Психологическая адаптация к стрессу

Стресс и адаптация человека

3. Анализ процесса реагирования

4. Адаптация человека к стрессовым ситуациям

5. Виды стрессов

Введение Обсуждение вопроса о классификации и содержатель­ной характеристике разных видов функциональных состоянии невозможно без обращения к проблематике изучения стресса. Однако чрезвычайная расплывчатость этого термина, взятого из контекста физиологических ис­следований и распространенного на объяснение поведения чело­века в самых разнообразных жизненных ситуациях, не позволяет сколько-нибудь последовательно соотнести содержа­ния понятий “стресс” и “функциональное состояние”. В то же время в экспериментальных и прикладных исследованиях на­коплен огромный и интереснейший материал относительно специфики состояний человека, возникающих в условиях воз­действия экстремальных факторов. Основанием для объедине­ния этих состояний в единую группу служит существование не­которых общих закономерностей формирования и проявлений ответных реакций подобного типа.

Стресс Понятие стресса первоначально возникло в физиологии для обозначения неспецифической генерализованной реакции орга­низма — “общего адаптационного синдрома” (Г. Селье, 1936 г.) — в ответ на любое неблагоприятное воздействие. Со­держание этой реакции описывалось прежде всего со стороны типичных нейрогуморальных сдвигов, обеспечивающих защит­ную энергетическую мобилизацию организма. Позд­нее понятие стресса было расширено н стало использоваться для характеристики особенностей состояний индивида в экстре­мальных условиях на физиологическом, психологическом и по­веденческом уровнях. Для понимания природы этих состояний особое значение имеет характеристика стресса со стороны вызывающих его экстремальных факторов, или стрессоров. При этом экстре­мальными считаются не только явно вредные воздействия, но и “предельные, крайние значения тех элементов ситуации, кото­рые в средних своих значениях служат оптимальным рабочим фоном или, по крайней мере, не ощущаются как источники дискомфорта”.

Анализ процесса реагирования. Одним из наиболее интересных аспектов изучения стресса является анализ процесса реагирования на экстремальное воз­действие. Его принципиальный механизм отражен в описанной Г. Селье последовательности основных этапов развития общего адаптационного синдрома. Им выделены начальная ста­дия “тревоги”, следующая непосредственно за экстремальным воздействием и выражающаяся в резком падении сопротивляе­мости организма; стадия “сопротивления”, характеризующаяся актуализацией адаптационных возможностей; стадия “истоще­ния”, которой соответствует стойкое снижение резервов орга­низма. При анализе достаточно сложных жизненных ситуации физиологическая интерпретация этих стадий с необходимостью обогащается психологическим содержанием. Раз­вернутый процесс преодоления возникших трудностей может быть представлен спектром качественно неоднородных по когнитивным и эмоциональным проявлениям состояний “ответа на стресс”, в случае неадекватности каждого из которых возникают специфические отрицательные последствия. Устойчивость человека к возникновению различных форм стрессовых реакций определяется прежде всего индивидуально-психологическими особенностями и мотивационной ориента­цией личности. Следует отметить, что экстремаль­ное воздействие далеко- не всегда оказывает отрицательное влияние на эффективность выполняемой деятельности. В противном случае вообще было бы невозможно успешное преодоление трудностей, возникающих при усложне­нии условий. Однако работа в стрессогенной ситуации обяза­тельно приводит к дополнительной мобилизации внутренних ресурсов, что может иметь неблагоприятные отсроченные по­следствия. Типичные болезни “стрессовой этиологии” — сер­дечно-сосудистые патологии, язва желудка, психосоматические расстройства, неврозы, депрессивные состояния — весьма характерны для различных современных видов произ­водства и управленческой деятельности. В этой связи важны прикладные исследования индивидуальной устойчивости чело­века к стрессу и, как следствие этого, развития патологических состояний. В серии исследований М. Фридмана и Р. Ройзенмана проведен анализ поведения обширного контингента лиц умственного труда (научные работники, инженеры, администра­торы), занятых управленческой деятельностью. Ими выделены два основных типа: А — подверженных стрессу, В — устойчи­вых к стрессу лиц. Представители типа А характеризуются ярко очерченным поведенческим синдромом, определяющим стиль их жизни. У них чаще наблюдается “выраженная склон­ность к конкуренции, стремление к достижению цели, агрессивность, нетерпеливость, беспокойство, гиперактивность, экспрес­сивная речь, постоянное напряжение лицевой мускулатуры, чувство постоянной нехватки времени и повышенной актив­ности”. Платой за это является потеря здоровья, часто уже в молодом возрасте. Не только обозначенные медицинские, но и различные отрицательные социально-экономические последствия стресса — неудовлетворенность работой, снижение производительности труда, аварии, прогулы, текучесть кадров — акцентируют вни­мание на необходимости изучения состояний психологического стресса, ставших одной из характерных особенностей современ­ной жизни. Оптимизация любого вида труда предполагает ис­пользование комплекса профилактических мер, направленных на исключение или максимальное ограничение причин возник­новения стресса.

