Спиваковская аС профилактика детских неврозов

ПСИХОТЕРАПИЯ ДЕТСКИХ НЕВРОЗОВ

ПРЕДИСЛОВИЕ

В книге описан один из вариантов психотерапевтической работы, направленной на профилактику неврозов у детей. Представлены результаты изучения психологических факторов риска, опыт практического использования комплексной психотерапии, а также приемов оценки ее эффективности.

Комплексная психотерапия осуществлялась бригадой, в состав которой ежегодно включались студенты и аспиранты, выполняющие под руководством автора курсовые, дипломные и диссертационные работы. Результаты их исследований широко использованы в данной книге.

Глава I. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ В ЭТИОЛОГИИ ДЕТСКИХ НЕВРОЗОВ

§ 1. Изучение этиологии детских неврозов

Учение о неврозах, пограничных состояниях, их предупреждении, лечении реабилитации основывается на фундаментальных работах отечественных психологов и психиатров.

Понимание невроза как болезни личности, рассмотрение пограничных состояний в качестве особой формы личностного развития проводятся во многих психологических исследованиях.

В той или иной степени во всех исследованиях авторы исходят из представления о полифакторной этиологии неврозов, из признания того положения, что в возникновении и развитии невроза взаимодействуют биологические, психологические и социальные механизмы. Наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой невроз определяется как психогенное заболевание, в возникновении, течении и лечении которого ведущая роль принадлежит психологическим факторам.

Этиологические факторы детских неврозов, по данным отечественных авторов, могут быть подразделены на следующие группы: психическая травма (I); преневротические патохарактерологические радикалы (2); нарушение системы отношений, и прежде всего дисгармония семейных отношений (3); дисгармония семейного воспитания (4).

Психическая травма (1) — это внешние раздражители, оказывающие патогенное болезненное воздействие на индивида. Психическая травматизация не только определяет характерные для невроза картины клинических расстройств, но и входит в качестве важного компонента в психологическую структуру невротического состояния.

pedlib.ru

Спиваковская А. С ПРИНЦИПЫ, ЗАДАЧИ И ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ КАК ОСОБОГО ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ЭКСПЕРИМЕНТА[15]

Спиваковская А. С

ПРИНЦИПЫ, ЗАДАЧИ И ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ КАК ОСОБОГО ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ЭКСПЕРИМЕНТА[15]

1. Психотерапия и психокоррекция неврозов: двуединая задача

Будучи психологическими по своей природе, патогенетические механизмы неврозов детского возраста требуют психологических методов воздействия для их ликвидации. Вполне отдавая себе отчет в условности разделения методов психотерапии и психокоррекции, понимая, что это две взаимосвязанные формы психологического воздействия в целях сохранения здоровья людей, мы считаем все же возможным их разграничение.

Психотерапия как система специально организованных методов лечебного воздействия применяется к лицам, уже заболевшим неврозом. В аспекте интересующей нас проблемы детских неврозов речь идет о применении широкого спектра психотерапевтических методов – групповых, индивидуальных, семейных, рациональных и суггестивных – наряду с медикаментозными и другими лечебными процедурами на этапе уже сформированной отчетливой клинической картины невроза. Когда речь идет о детях «еще не больных, но уже не здоровых», о начинающих складываться формах невротического реагирования и дезадаптированного поведения, т. е. когда речь идет о профилактике неврозов, на первый план выступают методы и приемы психокоррекции.

