Препараты применяемые при лечении шизофрении

Лекарства при шизофрении

Лекарства-нейролептики доказали свою эффективность в лечении острых психозов и снижении риска психотических эпизодов в будущем. Таким образом, лечение шизофрении имеет две основных фазы: острая фаза, когда могут понадобиться большие дозы для лечения психотических симптомов, после которой идет фаза поддержки, которая может продолжаться всю жизнь. Во время фазы поддержки, дозировка постепенно сокращается до минимальной, необходимой для того, чтобы предупредить дальнейшие эпизоды. Если при малой дозе снова появляются симптомы, временное увеличение дозы может помочь предупредить рецидив.

Даже при постоянном лечение, у некоторых пациентов бывают рецидивы. Однако самый высокий процент рецидивов наблюдается при перерыве в приеме лекарств.

Подавляющее большинство пациентов испытывают значительное улучшение, когда их лечение ведется с помощью нейролептических средств. Однако некоторые пациенты не реагируют на лекарственные средства, а Для некоторых они, кажется, не нужны вообще.

Поскольку достаточно сложно предсказать какие пациенты попадут в какую группу, важно, чтобы они были под постоянным наблюдением, таким образом, чтобы лечение можно было корректировать и с любыми проблемами можно было обратиться к соответствующему специалисту.

Нейролептические медикаменты – угловой камень в контроле шизофрении. Они доступны со средины 50-х, и, несмотря на то, что нейролептики не излечивают болезнь, они резко уменьшают симптомы и позволяют пациенту лучше функционировать, иметь лучшее качество жизни, и получать удовольствие от улучшившихся перспектив. Выбор и дозировка лекарственных средств индивидуальна и лучше всего, если назначение делает врач, который имеет соответствующее образование и опыт в лечении тяжелых психических заболеваний.

Первый нейролептик был открыт случайно и затем использован для лечения шизофрении. Им был chlorpromazine (Thorazine), следом за которым были выпущены такие лекарства как haloperidol (Haldol), fluphenazine (Prolixin), thiothixene (Navane), trifluoperazine (Stelazine), perphenazine (Trilafon), и thioridazine (Mellaril). Эти препараты были известны как «нейролептики», поскольку, несмотря на их эффективность в лечении позитивных симптомов (т.е. острых симптомов, таких как галлюцинации, бредовые идеи, расстройства мышления, потерянные ассоциации амбивалентность или эмоциональная лабильность), они имеют побочные эффекты, многие из которых воздействуют на неврологическую (нервную) систему. Эти более старые препараты не очень эффективны в отношении таких симптомов, как сниженная мотивация или отсутствие эмоционального самовыражения.

С 1989 года появилось новое поколение нейролептиков (атипичные нейролептики). В клинических дозах они не дают (или дают совсем незначительные) такие побочные эффекты, которые воздействуют на экстрапирамидальные нервные пучки (которые контролируют такие вещи, как мышечная ригидность, болезненные спазмы, беспокойство, или треморы) .

Первый из нового поколения, clozapine (клозапин) (Clozaril) – единственное лекарственное средство, которое показало свою эффективность там, где другие нейролептики оказались бессильны. Его использование не связано с экстрапирамидальными побочными эффектами, но у него есть другие побочные эффекты, включая возможное уменьшение количества белых клеток крови, поэтому необходимо выполнять мониторинг крови каждую неделю в течение первых 6 месяцев лечения и каждые 2 недели после этого, чтобы быстро обнаружить этот побочный эффект при его возникновении.

Другими атипичными нейролептиками являются risperidone (Risperdal), olanzapine (Zyprexa), quetiapine (Seroquel), ziprasidone (Geodon), и aripiprazole (Abilify). Использование этих лекарств позволяет обеспечить успешное лечение и выписать домой многих пациентов, страдающих шизофренией.

Несмотря на их большую эффективность и более легкую переносимость, использование этих веществ тоже связано с существованием побочных эффектов, и в настоящее время практическая медицина работает над лучшим пониманием этих эффектов, идентифицируя людей, которые подвергаются риску, и проводя мониторинг неотложности осложнений.

Большинству этих медицинских препаратов нужно 2-4 недели для того, чтобы они подействовали. Если необходимо регулировать дозу, нужно терпение, при этом конкретное лекарство может заменяться на другое, или другое лекарство может добавляться. Для того, чтобы определить эффективен ли нейролептик, его нужно применять в течение как минимум 6-8 недель (или даже дольше, если это clozapine).

В связи с тем, что риск рецидива болезни повышается, если нейролептики принимаются нерегулярно или делается перерыв в их приеме, важно, чтобы пациенты с шизофренией следовали плану лечения, разработанному вместе со своими докторами и семьями. План лечения включает в себя прием назначенных лекарств в правильных дозах и в рекомендованное время, посещение врача для наблюдения и выполнение других рекомендаций по лечению.

Пациенты с шизофренией часто не верят в то, что они больны или в том, что они требуют лечения. Другие возможные вещи, которые могут мешать выполнению плана лечения, это побочные эффекты лекарств, злоупотребление алкоголем или наркотиками, отрицательное отношение к лечению семьи или друзей или даже нереалистические ожидания. При наличии чего-либо из этого, это нужно признать и решить эти вопросы для того, чтобы обеспечить успешное решение.

www.eurolab.ua

препараты для лечения шизофрении

Популярные статьи на тему: препараты для лечения шизофрении

Существует достаточно причин для поиска новых путей лечения шизофрении.

По данным ВОЗ, шизофренией страдает около 1% населения планеты. Открытие и широкое внедрение в практику нейролептиков привели к радикальным изменениям.