Адаптация человека к стрессовым ситуациям Адаптация — это динамический процесс, благодаря которому подвижные системы живых организмов, несмотря на изменчивость условий, поддерживают устойчивость, необходимую для существования, развития и продолжения рода. Именно механизм адаптации, выработанный в результате длительной эволюции, обеспечивает возможность существования организма в постоянно меняющихся условиях среды. Благодаря процессу адаптации достигается сохранение гомеостаза при взаимодействии организма с внешним миром. В этой связи процессы адаптации включают в себя не только оптимизацию функционирования организма, но и поддержание сбалансированности в системе “организм-среда”. Процесс адаптации реализуется всякий раз, когда в системе “организм-среда” возникают значимые изменения, и обеспечивает формирование нового гомеостатического состояния, которое позволяет достигать максимальной эффективности физиологических функций и поведенческих реакций. Поскольку организм и среда находятся не в статическом, а в динамическом равновесии, их соотношения меняются постоянно, а следовательно, также постоянно должен осуществляется процесс адаптации. Вышеприведённое относится в равной степени и к животным, и к человеку. Однако существенным отличием человека является то, что решающую роль в процессе поддержания адекватных отношений в системе “ индивидуум-среда”, в ходе которого могут изменяться все параметры системы, играет психическая адаптация. Психическую адаптацию рассматривают как результат деятельности целостной самоуправляемой системы (на уровне “оперативного покоя”), подчёркивая при этом её системную организацию. Но при таком рассмотрении картина остаётся не полной. Необходимо включить в формулировку понятие потребности. Максимально возможное удовлетворение актуальных потребностей является, таким образом, важным критерием эффективности адаптационного процесса. Следовательно ,психическую адаптацию можно определить как процесс установления оптимального соответствия личности и окружающей среды в ходе осуществления свойственной человеку деятельности, который (процесс) позволяет индивидууму удовлетворять актуальные потребности и реализовывать связанные с ними значимые цели, обеспечивая в то же время соответствие максимальной деятельности человека, его поведения, требованиям среды. Психическая адаптация является сплошным процессом, который, наряду с собственно психической адаптацией (то есть поддержанием психического гомеостаза), включает в себя ещё два аспекта : а) оптимизацию постоянного воздействия индивидуума с окружением; б) установление адекватного соответствия между психическими и физиологическими характеристиками.