Такое подразделение имеет и еще одно, организационное, обоснование. Дело в том, что при современной организации медицинского психиатрического обслуживания населения контингент детей в преневротических состояниях оказывается нередко без квалифицированной помощи. Такие дети не получают помощи у детского психоневролога (их состояние еще не дает оснований к проведению лечения), а в системе обычного воспитательного воздействия устранить формы дезадаптации и первые признаки невротических симптомов не удается. Кроме того, многие родители в силу бытующих предубеждений отказываются от услуг детских психоневрологов и психиатров, предпочитая обращаться в психологическую консультацию. Именно здесь таким детям и родителям может и должна быть оказана квалифицированная психопрофилактическая помощь. С другой стороны, психотерапевтическая работа, как уже не раз подчеркивали наши ведущие психотерапевты (например, В. Е. Рожнов, 1965), должна постепенно выходить за пределы стационаров и охватывать более широкие контингенты риска. Организационно эта работа оформляется и осуществляется в различных учреждениях консультативного типа: дневных стационарах, отделениях профилактики, медико-психологических консультациях, консультациях «Брак и семья».

Таким образом, психотерапия и психокоррекция детских неврозов – это два взаимодополняющих друг друга метода психологического воздействия, каждый из которых имеет свои зоны приложения. Психотерапия – метод лечения, а психологическая коррекция – метод профилактики. В психокоррекционных воздействиях нуждаются дети из особого, повышенно уязвимого в отношении неврозов контингента. Поэтому для оказания им помощи необходимо всесторонне изучить психологические составляющие этой уязвимости, иными словами, психологически исследовать группу риска по детским неврозам и описать психологическое содержание факторов повышенного риска в отношении неврозов у детей. Эта работа и была проделана в настоящем исследовании. Задача психологической коррекции в целях профилактики неврозов у детей рассматривается как особым образом организованное психологическое воздействие, осуществляемое по отношению к группам повышенного риска и направленное на перестройку, реконструкцию тех неблагоприятных психологических новообразований, которые определяются как психологические факторы риска, и на воссоздание гармоничных отношений ребенка.

Психологическая коррекция как особая форма психологического воздействия теоретически базируется на фундаментальных положениях отечественной психологии, главными из которых являются следующие.

1. Положение, разработанное в теоретической концепции В. Н. Мясищева (1960), согласно которому личность является продуктом системы значимых отношений, поэтому эффективная психотерапия и психокоррекция немыслимы без включения в коррекционный процесс и самого ребенка, и его семьи.

2. Положение теории деятельности А. Н. Леонтьева (1964), состоящее в том, что позитивно влиять на процесс развития – значит управлять ведущей развитие деятельностью, в данном случае воздействовать на деятельность по воспитанию детей и на ведущую деятельность ребенка.

3. Разработанное Д. Б. Элькониным положение (1978) о том, что коррекционный потенциал игры заключается в практике новых социальных отношений, в которые включается человек в процессе специально организованных игровых занятий.

4. Положения теоретической концепции личности С. Л. Рубинштейна (1973) о формах психологических контактов между людьми.

2. Специфические условия и особенности диагностики факторов риска. Единство диагностики и коррекции

Диагностическая работа с контингентами риска в целях планирования и определения задач для коррекционной работы имеет ряд специфических особенностей.

Во-первых, такая диагностика должна быть комплексной. Это требование вытекает из комплексной, системной природы причинных факторов детских неврозов и комплексного характера факторов риска. Диагностика требует применения набора психологических методик и экспериментов, направленных на изучение различных сторон психических процессов, свойств, личностных качеств и форм деятельности. При этом особое значение приобретают методики по типу естественного эксперимента (моделирование реальной деятельности в группах и парах, игровые диагностические процедуры, групповые дискуссии и др.).

Во-вторых, комплексность в диагностике определяется необходимостью изучения семьи и семейного воспитания, т. е. требует включения в диагностический процесс не только ребенка, но и его родителей. Диагностика проблем ребенка осуществляется в контексте диагностики психологических проблем его семьи.

В-третьих, необходимо изучение не только актуального состояния ребенка и статуса семьи, но и особенностей развития детей на предшествующих этапах, а также изучение семейных отношений в ретроспективе. Поэтому в диагностике психологических факторов риска необходимо использовать биографический метод, позволяющий восстановить весь ход психического развития ребенка и жизни его семьи.