Еще в середине прошлого столетия для лечения депрессивных состояний назначали препараты железа и витамины как общеукрепляющие средства, широко использовали в качестве успокоительных сульфат магния, валериану, пустырник, а при тяжелой.

Шизофрения – хроническое психическое заболевание, обусловливающее характерные изменения личности (шизофренический дефект).

Как и в других областях клинической науки, знания об антипсихотических препаратах являются результатом как счастливых находок, так и кропотливых научных исследований. Эффективность хлорпромазина, синтезированного в качестве антигистаминного препарата.

Лечение шизофрении издавна считается одной из самых серьезных и трудноразрешимых проблем. Многие специалисты оценивают прогноз этого заболевания почти как фатальный для психического здоровья пациентов, их социального и профессионального функционирования.

Как известно, современной мировой психиатрии в настоящее время приходится решать целый ряд серьезных проблем. Одной из них является терапевтическая резистентность при шизофрении.

Рекламой различных препаратов, направленной на увеличение употребления ЛС, переполнены телевидение и периодическая печать. В связи с этим напрашивается вопрос: чем больше применять ЛС, тем – лучше?

Показания для применения антидепрессантов у больных в общемедицинской сети достаточно многообразны. Они включают коморбидные соматические заболевания, сравнительно нетяжелые депрессивные и тревожно-фобические расстройства, а также психосоматические.

Новости на тему: препараты для лечения шизофрении

Прием препаратов для лечения шизофрении может снизить агрессию только у некоторых больных, сообщают американские ученые

Ученым для создания нового препарата приходится изучить не менее 10 000 соединений. А финские исследователи, занятые поиском новых средств для лечения шизофрении, стали проверять старые лекарства отнюдь не из арсенала психиатров – и не ошиблись.

Более чем у половины женщин вступление в возраст менопаузы сопровождается появлением тягостных симптомов, среди которых наиболее часто встречаются горячие приливы. Ученые предлагают избавление от приливов с помощью препарата для лечения шизофрении.

Опасная диверсия: другого слова подобрать нельзя – в столице Великобритании переполох. В нескольких аптеках столицы страны обнаружены упаковки нурофена, в которых вместо популярного препарата содержатся таблетки мощного антипсихотического средства.

Сероквел ХР, антипсихотический препарат, утвержденный для лечения шизофрении и биполярных расстройств, может также снимать тревогу и беспокойство, сообщают ученые

Управление по контролю за продовольственной продукцией и медикаментами (Food and Drug Administration) США утвердило новый препарат Abilify, снимающий приступы психоза. Это средство уже применяется при лечении шизофрении и биполярных расстройств

Шизофрения является одним из наиболее тяжелых психических заболеваний. Лечить этого недуг нелегко, а применяемые препараты обладают выраженными побочными эффектами. Теперь для лечения шизофрении ученые пытаются использовать старый антибиотик.

Один из видов азиатского женьшеня может уменьшать симптомы шизофрении, которые плохо поддаются лечению. В небольшом исследовании у пациентов, которые принимали женьшень панакс, такие симптомы как отсутствие мотиваций и снижение эмоциональных проявлений, были значительно меньше выражены по сравнению с больными, принимавшими плацебо (пустышку)

Ученые из Медицинской школы Mount Sinai идентифицировали группу рецепторов в мозге человека, которые дают отклик на воздействие определенных типов препаратов, применяемых для лечения шизофрении, а также заставляют человека реагировать на такие виды галлюциногенных средств, как ЛСД

www.health-ua.org

Лечение шизофрении

Название «шизофрения» происходит от древнегреческого словосочетания, дословно переводящегося, как «раскалываю ум». Ранее это заболевание называлось Dementia praecox на латыни, что переводится как «преждевременное слабоумие». Шизофрения включает в себя группу психических расстройств, связанных с нарушением эмоциональных реакций и распадом мыслительного процесса. Психические расстройства при шизофрении характеризуются сниженным или неадекватным аффектом (общий фон настроения человека), а также фундаментальными нарушениями восприятия и мышления. Чаще всего, ярко выраженными признаками шизофрении являются слуховые, а также зрительные галлюцинации, фантастический или параноидный бред и значительная дезорганизованность речи на фоне серьезного нарушения работоспособности и социальной дисфункции.

Течение заболевания без лечения

Больной шизофренией, как правило, проходит цикл, состоящий из нескольких фаз.

  • Острая фаза. Длится, обычно, не менее 6 недель. В этот период у больного снижается продуктивность мышления, ухудшается рабочая память и ослабляется внимание. Человек теряет интерес к жизни, становится апатичным, прекращает следить за своей внешностью. Этому сопутствуют раздражительность, повышенная тревожность, упадок сил, напряженность, странные головные боли, «экзистенциальные» переживания. Больной высказывает абсурдные предположения об устройстве мира, он твердо уверен в наличии у себя магических способностей, может называть себя пророком, мессией, Иисусом Христом, богом и т.д. и т.п. Часто такие больные жалуются на остановки сердцебиения, зябкость, потливость. При наблюдении за ними, можно заметить нарушение координации движений и странности в речи.
  • Фаза стабилизации. Может продолжаться более шести месяцев. У больного остаются слабовыраженные признаки психоза и остаточный бред, а также кратковременные нарушения восприятия. На просьбы больной не реагирует, либо, нарочно, делает противоположное тому, что просят. Нарушения памяти, мышления, внимания, эмоциональных реакций и восприятия, вначале выражены не слишком ярко, но постепенно возрастают.
  • Фаза рецидива. Аффективные (тоска, раздражительность, тревожность, апатия) и когнитивные (нарушение осмысленности действий, высокая отвлекаемость, снижение продуктивности) симптомы. У одной четвертой больных не наблюдается рецидива после первого психоза. У некоторых шизофреников болезнь прогрессирует беспрерывно, в течении нескольких лет. При своевременном лечении, вероятность рецидива снижается до 20%.
  • Ремиссия. Эта фаза наступает, если признаки заболевания отсутствуют в течении 6 месяцев. Больной прекрасно себя чувствует, ведет себя вполне адекватно и выглядит как совершенно здоровый человек.