Виды стрессов Изучение адаптационных процессов тесно связано с представления об эмоциональном напряжении и стрессе. Это послужило основанием для определения стресса как неспецифической реакции организма на предъявляемые ему требования, и рассмотрение его как общего адаптационного синдрома. Известный зарубежный психолог Ганс Селье, основоположник западного учения о стрессах и нервных расстройствах, определил следующие стадии стресса как процесса : 1) непосредственная реакция на воздействие (стадия тревоги); 2) максимально эффективная адаптация (стадия ресистентности); 3) нарушение адаптационного процесса (стадия истощения). В широком смысле эти стадии характерны для любого адаптационного процесса. Одним из факторов стресса является эмоциональная напряженность, которая физиологически выражается в изменениях эндокринной системы человека. К примеру, при экспериментальных исследованиях в клиниках больных было установлено, что люди, постоянно находящиеся в нервном напряжении, тяжелее переносят вирусные инфекции. В таких случаях необходима помощь квалифицированного психолога. Основные черты психического стресса: 1) стресс — состояние организма, его возникновение предполагает взаимодействие между организмом и средой; 2) стресс — более напряженное состояние, чем обычное мотивационное; оно требует для своего возникновения восприятия угрозы; 3) явления стресса имеют место тогда, когда нормальная адаптивная реакция недостаточна. Так как стресс возник главным образом именно от восприятия угрозы, то его возникновение в определенной ситуации может возникать по субъективным причинам, связанным с особенностями данной личности. Вообще, так как индивидуумы не похожи друг на друга, от фактора личности зависит очень много. К примеру, в системе “человек-среда” уровень эмоциональной напряженности нарастает по мере увеличения различий между условиями, в которых формируются механизмы субъекта, и вновь создавшихся. Таким образом, те или иные условия вызывают эмоциональное напряжение не в силу их абсолютной жёсткости, а в результате несоответствия этим условиям эмоционального механизма индивида. При любом нарушении сбалансированности “человек-среда” недостаточность психических или физических ресурсов индивидуума для удовлетворения актуальных потребностей или рассогласование самой системы потребностей является источником тревоги. Тревога, обозначаемая как — ощущение неопределенной угрозы; — чувство диффузного опасения и тревожного ожидания; — неопределенное беспокойство, представляет из себя наиболее сильно действующий механизм психического стресса. Это вытекает из уже упоминаемогоощущения угрозы, которое представляет из себя центральный элемент тревоги и обуславливает ее биологическое значение как сигнала неблагополучия и опасности. Тревога может играть охранительную и мотивационную роль, сопоставимую с ролью боли. С возникновением тревоги связывают усиление поведенческой активности, изменение характера поведения или включение механизмов интрапсихической адаптации. Но тревога может не только стимулировать активность, но и способствовать разрушению недостаточно адаптивных поведенческих стереотипов, замещению их более адекватными формами поведения. В отличие от боли тревога — это сигнал опасности, которая еще не реализована. Прогнозирование этой ситуации носит вероятностный характер, а в конечном итоге зависит от особенностей индивида. При этом личностный фактор играет зачастую решающую роль, и в таком случае интенсивность тревоги отражает скорее индивидуальные особенности субъекта, чем реальную значимость угрозы. Тревога, по интенсивности и длительности неадекватная ситуации, препятствует формированию адаптационного поведения, приводит к нарушению поведенческой интеграции и всеобщей дезорганизации психики человека. Таким образом, тревога лежит в основе любых изменений психического состояния и поведения, обусловленных психическим стрессом. Профессор Березин определил тревожный ряд, который представляет существенный элемент процесса психической адаптации: 1) ощущение внутренней напряженности — не имеет ярко выраженного оттенка угрозы, служит лишь сигналом ее приближения, создавая тягостный душевный дискомфорт; 2) гиперестезические реакции — тревога нарастает, ранее нейтральные стимулы приобретают негативную окраску, повышается раздражительность; 3) собственно тревога — центральный элемент рассматриваемого ряда. Проявляется ощущением неопределенной угрозы. Характерный признак : невозможность определить характер угрозы, предсказать время ее возникновения. Часто происходит неадекватная логическая переработка, в результате которой из-за нехватки фактов выдается неправильный вывод; 4) страх — тревога, конкретизированная на определенном объекте. Хотя объекты, с которыми связывается тревога могут и не быть ее причиной, у субъекта создается представление о том, что тревогу можно устранить определенными действиями; 5) ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы — нарастание интенсивности тревожных расстройств приводит субъекта к представлению о невозможности предотвращения грядущего события; 6) тревожно-боязливое возбуждение — вызываемая тревогой дезорганизация достигает максимума, и возможность целенаправленной деятельности исчезает. При пароксизмальном нарастании тревоги все указанные явления можно наблюдать в течении одного пароксизма, в других же случаях их смена происходит постепенно. Для изучения тревоги вызывается набиралась группа испытуемых-добровольцев, у которых вызвали стресс экспериментально, основываясь на эффекте плацебо. Тревожная реакция имела место у подавляющего большинства используемых, что наглядно демонстрирует эффективность психической адаптации у испытуемых при низком ( I ) и высоком ( II ) уровне тревоги в зрелом (а) и юношеском (б) возрасте.

studfiles.net

Механизмы психологической адаптации личности: современные подходы к исследованию копинга и психологической защиты Текст научной статьи по специальности «Психология»

Аннотация научной статьи по психологии, автор научной работы — Исаева Е. Р.