В-четвертых, диагностика как начальный этап психокоррекции требует соблюдения принципа активности самих испытуемых. Это означает, что все диагностические процедуры должны быть личностно мотивированы для самих участников, диагностика специалиста должна превращаться в самодиагностику, когда ее участники ставят перед собой задачу самоизучения, анализа собственных психологических качеств и особенностей личности, самосознания, а также задачу самостоятельного определения целей и путей самосовершенствования. Поэтому в диагностике широко используются проективные опросники, самоотчеты, дневниковые записи, проективные сочинения, рисунки с последующим обсуждением всех данных с их авторами.

В-пятых, диагностика и коррекция осуществляются практически одновременно на всем этапе работы, поэтому коррекционные приемы – это одновременно и приемы диагностики и самодиагностики участников коррекции.

3. Цели и специфические особенности психокоррекционного процесса

Комплексность психологических факторов риска с необходимостью требует комплексного и системного психологического воздействия. Поэтому психологическая коррекция понимается как перестройка, реконструкция психологических факторов риска у ребенка, как воссоздание гармоничных отношений в семье.

Психологической коррекции подвергаются все составляющие психологических факторов риска и связи между ними; нормализуется психологический климат семьи, особенности супружеского взаимодействия и супружеских коммуникаций, реконструируются родительские позиции в составляющих их звеньях, расширяется осознание родителями мотивов семейного воспитания, происходит гармонизация самого хода психического развития детей в семье, развиваются и гармонизуются самосознание и самооценка ребенка. Психологическая коррекция предполагает также расширение арсенала средств психологического воздействия родителей на ребенка в ходе семейного воспитания, тренинг воспитательных навыков родителей, формирование некоторых новых форм взаимодействия с детьми, снятие проявлений дезадаптации в поведении ребенка.

Основным содержанием психокоррекционного воздействия становится создание концентрированного, эмоционально насыщенного опыта новых социальных отношений в семье как между супругами, так и между детьми и родителями. Практика новых социальных отношений формирует иную обратную связь между различными составляющими внутреннего взаимодействия, связь с положительным знаком.

Методологическим принципом построения процесса психологической коррекции является принцип деятельностного подхода. Новый тип внутрисемейных отношений формируется в процессе создания релевантных данным отношениям форм деятельности. Формируется коллективная игровая деятельность детей и воспитательная деятельность родителей. Такое построение психокоррекции основывается на положении теории деятельности, согласно которому позитивно влиять на процесс развития, на формирование процесса складывания психологических новообразований в поведении и в отношениях между людьми – значит оказывать воздействие на деятельность, формирующую соответствующие новообразования и соответствующие отношения.

Психокоррекционный комплекс состоит из различных методов психологического воздействия, каждый из которых имеет свои специфические механизмы коррекционного действия. Вместе с тем существует нечто общее, что, являясь основным психокоррекционным рычагом, объединяет все по-разному организованные приемы воздействия. Это общее может быть определено как совокупность характеристик психокоррекционного воздействия, отражающих специфику психокоррекции как особого психологического эксперимента. Перейдем к описанию этих характеристик.

1. При использовании разнообразных приемов психокоррекционного воздействия психолог не может оперировать такими понятиями, как обобщенная норма (возрастная, половая, нозологическая и т. п.). Все данные о закономерных чертах, симптомах или свойствах должны быть переплавлены в представления об индивидуальном проявлении всех этих общих закономерностей в реальном поведении или психологическом облике человека, с которым проводится психологическая работа. Иными словами, в психокоррекции главным является реализация индивидуального подхода. Нельзя говорить о психокоррекции группы детей или взрослых в смысле доведения всех, хотя бы по одному параметру, до одинаковых показателей, а следует говорить о создании условий для развития тех или иных психологических качеств каждого участника психокоррекции.