    Специалисты отмечают, что у одной трети больных фаза ремиссии может длиться крайне долго.

    Шизофреник, в это период, способен вернуться к нормальной жизни и продуктивной работе. У других 30% больных качество жизни хоть и снижается, но находится, тем не менее, в пределах зоны комфорта. В 40% случаев, шизофрения протекает крайне тяжело и ремиссия может не наступить вовсе.

    Медикаментозное лечение

    В психиатрии широко применяются антипсихотические препараты, которые эффективно убирают проявления продуктивных симптомов шизофрении — бреда и галлюцинаций. Традиционное название препаратов — нейролептики. Они разделяются на типичные и нетипичные по своим свойствам.

  • Типичные нейролептики. Это препараты, которые воздействуют на участки мозга, в которых, веществом для передачи нервного импульса служит ацетилхолин, дофамин, адреналин или серотонин. Из-за столь развернутой широты воздействия, при применении нейролептиков может возникнуть множество побочных эффектов. Типичные нейролептики подразделяются на антипсихотические и седативные. Седативные оказывают на больного снотворное, расслабляющее, успокаивающее действие. Антипсихотические типичные нейролептики – более мощные препараты. Пожалуй, самым известным из них является галоперидол.
  • Атипичные нейролептики. Препараты этой группы в меньшей степени воздействуют на рецепторы дофамина, зато в большей – на серотониновые. В них не слишком ярко выражено антипсихотическое действие, зато успокаивающее и противотревожное – более интенсивно. Диапазон воздействия атипичных нейролептиков значительно уже, чем у типичных. Соответственно, вероятность возникновения побочных эффектов также ниже. Однако, эти побочные эффекты не менее серьезны: изменение формулы крови, интоксикация печени, нарушение выработки некоторых гормонов, головные боли, сонливость и резкое увеличение массы тела.
  • Узнайте как может проявляться шизофрения у подростков. Особенности заболевания в переходном возрасте.

    Подробности о симптомах и признаках заболевания здесь.

    Этапы лечения

    • Купирующая терапия. Может проводится амбулаторно, стационарно и полустационарно. Стационарное лечение применяется с согласия пациента, если болезнь быстро прогрессирует, а также при недобровольной госпитализации, во время острой фазы. Больному назначаются типичные нейролептики.
    • Препарат подбирается по принципу отсутствия противопоказаний для каждого отдельного пациента, дозировка определяется характером, а также степенью выраженности симптоматики.

      Длительность лечения в стационаре – от 1 до 4 месяцев. Ожидаемый результат – полное или частичное исчезновение симптомов, нормализация поведения, восстановление критичного мышления, осознания пациентом болезни.

    • Стабилизирующая терапия. Продолжается прием нейролептика. Подавление продуктивных и резидуальных симптомов, борьба с предрецидивными и ранними рецидивными расстройствами. Постепенное уменьшение дозы препарата, установление стабильной клинической ремиссии. Если у пациента развивается депрессия, необходимо включить в лечение антидепрессанты. Возможен переход к нейролептикам дезингибирующего типа. Длительность лечения – 3-9 месяцев. Ожидаемый результат – абсолютное подавление продуктивных симптомов.
    • Этап адаптации. Проводится амбулаторно. Применяются атипичные нейролептики активирующего типа. Пациенту оказывают помощь в налаживании интерперсональных связей и в достижении социально-трудовой адаптации. С целью не допущения рецидива, за состоянием больного осуществляется постоянный контроль, применяются пролонгированные формы препаратов. Длительность лечения – до 1 года.
    • Профилактика. Проводится амбулаторно. При прекращении адаптационной терапии, у 50% хронических больных возникает риск обострения психоза и перехода в фазу рецидива. При продолжении применения нейролептиков в сниженных дозах этот риск снижается до 1%. В случае учащения приступов, применяется профилактическая терапия карбамазепином, а также солями лития. Есть вариант прерывистой терапии: на этом этапе лечения, препараты больной принимает лишь при обострении психотической симптоматики, а также в случае возникновения продромальных явлений. Вместе с приемом таблеток, пациенту делают внутримышечную инъекцию того же препарата в минимальной дозе. Корректоры не отменяют, а если побочные эффекты отсутствуют в первую неделю терапии, то постепенно увеличивают дозу пролонга, а таблетки отменяют вовсе. Длительность профилактики составит до двух лет. Прогноз – поддержание нормального состояния у больного, а также полной социально-трудовой адаптации при помощи минимальных эффективных доз препаратов.

    Новые способы лечения

    1. Цитокины. Инновационный способ лечения и профилактики шизофрении – применение цитокинов. Само вещество относится к группе гликопротеинов, управляющей процессами на межклеточном уровне. Цитокины могут модулировать аутоимунные и воспалительные процессы, обеспечивать взаимосвязь между клетками центральной и имунной нервной систем, а также участвовать в процессах регенерации клеток и тканей мозга. Многие помнят фразу: «Нервные клетки не восстанавливаются». Цитокины доказывают обратное.
    2. Лечение общением. Используется после проведения психоанализа. Психотерапевтический метод, дающий хорошие результаты при высоком уровне квалифицированности психиатра. Практикуется и дистанционное лечение посредством визуального контакта через видеосвязь, например, по Skype. Остерегайтесь мошенников!