Проведен анализ соотношения и взаимовлияния копинг-механизмов и механизмов психологической защиты. Получены устойчивые сочетания между определенными механизмами защиты и копинга, определяющие единый защитно-совладающий стиль. В результате авторского исследования получены возрастные и гендерные различия в копинг-поведении. Выявлены маркеры «уязвимого», дезадаптирующего стиля совладания и выделен «симптомокомплекс дезадаптации» личности.

Похожие темы научных работ по психологии , автор научной работы — Исаева Е. Р.,

Текст научной работы на тему «Механизмы психологической адаптации личности: современные подходы к исследованию копинга и психологической защиты»

МЕХАНИЗМЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ АДАПТАЦИИ ЛИЧНОСТИ: СОВРЕМЕННЫЕ ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ КОПИНГА И ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЗАЩИТЫ

Проблема стресса и копинга является одной из наиболее актуальных и исследуемых в современной зарубежной и отечественной литературе, посвященной адаптации к стрессу.

Общепризнанным является определение адаптации как динамического процесса приспособления организма (как системы) к изменившимся условиям существования, целью которого является поддержание динамического равновесия между организмом и внешней средой1. Ф. Б. Березин рассматривал психическую адаптацию как процесс, который позволяет человеку устанавливать оптимальные отношения с окружающей средой и, вместе с тем, удовлетворять актуальные потребности личности, не нарушая адекватного соответствия между психическими и физиологическими характеристиками2.

Некоторые авторы описывают три блока адаптации: биологический, психологический и социальный3, что соответствует общепринятому в литературе представлению о трех уровнях психической регуляции личности (биологическом, индивидуально-личностном и личностно-средовом)4.

Наиболее существенной, по мнению многих авторов, является проблема личностной (психологической) адаптации, поскольку личность выступает как максимально обобщенная и устойчивая целостность психических свойств и процессов, обнаруживающая себя в самых разных проявлениях активности и в различных социальных условиях5.

Нарушения адаптации личности, с точки зрения некоторых исследователей, могут являться источником различных психических и психосоматических расстройств6. Различные жизненные ситуации, с которыми сталкивается на своем пути человек, вызывают адаптационную активность, стимулируют раскрытие физических и психических ресурсов организма. Еще в 1956 г. Г. Селье отмечал, что стресс — это состояние напряжения, возникающее при несоответствии приспособительных возможностей величине действующей на человека нагрузки, вызывающее активизацию и перестройку адаптивных ресурсов психики и организма7. Но, расширяя адаптационные возможности, стресс, особенно испытываемый в течение длительного времени, может привести к постепенному истощению компенсаторных механизмов личности, нарушению психической адаптации. В связи с этим актуальной становится проблема психологической уязвимости личности, являющейся подходящей почвой для развития психических декомпенсаций8.

В исследованиях последних лет обсуждаются проблемы успешности — неуспешности психологической адаптации9, при этом акцент смещается в сторону выявления ранних признаков психологической дезадаптации, поиска маркеров психологического неблагополучия личности. В этом контексте огромное внимание уделяется изучению механизмов психологической защиты и механизмов совладания со стрессом10, которые многими авторами

© Е. Р. Исаева, 2008

рассматриваются как единый и взаимосвязанный «защитно-совладающий стиль» личности11. В рамках трансактной модели стресса психологическая адаптация обеспечивается посредством личностно-средового взаимодействия, в процессе которого проявляются индивидуальные стилевые тенденции, актуализирующиеся в стрессовых ситуациях на когнитивном, эмоциональном и поведенческом уровнях организации личности (копинг-поведение)12.