С признанием индивидуального подхода тесно связано представление о «личном достижении» (Н. В. Цзен, Ю. В. Пахомов, 1985). При использовании понятия «личное достижение» в психологической коррекции реализуется индивидуальный подход в смысле признания права самого пациента взять из психокоррекционных возможностей то, что он окажется в состоянии взять, или то, что он захочет взять. Эта непланируемость личностного роста при признании бесконечности и неограниченности этого процесса является одной из главных специфических черт психокоррекции как особого психологического эксперимента.

Психологическая задача – создать условия по возможности более полного личностного роста, но ни в коем случае не подталкивать участников психокоррекции к достижению определенных, заранее регламентированных результатов.

2. Психологическая коррекция планирует не достижение каких-то конкретных результатов, а создает условия для всемерного личностного роста. Поэтому психокоррекционные приемы должны использовать естественные движущие силы психического и личностного развития. Такими силами являются деятельность человека и система его отношений. Именно поэтому в любом психокоррекционном приеме с необходимостью и в разных формах создаются условия для адекватной деятельности и воспроизведения системы отношений.

При этом очень важным фактором психокоррекционного воздействия является то, что моделируется не любая деятельность и не деятельность или отношения, теоретически определенные как ведущие. В психокоррекции следует использовать те виды деятельности и те системы отношений, которые являются личностно значимыми для участников коррекции, которые ярко индивидуально окрашены, по отношению к которым имеются острые, эмоционально насыщенные переживания.

С этой точки зрения может быть понято классическое для психотерапии и психокоррекции понятие трансфера (переноса), когда главным в контакте специалиста с пациентом является установление эмоционально окрашенного контакта, который по своему содержанию является остро личностно-значимым для пациента. В нашем понимании трансфер – это воспроизведение личностно-значимых отношений в личностно-значимой деятельности.

3. Особое значение имеет понятие психотерапевтического или психокоррекционного контакта с участниками психокоррекции. Здесь речь идет о создании специфического взаимодействия между специалистом и участниками психокоррекции. Прежде всего специфичность контакта связана с признанием не субъект-объектного, а субъект-субъектного, диалогичного общения (Л. А. Петровская, 1982). Иными словами, сам специалист становится активным субъектом психологического воздействия. Специфичность психокоррекционного контакта состоит еще и в том, что в процессе взаимодействия с участниками коррекции достигается как можно более полное принятие индивидуального облика и личности пациента во всем сложном переплетении сильных и слабых сторон человеческой души, с присущими каждому человеку личностными победами и поражениями.

В процессе психокоррекции отношения между участниками коррекции и специалистом строятся по принципу партнерства, но партнерства в особом смысле. Речь идет о равенстве позиций, а не о нормативной модели поведения, причем хотя равенство позиций задается в самой процедуре некоторых психокоррекционных приемов, на самом деле оно создается в процессе коррекции, являясь его высшим результатом. Несмотря на декларацию о равенстве позиций, в начале коррекции чаще всего позиции не равны. Психолог (психотерапевт) рассматривается участниками с позиции «над», воспринимаясь как специалист, мэтр, учитель, руководитель или, более аффективно и пристрастно, как мать, отец, старший товарищ. Иногда специалист может оказаться в начале коррекции в позиции «под», когда он воспринимается участниками психокоррекционного процесса как «слуга», исполнитель заказа, младший помощник, выразитель воли и чувств других людей, или, более личностно окрашенно, как ребенок, младший товарищ, младший брат или сестра.

Но независимо от того, с какой позиции начинается психокоррекционный контакт, при успешной психокоррекции эта позиция сменяется позицией истинного равенства; позиция «наклонная» сменяется «горизонтальной», когда взаимно признается право каждого на ответственность, руководство, поиск, личностный рост, психологическую независимость.