    В любом случае, при возникновении такого тяжелого заболевания, как шизофрения, следует немедленно обращатся к специалистам. Опытные врачи могут посоветовать и подобрать тот вид лечения, который станет самым эффективным в каждом конкретном случае.

    На видео психотерапевт делится опытом излечения даже тяжелых случаев заболевания:

    Как мы экономим на добавках и витаминах: пробиотики, витамины, предназначенные при неврологических болезнях и пр. и мы заказываем на iHerb (по ссылке скидка 5$). Доставка в Москву всего 1-2 недели. Многое дешевле в несколько раз, нежели брать в российском магазине, а некоторые товары в принципе не найти в России.

    www.neuroplus.ru

    Препараты применяемые при лечении шизофрении

    Приветствую тебя, %username%!

    Эта статья является логическим продолжением поста, посвященного патопсихологической диагностике. В ней я постараюсь доступным языком рассказать об основных группах фармакологических препаратов, применяемых для лечения психических заболеваний, а также о тех механизмах, структурах и компонентах человеческого мозга, которые задействованы в этом процессе.

    Disclaimer: я не психиатр, а псих. Препараты всех указанных групп я тестировал на себе и наблюдал их действия (когда лежал в психушке). Кроме того, у меня есть некоторый опыт подбора фармы, однако формального образования в этой области я не имею. В связи с этим, а также с тем, что ставить себе диагноз по научпопным статьям — штука крайне неправильная в своей основе, хочу предупредить читателя о том, что, прежде, чем принимать что-либо из описанного здесь, необходимо проконсультироваться со специалистом. Если в пост набегут настоящие сварщики и обоснуют неправильность заявленных тезисов, — буду только рад.

    Если вышеизложенное вас не отпугивает, предлагаю окунуться в увлекательный мир психофармакологии. В посте много букв и картинок, предупреждаю сразу.

    Мозг и его строение в контексте психофармакологии

    Прежде, чем говорить о фармакологических методах лечения психических заболеваний, необходимо рассмотреть некоторые аспекты структуры и функционирования человеческого мозга — просто, чтобы дальнейший материал был понятен.

    Нейроны и глия

    Скорее всего, всем присутствующим известно, что мозг состоит из нейронов и нейроглии (специальных клеток, выполняющих целый ряд функций — трофическую, структурную, секреторную, регуляторную и защитную[1, 3]) — первые являются основным объектом нашего интереса, вторая не так важна для данной статьи, поскольку большая часть современной фармакологии значимого влияния на неё не оказывает (точнее, оказывает только в контексте побочных эффектов).

    Нейроны выглядят вот так:

    А глиальные клетки — вот так:

    Вопреки распространённому мнению, глиальные клетки вполне себе участвуют в процессах передачи нервных импульсов[1], как минимум, косвенно — путём влияния на образование синапсов (о них — ниже), однако все известные нам препараты влияют не на её клетки и функции, а на нейроны и коммуникацию между ними[4].

    Рассмотрим приблизительную модель строения нейрона:

    Нас интересуют дендриты — отростки, по которым нейрон получает сообщения от своих собратьев[6] (грубо говоря, вход нейрона) и аксон — отросток, с помощью которого нейрон передаёт своё сообщение (т.е. его «выход»)[6].

    Почему так? Потому, что они напрямую связаны с сигналами, которые нейроны передают друг другу, а в этих сигналах — зашифрована вся «душевная жизнь» человека (ну, почти вся): его мысли, воспоминания, верования, предпочтения и т.д., включая, разумеется и то, что считается проявлением психических заболеваний — бредовые концепции, галлюцинации и прочее[4].

    Таким образом, задача лечения душевных болезней сводится (в рамках биологизаторского подхода, а именно он лежит в основе этой статьи, о других мы поговорим отдельно) к задаче изменения параметров прохождения сигналов между нейронами и тех событий, которые происходят в самих нейронах в связи с этой передачей[4]. Разумеется, не произвольного изменения, а направленного и контролируемого.

    Далее нам следует рассмотреть синапс — соединение двух нейронов. Он важен для нас потому, что именно в синапсах происходит передача нервных импульсов[6], которые, как было сказано выше, определяют, в числе прочего, будет ли данный субъект психически больным или нет. На концептуальном уровне синапс выглядит вот так:

    Прежде всего следует сказать о том, что синапсы бывают двух видов — химические и электрические (eщё есть смешанные, но они не так интересны для нас)[7]. В первых сигнал от одного нейрона к другому передаётся с помощью выпуска в межнейронное пространство (т.н. синаптическую щель) определённых веществ (нейромедиаторов или нейротрансмиттеров, в зависимости от того, какой перевод вы предпочитаете), во вторых — непосредственно, как в контакте проводов, — ток идёт от одного нейрона к другому.

    Нам интересны химические синапсы, поскольку все известные и используемые в психиатрии препараты работают именно с ними[4]. Фактически, они вмешиваются в процесс передачи сигнала с целью изменить его таким образом, чтобы редуцировать проявления болезни. Поэтому нам придётся сначала рассмотреть, как этот сигнал передаётся естественным образом, без препаратов, затем определить, какие патологические изменения в этом процессе имеют место при болезни, а уже потом изучать способы его модификации.

    Передача сигнала между нейронами

    Прежде, чем переходить непосредственно к описанию механизма передачи сигнала, сделаем две важные оговорки: во-первых, мы здесь рассматриваем только химические синапсы, а, во-вторых, мы приводим очень упрощённое описание этого процесса, поскольку объем статьи ограничен.

