Стресс аккультурации

Стресс аккультурации

Библиографическая ссылка на статью:
Маркова С.Д. Аккультурация: к теории вопроса // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 12 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2015/12/60006 (дата обращения: 07.06.2018).

Понятие аккультурации начало использоваться в американской культурной антропологии в конце XIX в. В 30-е гг. ХХ в. данный термин прочно закрепился в американской антропологии, а процессы аккультурации стали одной из основных тем эмпирических исследований и теоретического анализа. Аккультурация была предметом полевых исследований Херсковица, М. Мид, Редфилда, М. Хантер, Л. Спайера, Линтона, Малиновского. Во второй половине 30-х гг. ХХ в. наметился интерес к более систематическому изучению аккультурационных процессов. В 1935 Редфилд, Линтон и Херсковиц разработали типовую модель исследования аккультурации.

Аккультурация – процесс изменения материальной культуры, обычаев и верований, происходящий при непосредственном контакте и взаимовлиянии разных социокультурных систем (Стефаненко, 2009, с. 327). В основе аккультурации лежит коммуникативный процесс. Точно также как представители этнического большинства приобретают свои культурные особенности, то есть проходят инкультурацию через взаимодействие друг с другом, так и представители этнического меньшинства знакомятся с новыми культурными условиями и овладевают новыми навыками через общение. «Поэтому процесс аккультурации можно рассматривать как приобретение коммуникативных способностей к новой культуре. Через продолжительный опыт общения люди осваивают то, что необходимо в новых условиях» (Бороноев, 1994, с. 257).

Этапы адаптации и модели межкультурных контактов

В рамках данной вопроса большое значение имеет изучение межкультурной адаптации (Стефаненко). Так же следует рассмотреть этнокультурную адаптацию «как сложный, многогранный и многосторонний процесс знакомства, привыкания и приспособления» к новым условиям (Лобас, 2002, с. 7).

По мнению Лобаса, одним из общих положений, касающихся этнокультурной адаптации, является «положение о стрессогенном воздействии новой культуры», с которой сталкиваются дети в иноязычном окружении. И первым очевидным столкновением, вызывающим стресс, оказывается новый язык. Контакт с иной культурой и новым (пусть даже немного знакомым, но не родным – прим. автора) языком приводит к более или менее выраженному психическому потрясению, для обозначения которого в кросскультурной психологии введен термин «культурного шока». «Культурный шок – это шок от нового. Гипотеза культурного шока основана на том, что опыт новой культуры является неприятным или шоковым частью потому, что он неожидан, а частью потому, что он может привести к негативной оценке собственной культуры» (Лебедева по Furnham & Bochner, 2009, с. 14). «Культурный шок» образуется при наличии культурной дистанции между представителями разных национальностей в общеобразовательной школе. Порой он, по мнению Шапошниковой, имеет длительный характер, и его можно представить в виде кривой – то поднимающейся вверх (восторг, обожание новой этнической культуры, желание говорить на новом языке), то опускающейся вниз (отторжение новой этнической культуры).

Проблему «культурного шока» исследовали К.Оберг, С.Бочнер и Г.Триандис.

Антрополог К.Оберг (1986), первым использовавший этот термин, выделил 6 аспектов культурного шока:

  1. Напряжение, к которому приводят усилия, требуемые для достижения необходимой психологической адаптации
  2. Чувство потери или лишения (друзей, статуса)
  3. Чувство отверженности представителями новой культуры или отвержения их
  4. Сбой в ролях, ценностях, чувствах и самоидентификации
  5. Неожиданная тревога в результате осознания культурных различий
  6. Чувство неполноценности от неспособности «совладать» с новой средой (Лебедева, 2009, с. 15)
  7. Американский психолог С.Бочнер еще в 1980-ые годы называл культурную дистанцию и различительные признаки – национальность, культуру, язык и религию, облегчающих или затрудняющих адаптацию. Он выделил четыре максимально общие категории последствий межкультурного контакта для группы:

  8. геноцид, т.е. уничтожение противостоящей группы;
  9. ассимиляция, т.е. постепенное добровольное или принудительное принятие обычаев, верований, норм доминантной группы вплоть до полного растворения в ней;
  10. сегрегация, т.е. курс на раздельное развитие групп;
  11. интеграция, т.е. сохранение группами своей культурной идентичности при объединении в единое сообщество на новом значимом основании.
  12. В модели Бочнера перечисляются и четыре возможных результата межкультурных контактов для индивида. В процессе адаптации «перебежчик» отбрасывает собственную культуру в пользу чужой, «шовинист» – чужую в пользу собственной, «маргинал» колеблется между двумя культурами, «посредник» синтезирует две культуры, являясь их связующим звеном (см. Bochner, 1982).