Нормативность в поведении специалиста состоит совсем не в том, что он подсказывает: «Делай точно, как я», – она состоит в том примере, который может показывать специалист, в тех усилиях, которые он сам прилагает в работе по собственному личностному росту, в вере в возможность достижения развития, в его безграничность, неповторимость и индивидуальность. Именно такая позиция психолога запускает в действие коррекционные механизмы психологических методов, которые он использует, именно такая позиция создает наилучшие условия для реализации всех рычагов психокоррекционного действия.

4. Специфика психокоррекционных приемов состоит в особой динамике самого психокоррекционного процесса, многое в этой динамике зависит от использования различных методов, она может создаваться закономерностями группового процесса или закономерностями той деятельности, в рамках которой проводится психокоррекционная работа. Однако обнаруживаются закономерности динамики, которые не зависят ни от организации психокоррекционных приемов воздействия, ни от особенностей личности психолога, а существуют независимо от них, с обязательностью воспроизводясь при применении различных методов разными специалистами.

Прежде всего следует отметить, что динамика психокоррекционного процесса может быть описана не прямой, а ломаной линией. Это означает, что в каждом психокоррекционном процессе есть свои взлеты и падения, ускорение движения и замедление, всплески и ровные участки.

Это происходит за счет того, что главным в психокоррекции являются процессы эмоциональные, процессы переживаний, а, как хорошо известно, эмоции – это весьма подвижные, динамичные психологические образования.

Психокоррекционный процесс может быть метафорически описан как особые «мелькания», сгустки переживаний, объединяющих всех участников психокоррекции в неком едином эмоциональном поле. Психокоррекционные методы или тактика ведущего создают лишь условия для создания этих эмоциональных мельканий, а собственно коррекция происходит именно в эти острые эмоционально насыщенные моменты. Ярко эмоционально окрашенные переживания и создают возможность нового видения старых проблем, нового взгляда на жизненную ситуацию, на самого себя, на близких людей, на всю систему своих отношений, на свою деятельность. Переворот в сознании, распределение и перестройка элементов сознания и самосознания, достраивание осознания – все это результат острых эмоциональных переживаний, которые достигаются в психокоррекционном процессе.

5. В чем существо тех изменений в сознании и самосознании участников, которые достигаются в психокоррекции? Прежде всего эту перестройку структур сознания следует рассматривать как творческий процесс, как выведение плоскостного видения ситуации в пространственное, как открытие новых путей для решения проблемных ситуаций – путей, которые были совсем рядом, но которых участники психокоррекции раньше не замечали, не осознавали. Достижение нового взгляда, нового осознания – это и есть основа творческого подхода к личностному росту.

На операциональном уровне перестройка сознания может быть описана как переход от оперирования закрытыми формулами к использованию открытых формул. Термин «открытые формулы» означает использование таких систем осознания, которые не препятствуют личностному росту, не загоняют в тупик «порочного круга», а, наоборот, раскрывают в человеке все сильные стороны его души, открывают путь все больших личностных достижений. Эти формулы описывают все стороны человеческой жизнедеятельности: отношение к себе, к своей деятельности, к взаимодействию с другими людьми, к психологическому облику и пониманию других людей, к своему прошлому, настоящему и будущему, к трудностям и достижениям, к сильным и слабым сторонам собственной личности. В результате такой перестройки сознания и переживаний человека и достигается снятие тех психологических составляющих, которые лежали в основе субклинических («факторы риска») или клинических явлений.