    Итак, всё начинается с импульса, который посылает первый нейрон (он называется пресинаптическим, поскольку находится «перед» синаптической щелью). Электрический импульс пробегает по аксону и передаёт сигнал о том, что из везикул (специальных ёмкостей, в которых хранится нейромедиатор) следует выпустить некоторое количество молекул соответствующего нейротрансмиттера в синаптическую щель.[4,6]

    Попав в синаптическую щель, нейромедиатор (первичный мессенджер) связывается с рецепторами постсинаптического (т.е. «второго», расположенного «за синаптической щелью») нейрона.[4,6].

    Помимо этого, в постсинаптическом нейроне запускается процесс дальнейшей передачи сообщения посредством вторичного мессенджера —специальной внутриклеточной сигнальной молекулы, высвобождаемой постсинаптическим нейроном в ответ на активацию постсинаптического рецептора (о рецепторах подробнее — ниже). Вторичный мессенджер приказывает постсинаптическому нейрону изменять его ионные потоки, распространять или тормозить нейронные электрические импульсы, фосфорилировать внутриклеточные белки и выполнять множество других действий[4].

    Всё это в конечном итоге приводит к тому, что в ядре постсинаптического нейрона включается или выключается экспрессия определённых генов[4,8]. После изменения в экспрессии генов запускается вторичный каскад событий в постсинаптическом нейроне. Многие из них до конца не изучены[4]. Но для целей нашей статьи достаточно сказать, что это приводит (или не приводит) к генерации импульса в этом нейроне и дальнейшей передаче информации.

    Рецептор — это специальная молекула, которая находится на поверхности мембраны нейрона и реагирует изменением пространственной конфигурации на присоединение к ней определённого вещества (нейромедиатора)[9]. Вещество, которое активирует данный рецептор, называется его лигандом.

    Фишка рецепторов — в их избирательности. Так, например, серотониновый рецептор не реагирует на дофамин и наоборот. Это позволяет разграничивать сигналы, подаваемые различными нейронами. Особенно с учётом того, что нейромедиатор может свободно «вытекать» из синаптической щели и распространяться по прилежащей области[4].

    Рецепторы бывают (и для нас это важно) не только постсинаптическими (т.е. расположенные на мембране «второго» нейрона), но и пресинаптическими (т.е. расположенными на мембране первого нейрона). Зачем они там? Для организации обратной связи: нейрон сам реагирует на собственный нейромедиатор. Это довольно крутая фишка, особенно с учётом того, что рецепторы одного лиганда могут влиять на выброс другого (ниже будет пример)[4].

    Нейромедиаторы

    Нейромедиаторы (или нейротрансмиттеры) — это те самые вещества, с помощью которых происходит передача сигнала в химическом синапсе. Существует их довольно много, самые известные и интересные нам — это серотонин, норадреналин и дофамин.

    Пример [неполного] перечисления нейромедиаторов, разбитых по группам сообразно химического строения, представлен ниже[4]:

    У психонавтов есть классная поговорка на эту тему: был бы рецептор, а лиганд найдётся.

    Нам о нейромедиаторах нужно помнить то, что они продуцируются пресинаптическим нейроном и передают сообщение постсинаптическому, связываясь с его рецепторами.

    Агонисты, антагонисты и обратные агонисты

    По принципу действия на рецепторы вещества могут делиться на три (хорошо, четыре, но те, которые на рецептор не влияют, нам неинтересны, так что три) группы: агонисты, антагонисты и обратные агонисты[4].

    Агонисты — самая простая для понимания штука. Они, связываются с рецептором и вызывают его отклик. В тексте выше, когда речь шла о том, что нейромедиатор связывается с постсинаптическим рецептором, он (нейромедиатор) выступал именно агонистом.

    Антагонист — это лиганд, который связывается с рецептором и «деактивирует» его. Пока рецептор занят антагонистом, к нему не может «прицепиться» агонист, и, соответственно, сообщение не может пройти.

    Обратный агонист — это вещество, которое, связываясь с рецептором, производит физиологические эффекты, противоположные тем, которые производит агонист. Тоже, вроде, не сложно для понимания.

    А ещё бывают частичные агонисты и антагонисты — они действуют тем же образом, что и полные, но слабее.

    Важное следствие: если мы применим антагонист некоего рецептора, а потом увеличим количество нейромедиатора, то в ряде случаев антагонизм будет «отменён». И обратно, если мы просто снизим количество нейромедиатора, эффект будет таким, как будто мы применили соответствующий антагонист. Это следствие понадобится нам далее — при обсуждении атипичных антипсихотиков.

    Обратный захват нейромедиаторов

    Но это ещё не всё. Для некоторых нейромедиаторов определён и работает механизм т.н. обратного захвата[10]: попав в синаптическую щель и передав сообщение, нейромедиатор возвращается обратно в везикулу с помощью специальной молекулы-транспортёра. Сделано это для экономии нейромедиатора и контроля его количества в синаптической щели.

    Для каждого нейромедиатора (точнее, для каждого из тех, которые подвержены обратному захвату) есть своя молекула — транспортёр: SERT для серотонина, DAT — для дофамина и т.д.

    Следует отметить селективность механизма обратного захвата — транспортёр не может захватить «чужую молекулу».

    Аллостерическая модуляция

    Суть этого явления можно выразить следующим образом[4]: некоторые рецепторы способны взаимодействовать не только с одним лигандом, а с двумя веществами. При этом первое является «основным» и работает без второго, а второе —влияет на рецептор только в связке с первым, уменьшая (аллостерическое ингибирование) или увеличивая (аллостерическая активация) интенсивность отклика.