Понятие «копинг», или совладание со стрессом, рассматривается как деятельность личности по поддержанию или сохранению баланса между требованиями среды и ресурсами личности, удовлетворяющими этим требованиям. Р. Лазарус считал, что главными функциями копинга являются, во-первых, разрешение проблемы, а во-вторых, совладание с собственными эмоциями человека. В связи с этим он выделял два основных типа копинга: 1) стратегии, направленные на решение проблемы, — проблемно-фокусированные стратегии совладания; 2) стратегии, направленные на урегулирование эмоций, — эмоционально-фоку-

сированные стратегии совладания13.

В разработанной Р. Лазарусом методике, направленной на определение копинг-страте-гий («^С^), выделяется восемь видов копинг-стратегий: планомерное решение проблемы, поиск социальной поддержки, дистанцирование, бегство-избегание, конфронтация, само-

контроль, положительная переоценка, принятие ответственности14.

Существенное влияние на формирование индивидуального стиля совладающего поведения оказывают эмоционально-динамические и мотивационные характеристики личности, среди которых определяющую роль играют механизмы психологической защиты.

Психологическая защита является одним из важнейших звеньев адаптационного процесса и рассматривается как более ранний и устойчивый, чем копинг, базисный конструкт, формирующийся на основе типологических свойств и эмоционально-динамического паттерна личности15. По определению А. Фрейд, механизмы защиты — это «перцептивные, интеллектуальные и двигательные автоматизмы разной степени сложности, возникшие в процессе непроизвольного и произвольного научения»16. Защитные механизмы личности автоматически запускаются в ситуациях конфликта, фрустрации, стресса. Их функцией является снижение эмоциональной напряженности до того, как изменится ситуация.

Многие авторы указывают на тесную взаимосвязь копинга и механизмов психологической защиты17. Одни авторы считают психологическую защиту своеобразным «интрапсихическим копингом», или «механизмом совладания с внутренней тревогой». Другие авторы относят копинг к внешним, поведенческим проявлениям механизмов психологической защиты18.

Есть основания предположить, что психологическая защита задает направление и диапазон копинга, формирующегося в более поздние сроки онтогенетического развития и закрепляющегося в процессе накопления жизненного опыта. Иными словами, диапазон используемых человеком в процессе жизни стратегий по разрешению ситуаций и реагированию на требования среды зависит от сложившейся в раннем детстве структуры ведущих типов психологической защиты19. При этом ведущая в структуре личности психологическая защита будет влиять как на когнитивную оценку стрессового события, так и на выработку соответствующих ей стратегий поведения по преодолению данного события. Некоторые авторы относят когнитивную оценку ситуации к перцептивной защите, поскольку в ее основе лежит механизм искажения неприемлемой информации, действующий практически одновременно с восприятием события20. Это мнение подтверждается исследованиями Э. А. Кос-тандова, посвященными изучению нейрофизиологических основ психологической защиты. Регистрация биоэлектрических и вегетативных реакций на эмоционально значимые, но еще

не осознаваемые субъектом стимулы позволила автору предположить существование сверхчувствительного механизма, который на основании информации, не достигающей уровней сознания, способен оценить эмоциогенное значение раздражителя, повысить порог восприятия и вызвать соответствующую когнитивную переоценку21.

На сегодняшний день при значительном многообразии существующих дефиниций психологической защиты и копинга исследователями пока не сформулированы обоснованные и убедительные критерии разграничения двух этих процессов. В целом, в отечественной литературе механизмы психологической защиты и механизмы совладания (копинг-поведение) рассматриваются как важнейшие формы адаптационных процессов индивида22.

Целью нашего исследования являлось изучение основных стилей копинг-поведе-ния во взаимосвязи с бессознательными механизмами психологической защиты личности и выявление наиболее дезадаптирующих форм реагирования и совладания со стрессом, приводящих человека в «группу риска» с точки зрения психологического здоровья и благополучия личности.

В процессе фундаментальной адаптации методики для диагностики копинг-поведе-ния Р. Лазаруса нами были проанализированы основные варианты стратегий, к которым прибегают практически здоровые люди при совладании с жизненными трудностями и проблемными ситуациями.