6. Существенной особенностью психокоррекционного процесса является тот язык, на котором происходит общение между всеми участниками. Как бы хорошо в плане научного, теоретического или клинического языка специалист ни разобрался в проблемах участников психокоррекции, как бы отчетливо ни представлялись ему самому причинные факторы трудностей, с которыми сталкиваются люди, он в своей работе не может передать эти знания точно в той же форме, на том языке, которым он сам пользуется. Основная задача психокоррекции – использовать не только доступный, понятный, житейский язык, но язык убедительный, внушающий, воздействующий, вызывающий эмоциональный отклик. Специфический язык психокоррекционного процесса не имеет в виду только речь, хотя и она должна отвечать перечисленным требованиям. Язык психокоррекции – это еще и язык невербальных коммуникаций, поэтому в каждый момент психокоррекции психолог должен быть предельно искренним в своих эмоциональных переживаниях, чтобы его вербальный и невербальный языки соответствовали друг другу. Язык психокоррекции – это еще язык конкретных реальных действий, поэтому все психокоррекционные ситуации (оценки, выбор, принятие решений, поддержка, конфронтация, поощрение, наказание) должны быть не только понятны и доступны участникам, психокоррекционно полезными, эмоционально значимыми и насыщенными, – они должны предполагать убедительное толкование, интерпретацию с позиций достижения личностного роста участников, предполагать новый, творческий взгляд на них, содействовать нахождению оптимального выхода из внешнего или внутреннего конфликта. Сам подбор таких ситуаций должен естественно вытекать из логики психокоррекционного процесса, из тех переживаний и жизненных событий, которые привносятся участниками в содержание психокоррекции.

Резюмируя описание специфики психокоррекционного процесса, необходимо отметить, что отношения между участниками психокоррекции могут быть описаны как реализация высших форм гуманистического отношения между людьми, как отношения любви человека к человеку, любви в том смысле, который дал в своем определении С. Л. Рубинштейн (1973): «Любить – значит утверждать неповторимое существование другого человека». В создании таких межчеловеческих отношений и состоит главная специфика психокоррекционного процесса как особого психологического эксперимента.

4. Психологические особенности оценки эффективности психокоррекции

Описанные выше характеристики психокоррекции как особого психологического эксперимента создают некоторые ограничения в использовании методов оценки ее эффективности.

С нашей точки зрения, главным, затрудняющим оценку эффекта фактором является отсутствие нормативности в психокоррекции и действие принципа «личное достижение».

Важно и то обстоятельство, что единственным критерием эффективности не может быть позитивный результат, показывающий ликвидацию проявлений дезадаптации или субклинических симптомов. Часто снятие симптома или дезадаптации может носить временный характер, а если при этом не устранены причинные факторы, вызвавшие тот или иной симптом, то вполне возможно быстрое возвращение тех же самых или других симптомов. Кроме того, известно, что наиболее высокие результаты достигаются спустя 6–7 месяцев после окончания воздействия.

Эти соображения позволяют сделать два важных вывода: во-первых, критерии оценки эффективности не могут ограничиваться как статистически нормативными показателями, так и снятием симптомов; во-вторых, необходима отсроченная проверка результатов коррекции, которая доказывала бы устойчивость ликвидации симптоматики на отдаленных этапах после завершения коррекции.

Наиболее оправданной следует считать диагностику эффективности по тем причинным факторам, которые лежали в основе тех или иных подлежащих коррекции явлений. Но здесь возникает трудность ретестирования, т. е. необходимо для учета эффективности повторять диагностику теми же приемами, которыми диагностировались причинные факторы. Поэтому выдвигаются особые требования к диагностическим экспериментальным процедурам, позволяющие проводить повторное обследование без искажений ретестирования.