    — Следует отметить, что изложенная здесь работа мозга очень сильно упрощена, и на самом деле там всё гораздо сложнее.

    Психические заболевания и их лечение

    Принципы работы психофармы

    Итак, мы рассмотрели основные этапы передачи нервного импульса от одного нейрона к другому. Теперь можно обсуждать механизмы работы психофармакологических препаратов в общем виде[4].

    Что мы можем сделать с помощью этих препаратов? Много чего, на самом деле. Во-первых, препарат может выступать прямым агонистом (дофаминомиметики) или антагонистом (нейролептики) соответствующих рецепторов.

    Во-вторых, он может играть роль ингибитора (СИОЗС — класс антидепрессантов) или инвертера (амфетамин) процесса обратного захвата нейромедиатора. В первом случае нейромедиатор не будет убираться из синаптической щели, во втором — система обратного захвата «разворачивается на 180 градусов» и вместо того, чтобы затягивать нейротрансмиттер в везикулы, начинает релизить его из них в синаптическую щель.

    В-третьих, можно воздействовать на систему вторичных посредников (по некоторым данным, часть нормотимиков именно так и работает), изменяя каскад событий в принимающем (постсинаптическом) нейроне.

    В-четвёртых, можно воздействовать на пресинаптический рецептор, блокировать его, отключая тем самым механизм отрицательной обратной связи и увеличивая количество нейромедиатора в синаптической щели (некоторые антидепрессанты и атипичные нейролептики).

    В-пятых, можно задействовать механизм аллостерической модуляции и усилить, либо ослабить действие соответствующих нейромедиаторов.

    И, наконец, в-шестых, можно воздействовать на экспрессию генов. Препараты, у которых этот механизм был бы основным, нам неизвестны, но, например, вальпроаты обладают таким свойством[11].

    Шизофрения

    «Психическое заболевание по умолчанию» в наших психушках (пользуясь случаем, передаём привет Л.С. и другим психиатрам, привыкшим ставить её, не разбираясь, всем подряд), настолько известное, что стало ругательством (вспомните все эти «он шизанутый» и «ты ошизел»).

    Небольшое достаточно правдоподобное видео, позволяющее заглянуть внутрь шизофренического восприятия:

    Если говорить кратко, то проявляется она в двух аспектах: в негативной и продуктивной симптоматике[12]. Продуктивная симптоматика — это когда психика начинает продуцировать то, чего в норме она продуцировать не должна: галлюцинации, идеи отношений, бред.

    Примеры? Автор, например, часто видит несуществующих котиков. Один пациент, с которым довелось работать, ощущал, как его «трахают за мечты». Другой считал, что только происки ФСБ мешают ему получить награду за взлом алгоритма RSA. Третий думал, что коварные китайцы подсыпают ему героин в марихуану, чтобы сделать из него наркомана. В литературе популярен случай, при котором пациент считал, что собаки смотрят на него и смеются над его хилым телом[13].

    Негативная симптоматика — это наоборот, когда психика не продуцирует того, что должна. Сюда относится волевое снижение (больной не может заставить себя помыться или даже поесть), эмоциональное уплощение (пациент не способен выражать эмоции, кажется бесчувственным) и интеллектуальное снижение.

    Оговоримся, что здесь под шизофренией мы подразумеваем не только, собственно, F20, а весь спектр шизофреноподобных расстройств F2X, пожалуй, за исключением шизоаффективного (F25), которое в ряде случаев ближе к аффективным расстройствам (о них — далее).

    Существует довольно много гипотез относительно причин возникновения шизофрении[4,13]: «сбитая траектория жизни» психоаналитиков, нарушения правил абстрагирования и контекста (теория Бейтсона), вторжение грофовских трансперсональных сущностей, нарушение дофаминергической передачи и т.д.

    В рамках данной статьи будем рассматривать последнюю, поскольку большинство широко используемых в психиатрии препаратов влияют именно на дофаминовую систему (ну, и серотониновую, но это уже тонкости).

    Итак, в нашем мозгу существует такая штука как чёрное тело (Substantia nigra) — скопление тел дофаминовых (т.е. таких, которые используют дофамин как средство передачи информации) нейронов. Оттуда в различные области мозга тянутся аксоны этих нейронов, образуя т.н. дофаминергические пути: мезокортикальный, мезолимбический, нигростриальный и тубероинфундибулярный[4].

    Рассмотрим их связь с проявлениями шизофрении. Наиболее интересным для нас будет мезолимбический дофаминовый путь, связывающий область покрышки среднего мозга и чёрную субстанцию с различными структурами лимбической системы. Опосредованно он проецируется также на лобную кору и гипоталамус. В норме он играет важную роль в процессе обучения, вознаграждения, механизмах памяти и эмоций[4].

    Было установлено, что препараты, увеличивающие дофаминергическую передачу в этом пути, ведут к появлению психотических симптомов (бреда, галлюцинаций — позитивной симптоматики). С другой стороны, препараты, снижающие уровень дофамина в этих областях, обладают способностью снимать такие симптомы. Интересный факт: психоз, вызванный систематическим злоупотреблением стимуляторами — кокаином, амфетамином и т.п., может быть практически неотличим от шизофренического психоза по внешним проявлениям[4].

    Кроме того, установлена связь между чрезмерной активностью передачи импульсов в этом пути и агрессией пациентов в психозе.