    А Г.Триандис в контексте так называемой кривой процесса адаптации выделяет пять этапов:

    Первый этап, называемый «медовым месяцем», характеризуется энтузиазмом, приподнятым настроением и большими надеждами.

    Но этот этап быстро проходит, а на втором этапе адаптации непривычная окружающая среда начинает оказывать свое негативное воздействие. Кроме внешних обстоятельств оказывают влияние и психологические факторы: недостаточное знание языка и культурных обычаев, которые обостряются чувствами взаимного непонимания с литовцами и непринятия ими. Все это приводит к разочарованию, замешательству, фрустрации и депрессии.

    На третьем этапе симптомы культурного шока могут достигать критической точки, что проявляется в серьезных болезнях и чувстве полной беспомощности.

    Однако многие индивиды получают поддержку окружения и преодолевают культурные различия – изучают язык, знакомятся с культурой. На четвертом этапе депрессия медленно сменяется оптимизмом, ощущением уверенности и удовлетворения. Человек чувствует себя более приспособленным и интегрированным в жизнь общества.

    Пятый этап характеризуется полной адаптацией, которая подразумевает относительно стабильные изменения индивида в ответ на требования среды. В идеале процесс адаптации приводит к взаимному соответствию среды и индивида, и мы можем говорить о его завершении. В случае успешной адаптации ее уровень сопоставим с уровнем адаптации индивида на родине, среди «своих».

    Итак, пять этапов адаптации формируют U-образную кривую: хорошо, хуже, плохо, лучше, хорошо. Но испытания даже успешно адаптировавшихся индивидов на этом не заканчиваются, ведь процессы адаптации «визитеров» и переселенцев различаются. Так как последним необходимо полностью погрузиться в культуру – достичь высокого уровня культурной компетентности, включиться в жизнь общества и даже трансформировать социальную идентичность (Стефаненко).

    Факторы аккультурации

    Даже при самых благоприятных условиях контакта, например, при постоянном взаимодействии, совместной деятельности, частных и глубоких контактах, относительно равном статусе, отсутствии явных различительных признаков, у человека могут возникнуть сложности и напряженность при общении с людьми другой национальности. Поэтому большое значение приобретает изучение межкультурной адаптации, в широком смысле слова понимаемой как сложный процесс, благодаря которому достигается соответствия (совместимости) с новой культурной средой, а также результат этого процесса.

    Например, продолжительность адаптации ребенка в поликультурное образовательное пространство зависят от многих факторов: внутренних (индивидуальных) и внешних (групповых) (Шапошникова). В связи с этим обычно выделяют внутреннюю (выражающуюся в чувстве удовлетворенности и полноты жизни) и внешнюю (которая проявляется в участии индивида в социальной и культурной жизни новой группы) стороны адаптации.

    «Факторами аккультурации являются: демографические и личностные характеристики; обстоятельства жизненного опыта индивида; степень сходства или различия между культурами – культурная дистанция; особенности культуры, к которой принадлежит ребенок; внешние условия и отношение принимающей стороны» (Берри).

    К внешним факторам относятся возраст (младшие школьники адаптируются быстрее и успешнее) и пол (девочки труднее приспосабливаются к новому окружению, чем мальчики). А к внутренним – личностные характеристики детей. Если ребенок обладает такими качествами, как высокая самооценка, экстравертность, интерес к окружающим людям, склонность к сотрудничеству, самоконтроль, смелость и настойчивость, то ему легче адаптироваться в новой языковой среде. Важное значение имеет и мотивация, от которой зависит насколько хорошо ребенок знает язык, историю и культуру страны. Наличие знаний облегчает адаптацию (Шапошникова). Среди внешних факторов необходимо отметить особенности культуры, к которой принадлежит ребенок. Специалисты отмечают, что хуже адаптируются дети – представители великих держав, которые обычно считают, что приспосабливаться должны не они, а другие. Большое значение имеют и условия: насколько доброжелательны представители принимающего большинства, готовы ли помочь им, общаться с ними (Шапошникова).

