупательная способность доллара была в 1920-х годах в 12,2 раза выше, чем сейчас). Военные заказы подстегнули рост реальных секторов экономики: в начале 1920-х на долю США приходилось 50% мировой добычи угля, около 60% выплавки чугуна и стали, 75% добычи нефти.

Поскольку союзники значительную часть поставок оплачивали золотом, Штаты накопили в своих хранилищах почти половину мирового запаса драгметалла. Американские инвестиции за рубежом увеличились с 2,6 млрд до 7 млрд долларов. Фактически американские инвесторы скупили большую часть месторождений в Латинской Америке и странах Карибского бассейна.

Подъем экономики привел к повышению благосостояния значительной части населения. Сформировался средний класс в нынешнем понимании этого термина. Естественно, предприимчивые американцы не могли не начать вкладывать свободные деньги в ценные бумаги и биржевые операции, благо для этого были все условия: огромное количество бирж, профессиональных брокеров, растущие прибыли десятков тысяч компаний. Акции покупали все: рабочие и кинозвезды, владельцы магазинов, клерки и домохозяйки. Известный банкир и финансист Джон Пирпонт Морган вспоминал, что за несколько недель до биржевого краха уличный чистильщик обуви спросил его, принесут ли купленные им акции железнодорожной компании прибыль.

Американские обыватели и представить не могли, что этот праздник жизни скоро кончится.

Маржинальные займы: спусковой крючок катастрофы

К концу 20-х инерция послевоенного восстановления ослабла. Доступные рынки сбыта были исчерпаны, производительность труда перестала расти, а эффективность инвестиций начала падать. Назревал кризис перепроизводства, тащивший за собой дефляцию. Сначала американцы перестали покупать жилье, затем автомобили.

Однако это были лишь макроэкономические предпосылки грядущего кризиса, слабо влиявшие на поведение участников рынка. Настоящим спусковым крючком финансовой катастрофы стали акции маржинального займа.

Особенностью этих ценных бумаг было то, что их можно было купить всего за 10% от номинальной стоимости. Невыплаченные 90% являлись своеобразным кредитом, выданным брокерской конторой своему клиенту. Благодаря этому даже небогатые клерки могли играть на бирже значительными активами. Однако дьявол, как всегда, крылся в деталях. В соглашении имелся пункт, позволявший брокеру потребовать от держателя ценных бумаг внести недостающую часть стоимости акций в течение 24 часов.

Тот факт, что брокеры массово брали в банках кредиты на покупку ценных бумаг, делал кажущееся биржевое благополучие еще более зыбким. В качестве залогов выступали уже имеющиеся портфели акций и облигаций.

Таким образом, миллионы американцев (по некоторым оценкам — почти все трудоспособное население США) в один прекрасный день оказались на крючке у брокерских контор. А те, в свою очередь, находились в точно таком же положении по отношению к банкам.

Черный четверг

24 октября 1929 года несколько банков внезапно перестали выдавать брокерам кредиты более чем на один день. Это заставило спекулянтов продавать купленные в долг акции, чтобы расплатиться с кредитами, иначе им грозила потеря всех активов.

Уже к 11 часам утра, спустя час после открытия торгов на Нью-Йоркской бирже, Уолл-стрит охватила паника. В этот день оказалось продано 12,6 млн ценных бумаг: часть игроков еще имели средства, чтобы скупать дешевеющие акции. Сам вице-президент биржи Ричард Уитни, пытаясь спасти ситуацию, за несколько часов потратил около 250 млн долларов на скупку «голубых фишек». Надо признать, что ему почти удалось остановить панику. Тем не менее индекс деловой активности Доу-Джонса к концу торгов упал на 11%. Финансисты и газетчики тут же назвали этот день «черным четвергом», еще не подозревая, что на фоне последующих событий он будет выглядеть светло-серым.

В пятницу, однако, ситуация не выправилась. Брокеры выбросили на рынок еще 30 млн акций. Маховик паники постепенно раскручивался, и снежный ком финансового обвала уже вовсю несся вниз, разрастаясь на глазах. Родился термин «черная пятница», и надо признать, что оттенок серого и впрямь сгустился.

Нисходящий тренд продолжился и после выходных. Именно в понедельник, 28 октября, биржа окончательно ушла в неуправляемое пике. Если в первые два дня крупные банкиры еще пытались сыграть на биржевом падении, теперь уже об этом не было и речи. В американском календаре появилось еще два черных дня недели — понедельник и вторник.

Началась первая волна банкротств, за которыми последовали самоубийства. Одними из первых жертв краха Уолл-стрит стали застрелившиеся банкиры Джеймс Риордан и Джесси Ливермор; затем большой резонанс получил двойной суицид клерков, имевших совместный брокерский счет: взявшись за руки, они спрыгнули с крыши небоскреба. В последующие недели, по выражению известного американского комика Эдди Кантора, у администраторов отелей вошло в привычку спрашивать новых постояльцев: «Вам номер для того, чтобы спать или прыгать?» (for sleeping or jumping?).

К концу недели американский фондовый рынок потерял 30 млрд долларов — больше, чем Соединенные Штаты потратили за всю Первую мировую войну.

Эффект ядерного взрыва

Вряд ли обвал биржи изначально задумывался как неуправляемый процесс. Скорее всего, его организаторы планировали скупить по дешевке самые привлекательные активы с последующей коррекцией. Однако джинн вырвался из бутылки и зажил собственной жизнью.