    Мезокортикальный путь нам тоже очень интересен, но по другой причине. Он связывает вентральную область покрышки среднего мозга с лобной долей коры больших полушарий, преимущественно с префронтальной корой и играет важную роль в процессах мотивации, планирования и эмоционального реагирования.

    Установлено[4], что снижение уровня дофамина в этом пути связано с негативными симптомами шизофрении: уплощением аффекта, обеднением эмоциональной жизни, расстройствами речи и, вероятно, снижением интеллекта.

    И вот какая интересная штука получается: при шизофрении в одном пути (мезолимбическом) нужно снижать уровень дофамина, а в другом (мезокортикальном) — повышать[4]. Нужно сказать, что современная психофармакология отчасти решила эту задачу, далее мы объясним, каким именно образом, а пока кратко рассмотрим оставшиеся два пути в контексте интересующего нас вопроса.

    Нигростриарный путь, соединяющий чёрную субстанцию и вентральную область покрышки среднего мозга со стриатумом, участвует в инициации двигательной активности, являясь частью системы под названием моторная петля базальных ганглиев. Нам он интересен тем, что дефицит дофамина в этом пути вызывает акатизию (неусидку) — состояние, при котором больной испытывает компульсивную (непреодолимую) потребность в движении: он буквально не способен сидеть на месте[4]. Вот вам видео процесса:

    Сама по себе, акатизия, не является симптомом шизофрении, однако она с ней связана — это довольно частый побочный эффект противошизофренических препаратов (думаю, логика ясна: препаратами пытаются снизить уровень дофамина в мезолимбическом пути, а он снижается и в нигростриарном). А еще есть такая штука как индуцированная нейролептиками дискинезия — патологические движения произвольных групп мышц («скрутки»). И она есть на Ютубе:

    И, наконец, тубероинфундибулярный путь, образованный дофаминергическими нейнароми аркуатного ядра медиобазального гипоталамуса, проецирующими свои аксоны в срединное возвышение. Выделяемый ими дофамин регулирует секрецию пролактина передней частью гипофиза[4]. Он нас интересует постольку, поскольку многие антипсихотические лекарства ведут к повышению уровня пролактина, что особенно критично для женщин: у них сбивается менструальный цикл и может начаться лактация.

    Антипсихотики (aka нейролептики)

    Вообще говоря, этот класс препаратов применяется не только для лечения шизофрении, но ассоциируются они именно с ней. Исторически делятся на две большие группы — типичные и атипичные.

    К типичным нейролептикам относятся такие широко известные препараты, как галоперидол, хлорпромазин («Аминазин»), трифлуоперазин («Трифтазин»). Строго говоря, нейролептиками, т.е. препаратами, вызывающими нейролепсию — состояние существенного снижения двигательной и психической активности, эмоциональной уплощённости и безразличия к происходящему, являются только препараты этой группы. Более новые, атипичные, «нейролептики» правильнее называть антипсихотиками, но никто этим особо не заморачивается.

    Основной механизм действия этих лекарств заключается в блокировании постсинаптических дофаминовых рецепторов (в основном, D2)[4,14]. Из описанного выше механизма возникновения шизофрении ясно, на чём основывается лечебный эффект этих препаратов: они блокируют рецепторы в мезолимбическом пути (помните, что антагонисты рецепторов делают эти самые рецепторы неактивными, в результате чего сигнал перестаёт передаваться от одного нейрона к другому).

    Плохо только то, что типичные нейролептики не ограничваются воздействием на мезолимбический путь, блокируя также D2-рецепторы в мезокортикальном пути, что приводит к ухудшению негативных симптомов (вспомните о том, что они проявляются именно из-за недостаточной дофаминергической передачи в этом пути)[4]. Т.е., по сути, они работают по известному в народе принципу: «одно лечим, другое калечим».

    А если учесть, что сочетание продуктивных и негативных симптомов при шизофрении — совсем не редкость, то всё становится совсем грустно (негативные симптомы при прочих равных означают менее благоприятный долгосрочный прогноз, чем продуктивные). Для снижения нежелательных последствий от приёма нейролептиков используют специальные препараты-корректоры, самым известным из которых является тригексифенидил («Циклодол»).

    Вообще, по нашему опыту, сложно отличить человека, имеющего сильно выраженные негативные симптомы шизофрении, от пациента, «задолбленного» нейролептиками.

    Различия не видны не только визуально или при общении, но и по тестам. Зачастую бывает так, что замена типичного нейролептика на более современный препарат очень существенно снижает выраженность интеллектуального дефицита, волевого снижения, эмоционального уплощения и других негативных симптомов.

    Но и это ещё не всё плохое, что можно сказать про эти препараты. Поскольку они блокируют D2-рецепторы абсолютно везде, в т.ч. в нигростриальном пути, они являются причиной таких явлений, как акатизия («неусидка») и дискинезия («скрутки»)[4].

    А ещё почти все лекарства этой группы ведут к повышению уровня пролактина со всеми вытекающими (гы-гы, Бивис, каламбур) последствиями.

    Вот такие вот таблетки. При этом они являются самыми популярными препаратами выбора в психушечках, по крайней мере, в нашем регионе. Почему? На это есть две причины.

    Первая — вполне рациональна: они прекрасно позволяют снимать состояние острого психоза[4]. Если больной агрессивен, в ажитации, видит голоса и слышит инопланетян, бегает за домочадцами с топором и прочее, то укол живительного галоперидола (или другого препарата этой группы) способен привести его в состояние, пригодное, если не для беседы, то для транспортировки в соответствующее учреждение, гораздо быстрее, чем более современные препараты. Не всегда, но тенденция именно такая.