Было опрошено 924 человека в возрасте от 18 до 60 лет по следующим методикам: «Копинг-тест» Р. Лазаруса (WCCL), адаптированная ранее методика «Индекс жизненного стиля» (LSI)23 и методика «Шкала симптоматических расстройств» (SCL-90) для выявления

Предварительный анализ результатов исследования показал, что у большинства здоровых людей в структуре совладающего поведения преобладают активные проблемно-фоку-сированные копинг-стратегии. Только в ситуациях, не поддающихся изменению (влиянию), здоровые испытуемые обращаются к эмоционально-фокусированным стратегиям преодоления стрессовых ситуаций, выражающимся в положительной переоценке и повышении контроля над эмоциональными реакциями.

Выявились возрастные различия в копинг-поведении здоровых людей. Это подтверждает тот факт, что копинг-стратегии формируются и закрепляются в процессе жизни (социогенеза). В зависимости от особенностей личностного развития и жизненных целей, актуальных на разных возрастных этапах жизненного пути человека, преобладают и различные стратегии поведения, обеспечивающие достижение этих целей. Так, например, у здоровых людей юношеского возраста (от 17 до 22 лет) достоверно чаще, по сравнению с респондентами других возрастных групп, отмечалась тенденция к избеганию решения проблем (^ 0,68) вошли все показатели выраженности различных симптомов и общий индекс психического дистресса, частота использования психологических защит «регрессия» и «замещение» (L>0,51), копинг-стратегии «принятие ответственности» и «избегание» (L>0,36). Данный фактор был условно назван нами «нездоровье», т. к. по своему содержанию он отражает именно это состояние: выраженность симптомов тревоги, страха, враждебность, соматические расстройства, эмоциональную нестабильность, подавленность, напряженность, пассивность и избегание принятия решений.

Во второй фактор вошли показатели частоты использования всех копинг-стратегий, за исключением стратегии «избегание», причем стратегии «конфронтация» и «дистанцирование» — с наименьшими весами (L=0,35 и 0,36 соответственно). Это свидетельствует о том, что все виды копинг-поведения, кроме копинга «избегание», участвуют в формировании поведения, не приводящего к внутреннему дискомфорту, и способствуют успешной психологической адаптации. Кроме копинг-стратегий этот фактор включал психологические защиты «отрицание» и «компенсация» с положительными весами (L=0,32 и 0,30 соответственно), а также показатель выраженности межличностной тревожности с отрицательным весом (L= -0,32), что указывает на положительное влияние данных защит и демонстрирует отрицательную взаимосвязь между формированием конструктивного поведения и межличностной тревожностью. Иными словами, при доминировании в структуре личности защит отрицания и компенсации, а также высоком уровне развития конструктивных способов

совладания наблюдается низкий уровень тревожности. Фактор был назван нами «успешная адаптация (или здоровье)».

В третий фактор — «предздоровья», или фактор риска (с точки зрения психологической уязвимости), с положительными весами вошли стратегия «избегание» (L=0,42), общий уровень напряженности психологических защит (L=0,87), частота использования всех защитных механизмов, кроме защиты «отрицание», а также показатель выраженности симптомов параноидальности. Таким образом, развитие симптомов психологического неблагополучия связано с дефицитом стратегий совладания со стрессом и преобладанием защитного поведения. Также с психологическим неблагополучием были связаны излишняя подозрительность и недоверчивость.

Итак, проведенный анализ полученных результатов позволяет сформулировать следующие выводы.

В репертуаре защитно-совладающего поведения можно выделить своеобразный «симптомокомплекс дезадаптации». Он включает в себя: 1) повышенный общий уровень напряженности психологических защит; 2) преобладание в структуре защит личности «регрессии» и «замещения»; 3) дефицит защиты «отрицание»; 4) склонность к избеганию, а также принятие на себя чрезмерной ответственности в преодолении жизненных трудностей. Следует отметить, что в рамках этого комплекса наблюдаются повышенные показатели многочисленных невротических или неврозоподобных проявлений.

Фактор психологического здоровья связан с активным использованием всех стратегий копинг-поведения, исключая стратегию «избегание». Примечательно, что во многом этому способствует выраженность в структуре психологических защит личности механизмов «отрицания» и «компенсации». Такой вывод согласуется с литературными данными о том, что активные копинг-стратегии, ориентированные на решение проблемы, ведут к уменьшению имеющейся симптоматики, тогда как избегание и копинг-стратегии, направленные

на редукцию эмоционального напряжения, приводят к усилению симптоматики25.