Несущие потери банки стали закрывать кредитные линии для промышленных предприятий. Граждане, потерявшие на бирже часть сбережений (а таковых насчитывалось не менее 25 млн), помчались массово снимать средства с депозитов. Банки столкнулись с дефицитом ликвидности; недостаток средств привел к банкротствам, а те, разумеется, подстегнули панику среди населения. Спираль дефицита платежных средств, требований исполнить обязательства и банкротств раскручивалась все шире и в итоге погубила 16 тысяч кредитных организаций.

Медвежий тренд перекинулся с рынка ценных бумаг на товарную биржу: 5 ноября произошел обвал цен на пшеницу. В ходе торгов ее цена опустилась почти до нуля, никто не хотел покупать злак. Неделю спустя аналогичным образом рухнули цены на хлопок.

Взрывная волна биржевого коллапса расходилась по американской экономике, сметая один сегмент за другим. Обвал банковского сектора привел к массовым разорениям предприятий. За следующие несколько лет банкротству подверглись 135 747 предприятий и фирм. Разорились 19 железнодорожных компаний. Устоявшие на ногах бизнесмены пошли по пути сокращения расходов и начали массовые увольнения, чем на корню зарезали потребительский спрос, а с ним и собственное будущее.

15 млн американцев — 18% трудоспособного населения — лишились работы. К 1932 году количество безработных увеличилось до 17 млн; еще 60 млн имели частичную занятость. И лишь 10% граждан 125-миллионой страны могли похвастаться полноценными рабочими местами.

Кризис добрался и до сельского хозяйства: 5 млн фермеров остались без земли, не сумев заплатить налоги или рассчитаться с долгами. Ситуация складывалась парадоксальная: в городах миллионы американцев страдали от голода, а сельхозпроизводителям некому было продать молоко, мясо, фрукты и овощи. Жертвами голода за годы Великой депрессии стали около 7,4 млн человек. Газеты сообщали, что жители небольших городов начали питаться травой, отстреливать собак и белок.

Горькие пилюли, или большой передел Америки

В 1932 году президента Герберта Гувера сменил Франклин Делано Рузвельт. Получив в наследство Великую депрессию, он тут же пошел по пути жесткого государственного планирования. Понимая, что для лечения экономики требуются самые радикальные средства, он был готов их применить.

Программе Рузвельта, получившей название «Новый курс», посвящены сотни монографий и учебников плюс одно расследование Верховного суда США. Судьи задним числом признали экономическую политику президента полностью антиконституционной. И — так же полностью ее оправдали.

Рузвельт девальвировал доллар и объявил в стране банковские каникулы. Это было нужно, чтобы граждане не снимали вклады, пока их сбережения не обесценились. Американцам было запрещено владеть монетарным золотом: все слитки и монеты предписывалось сдать государству до 1 мая 1933 года. Попытка утаить кусочек драгметалла грозила десятью годами тюрьмы. Примечательно, что при Рузвельте государство выкупало золото по цене 20,66 доллара за тройскую унцию. Вернулось же к американцам право владения желтым металлом только в 1975 году, когда унция стоила уже 195 долларов. 42 года самое демократическое государство мира лишало граждан права вкладывать сбережения в актив, не подверженный старению, износу и девальвации.

Война как спасательный круг

Параллельно шел процесс консолидации банковской системы: выжившие крупные банки скупали мелкие и средние кредитные организации. Не осталась в стороне и Федеральная резервная система, начавшая кредитовать банки-партнеры. Государство провело разделение коммерческих и инвестиционных банков, выделяя прямые кредиты промышленности и транспортным компаниям. Долги фермеров были реструктурированы и частично списаны. Был взят курс на сокращение безработицы и создание рабочих мест. Рузвельту и его команде удалось сократить падение ВВП, увеличить занятость населения и стабилизировать финансовую систему.

Однако эффект от всех этих мер оставался неустойчивым. В 1937 году президент попытался сбалансировать бюджет, сократив госрасходы — и Соединенные Штаты тут же накрыла вторая волна рецессии.

Трудно сказать, сколько бы продлился кризис, если бы не Вторая мировая война. Огромные военные заказы, а затем и помощь разгромленной в труху Европе позволили американской экономике восстановить устойчивый рост. Однако это была уже совсем не та экономика, что провалилась 15 лет назад в преисподнюю Великой депрессии.

Америке нужен твой гемоглобин

Штаты научились вести макроэкономическую политику, осознали пагубность дефляции и научились управлять денежной массой. Развал колониальной системы Британии открыл американским производителям недоступные ранее рынки, а утверждение доллара в качестве мировой валюты позволило начать экспорт денежной массы, минимизируя инфляционные риски эмиссии. Демократическая держава научилась жить в долг, стимулировать производство ожиданиями растущего потребления и кредитовать своих граждан на десятилетия вперед.

Но главное — американские политики и финансисты окончательно осознали колоссальную силу и значимость войны как эффективнейшего допинга и топлива для своей экономики. С тех пор, уже больше полувека, Америка живет и развивается благодаря политике «маленьких победоносных войн». Едва в стране намечается очередной спад — власти уже знают, что делать. Пафосная риторика очередной войны повышает котировки акций компаний, связанных с ВПК; на ожиданиях военных заказов растут биржевые цены на металлы и нефть, а в производящие секторы устремляется живительный поток долларов.

Соединенные Штаты избрали путь не феникса, но вампира: умного, беспощадного, умеющего летать и, главное, бессмертного до тех пор, пока можно подпитываться чужим гемоглобином. Именно в «черный четверг» 24 октября, 86 лет назад, началось перерождение обычного капиталистического государства в глобального суперхищника.

rusplt.ru