    Вторая причина — банальный недостаток финансирования. Зачастую бывает так, что психиатр и рад бы назначить какой-нибудь арипипразол, но его просто нет и никогда не будет в больничной аптечке потому, что он стоит достаточно дорого.

    Ну, и нужно сказать отдельно: если ваш психиатр назначил вам типичный нейролептик, не спешите его четвертовать — иногда они действительно могут быть оптимальным выбором. Но рассмотрение таких тонкостей уже выходит за рамки этой статьи.

    Теперь поговорим про атипичные антипсихотики (они же просто — «атипики»). Типичными представителями группы атипичных антипсихотиков являются кветиапин, оланзапин, рисперидон и др.

    Как было сказано выше, основная проблема с типичными нейролептиками заключается в том, что они одинаково блокируют дофаминергическую передачу во всех четырёх дофаминовых путях в то время, как в идеале нам нужно блокировать её только в одном, в одном — наоборот усиливать, а два других, по возможности, не трогать.

    Атипики частично решают эту задачу[4]. С точки зрения фармакологии, они являются антагонистами дофаминовых и серотониновых рецепторов. Как видите, здесь добавился серотонин, которого не было в описании самой шизофрении (читатель со звёздочкой знает про роль 5-HT-2A рецепторов, но мы решили не усложнять картину).

    Дело в том, что серотонин ингибирует высвобождение дофамина, причём характер этого ингибирования различается во всех четырёх дофаминовых путях. Таким образом, влияя на серотонин, мы можем влиять на дофамин (опосредованно). Попробуем разобраться.

    Дофаминовые (т.е. те, которые передают информацию с помощью дофамина) имеют постсинаптический серотониновый рецептор, активируя который, мы можем снизить релиз дофамина. Фактически, он работает как выключатель: стимулируя серотониновый рецептор (5-HT-2A), мы ингибируем выброс дофамина в синаптическую щель. Верно и обратное: блокируя серотониновый рецептор (5-HT-2A), мы повышаем релиз дофамина. Т.е. противодействуем его антагонизму.

    Тут важно понять: атипики одновременно действуют в противоположных направлениях: они снижают дофаминергическую передачу за счёт антагонизма D2-дофаминовых рецепторов и повышают её за счёт блокировки 5-HT-2A-серотониновых рецепторов. Какое действие «победит» — зависит от количества рецепторов 5-HT-2ª[4].

    К счастью, меньше всего их именно в мезолимбическом пути. Это означает, что там «побеждает» антагонизм D2-рецепторов и дофаминергическая передача снижается, что нам и нужно, поскольку это ведёт к снижению продуктивной симптоматики.

    В нигростриальном пути (это который отвечает за дискинезию и акатизию) дополнительный релиз дофамина за счёт блокировки 5-HT-2A-серотониновых рецепторов компенсирует действие атипиков как агонистов рецепторов D2.

    В мезокортикальном пути серотониновые рецепторы расположены с большей плотностью, чем дофаминовые, поэтому атипики тут работают на увеличение дофаминергической передачи, что нам и требуется, поскольку это позволяет бороться с негативной симптоматикой. Опять же, сама природа как будто подыгрывает нам.

    Интересный факт об атипиках заключается в том, что на самом деле победа одного действия над другим (повышения дофаминергической передачи над её понижением или наоборот) зависит не только от того, о каком пути идёт речь, но и от дозы препарата. Поэтому они (атипики) имеют очень сильную зависимость клинического эффекта от дозы препарата[4].

    Наконец, самыми интересными являются атипики третьего поколения — арипипразол и бифенпрукс.

    Интересны они тем, что они имеют одновременно свойства частичных агонистов и антагонистов дофаминовых (D2) и серотониновых (5-HT-1A) рецепторов[15]. То, какие именно свойства препарата проявятся, зависит от дозы и от наличия и количества нейромедиатора.

    Это делает фармакологический профиль указанных лекарств уникальным: если дофамина мало, они работают как активатор дофаминергической передачи, а если его мгного — то как её ингибитор.

    Личный опыт. Вместо заключения

    Обзор антипсихотиков был бы неполным без описания личного опыта приёма препаратов этой группы. Далее я кратко расскажу о том, как это было. Просьба не воспринимать как руководство к действию, поскольку подбор психофармы — процесс индивидуальный и должен проводиться под руководством специалиста.

    Кветиапин — принимал для купирования маниакальных эпизодов. С этой задачей справляется отлично, но на постоянной основе не понравился: слишком сильно выражено эмоциональное уплощение и очень хочется спать. Использую его от случая к случаю с целью бегства от реальности при эмоционально-значимых событиях, которые не в состоянии вынести и как подстраховку при приёме %РОСКОМНАДЗОРА%.

    Хлорпромазин («Аминазин») — вообще не понравился. Нарушения мышления не убирает совсем, очень сильно седатирует, укорачивает ассоциативные цепочки, мешает думать. Ничем не помогает, делает только хуже.

    Амисульприд. Эффект зависит от дозы. На 400 мг./сут. ощущения — как будто живёшь в тазике с глицерином: движения медленные, физически ощущаешь сопротивление воздуха, реальность затуманена. Думать невозможно, выражать эмоции тоже. На 50 мг — активируешься, думается легко, нарушения мышления существенно менее выражены.

    Арипипразол. Сейчас я пишу на нём (в сочетании с некоторыми другими препаратами) эту статью, о чём раньше и мечтать не мог.

    — Статья и так получилась довольно большая, поэтому о лечении аффективных расстройств (депрессия, мания), ОКР, ГТР и прочем мы расскажем в следующей статье, если данная тематика вообще будет интересна сообществу.

    m.habr.com