Особо следует отметить, что копинг-стратегии «избегание» и «принятие ответственности» являются факторами риска нарушений успешной адаптации личности и требуют коррекции и психотерапевтического вмешательства.

1 Энциклопедический словарь медицинских терминов. М.,1982. Т. 1.

2 Березин Ф. Б. Психическая и психофизиологическая адаптация человека. Л., 1988.

3 Коцюбинский А. П., Шейнина Н. С. Об адаптации психически больных (уточнение основных понятий) // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В. М. Бехтерева. 1996. № 2. С. 203-212.

4 Ананьев Б. Г. Человек как предмет познания. Л., 1969.

5 Карвасарский Б. Д., Алексеева Д. А., Ташлыков В. А., Якубзон А. М. Основные типы психологической дезадаптации у бывших воинов-интернационалистов. Психологическая диагностика и психотерапия: Метод рекомендации. Л., 1990; Guntern G. La theorie du stress et sa signification dans la therapie des systemes humains // Rev. Med. Suisse Romande. 1990. Vol. 110. № 1.

6 Положий Б. С. Стрессы социальных изменений и расстройства психического здоровья // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В. М. Бехтерева. 1996. № 2. С. 136-143.

7 Селье Г. Очерки об адаптационном синдроме. М., 1960.

8 Вассерман Л. И., Беребин М. А. Факторы риска психической дезадаптации у педагогов массовых школ: Пособие для врачей и психологов. СПб., 1997.

9 PerrezM., ReichertsM. Stress, Coping, and Health. A Situation-Behavior Approach. Theory, Methods, Applications. Seattle, 1992.

10 Абабков В. А., ПерреМ. Адаптация к стрессу. Основы теории, диагностики, терапии. СПб., 2004.

11 Исаева Е. Р. Копинг-механизмы в системе приспособительного поведения больных шизофренией: Авто-реф. . канд. дис. СПб., 1999.

12 Lazarus R. S. Psychological stress and the coping process. New York, 1966.

13 Lazarus R., Folkman S. Stress, Appraisal and Coping. New York, 1984.

14 Lazarus R., Folkman S. Manual for Ways of Coping Questionnaire. Palo Alto; CA, 1988.

15 Plutchik R., Kellerman H., Conte H. A structural theory of ego defense and emotions // Emotions in personality and psychopathology / Ed. E. Izard. New York, 1979.

16 Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы: Пер. с англ. М., 1993.

17 Ташлыков В. А. Личностные механизмы совладания (копинг-поведение) и защиты у больных неврозами в процессе психотерапии // Медико-психологические аспекты охраны психического здоровья. Томск, 1990.

18Haan N. Coping and defense mechanisms related to personality inventories // Journal of Consulting Psychologist.

19 Исаева Е. Р., Редькина М. В. «Симптомокомплекс дезадаптации»: Маркеры психологического неблагополучия на модели студентов-менеджеров // Материалы I Международной конференции по клинической психологии памяти Б. В. Зейгарник: Сб. тезисов / Под ред. А. Ш. Тхостова. М., 2001.

20 Vaillant G. E. Theoretical hierarchy of adaptive ego mechanism // Archives of General Psychiatry. 1971. Vol. 24.

21 Костандов Э. А. Восприятие и эмоции. М., 1977.

22 Абабков В. А. Защитные психологические механизмы и копинг: Анализ взаимоотношений // Актуальные проблемы клинической психологии и психофизиологии: Материалы научно-практической конференции «Ананьевские чтения-2004» / Под ред. Л. А. Цветковой. СПб., 2004.

23 Психологическая диагностика индекса жизненного стиля: Пособие для врачей и психологов / Вассерман Л. И., Клубова Е. Б., Ерышев О. Ф. и др. СПб., 1998.

24 Тарабрина Н. В. Практикум по психологии посттравматического стресса. СПб., 2001.

25 Nacano K. Coping strategies and psychological Symptomes in Japanies Samples // Journal of clinical Psychology. 1991. Vol. 47.

cyberleninka.ru