Остро дискуссионным является также вопрос о том, каким методам следует отдать предпочтение: объективно-экспериментальным или же субъективно-отчетным. С позиций научного подхода субъективный отчет считается менее точным диагностическим критерием. Вместе с тем нельзя не видеть, что именно субъективный отчет наиболее релевантен психокоррекционному процессу как специфическому психологическому эксперименту. Действительно, участники психокоррекции обратились за помощью в значительной мере в связи с определенными мучающими их переживаниями, формами отношений, конфликтами. Если же в финале коррекции достигнут устойчивый позитивный эффект, о котором говорят сами участники, если им стало легче жить, если изменились их отношения или же они научились сосуществовать без излишних переживаний с той или иной субъективно трудной ситуацией – эффект психокоррекции достигнут. На этом основании субъективному отчету как специфическому критерию эффективности психокоррекции следует уделять большое внимание. Его необходимо обязательно использовать как наиболее естественный и простой путь оценки эффективности. Вместе с тем существуют определенные ограничения в использовании субъективного отчета, которые заставляют думать, что основываться исключительно на нем было бы неправильно. Дело в том, что в психокоррекции нередко приходится наблюдать особое явление, когда психокоррекционный процесс для ряда лиц оказывается не вполне эффективным, люди по тем или иным причинам с трудом добиваются перехода к новым формам осознания, к оперированию открытыми формулами, а их отношения перестраиваются лишь поверхностно, не затрагивая причинных составляющих. Психолог может оценивать работу как малоэффективную, а сами участники при этом дают очень высокие позитивные оценки эффективности работы в субъективном отчете. Эти явления и заставляют наряду с субъективным отчетом использовать объективные экспериментальные методы, позволяющие фиксировать перестройки в причинных факторах тех или иных симптомов или проявлений дезадаптации.

Особенно необходимо учитывать субъективные и объективные показатели эффективности коррекции при работе с семьей, поскольку могут быть различия в результатах работы с отдельными членами семьи и с семейным союзом в целом.

5. Общая характеристика психокоррекционного комплекса

Психокоррекционный комплекс, представляющий собой системное воздействие, состоит из нескольких взаимосвязанных блоков. Каждый из блоков реализует различные задачи и состоит из специфически организованных методов и приемов. Рассмотрим общую характеристику каждого из блоков психокоррекционного комплекса.

Блок 1диагностический.

– диагностика психологических факторов риска;

– формулирование психологических факторов риска для каждой семьи;

– формулирование общей программы психологической коррекции.

– психологический анализ биографической информации;

– патопсихологическое обследование детей в присутствии родителей;

– психологический анализ игровой деятельности ребенка;

– психологический анализ игры ребенка с родителями;

– диагностика самооценки ребенка и осознания детьми своего внутрисемейного положения и отношений со взрослыми (специальные эксперименты, проективные методы);

– психологический анализ мотивов воспитания по биографическим данным;

– диагностика супружеских коммуникаций – специальная экспериментальная процедура по исследованию коммуникаций;

– изучение психологического климата семьи (специальный опросник и циклограмма психологического климата).

Блок 2установочный.

Включение установочного блока психокоррекции в общий комплекс связано с необходимостью создания активной установки на психокоррекционную работу, формирования мотивов самопознания и самосовершенствования.

– снятие тревожности в связи с переживанием острого внутрисемейного кризиса;

– достижение облегчающего и расслабляющего эффекта;

– повышение уверенности родителей в возможности достижения позитивных изменений в поведении ребенка и в отношениях в семье;

– переформулировка запроса, целей психологической коррекции;

– создание активной установки на психокоррекционную работу.

– специальная методика «Родительское собрание»;

– психологический анализ дневниковых записей.

Блок 3коррекционный.

– гармонизация процесса развития ребенка;

– достижение перехода от негативной к позитивной фазе критического периода;

– гармонизация игровой деятельности;

– достижение открытия «Я»;

– преодоление внутрисемейного кризиса;

– расширение сферы осознанности мотивов воспитания;

– снятие противоречий между конфронтирующими мотивационными тенденциями;

– изменение родительских установок и позиций, обучение родителей новым формам общения с ребенком, расширение знаний о психологии семейного воспитания.

– методика игровой групповой коррекции для детей;

– методика групповой родительской коррекции;

– методика «Родительский семинар»;

– методика совместных занятий родителей с детьми.

Блок 4оценка эффективности.

– оценка изменений в психологических факторах риска в процессе коррекции;

– оценка эффекта коррекции.

– специальные экспериментальные процедуры;

– оценка степени устойчивости ликвидации дезадаптированного поведения у детей.

psy.wikireading.ru