    Аккультурационные стратегии

    С начала 90-ых годов более предпочитаемой и адекватной моделью изучения психологической адаптации является теория «стресса аккультурации» канадского психолога Дж.Берри, который предложил вместо термина «культурный шок» использовать понятие «стресс аккультурации». По мнению Стефаненко, в процессе аккультурации каждый человек одновременно решает две важнейшие проблемы: стремится сохранить свою культурную идентичность и включается в чужую культуру. Комбинация возможных вариантов решения этих проблем, по Дж.Берри, дает четыре основные стратегии аккультурации: ассимиляция, интеграция, сепарация, маргинализация.

    Ассимиляция. Стратегия ассимиляции характеризуется принятием индивидом норм и ценностей новой среды и одновременно полным отказом от культуры этнического меньшинства, к которому индивид принадлежит. В этом случае индивид полностью теряет прежнюю этническую идентичность и идентифицирует себя с новой культурой. Стратегия ассимиляции осуществляется через стремление к взаимодействию с представителями принимающей среды за счет снижения включенности в контакты со своей этнической группой, что приводит к полной языковой ассимиляции.

    Интеграция. Стратегия интеграции отражает стремление индивида сохранить основные культурные характеристики, но при этом индивид принимает основные ценности и образцы поведения новой культуры и устанавливает прочные связи с ее представителями.

    Сепарация. Индивиды, придерживающиеся этой стратегии, сохраняют все свои культурные характеристики и этническую идентичность, отвергая любые контакты и отношения с представителями принимающей среды. Индивиды поддерживают отношения только с представителями своей национальности. Это, по всей видимости, обусловлено низкой мотивацией к социокультурной адаптации в связи с временным пребыванием в чужой среде, а также скорее враждебным отношением со стороны принимающей стороны.

    Маргинализация. Наконец, стратегия маргинализации выражается в том, что иммигранты отвергают свою собственную культуру (зачастую вынужденно под воздействием принимающей среды), но в то же время так и не принимают новой, в основном в связи с неприятием и дискриминацией представителями большинства. Таким образом, они не идентифицируют себя ни с культурой этнического большинства, ни с культурой этнического меньшинства (Берри).

    Социокультурный и психологический аспекты аккультурации

    По мнению Дж.Берри, важнейшим результатом и целью процесса аккультурации является долговременная адаптация к жизни в чужой культуре. Она характеризуется относительно стабильными изменениями в индивидуальном или групповом сознании в ответ на требования окружающей среды.

    Успешной и полной адаптацией следует считать практически полное слияние с титульной нацией, активное участие в жизни общества, совершенное владение языком. При этом можно выделить два аспекта адаптации: социокультурный и психологический. При этом «психологическая адаптация связана с чувством благополучия и удовлетворенности, а социокультурная – с интеграцией в новую культурную среду на основе приобретения адекватных социальных навыков и образцов поведения, необходимых для успешного взаимодействия с новой культурной средой» ( http://gendocs.ru/v22010/ ).

  13. контакты с представителями своей социокультурной группы;
  14. контакты с представителями новой социокультурной группы;
  15. степень владения и частота употребления родного языка;
  16. степень владения и частота употребления языка принимающего сообщества;
  17. оценка признания, принятия, со стороны принимающего сообщества;
  18. установки на уход.
    • оценка перспектив;
    • степень удовлетворенности смыслом жизни;
    • степень удовлетворенности нахождением в группе этнического большинства» (Берри).
    • Все перечисленные показатели могут также выступать и в роли факторов, влияющих на успешность адаптации.

      Социокультурная адаптация в свою очередь непосредственно связана с выбором адаптационной стратегии. «В процессе аккультурации каждый человек одновременно решает две важнейшие проблемы: стремится сохранить свою культурную идентичность и включается в чужую культуру. Комбинация возможных вариантов решения этих проблем дает четыре основные стратегии аккультурации: ассимиляция, интеграция, сепарация, маргинализация» (Арутюнян, 2006, с. 254).

      Три из приведенных выше стратегий можно считать типами адаптации: стратегия ассимиляции приводит к наибольшим социокультурным изменениям, интеграция требует меньших изменений в поведении мигрантов, стратегия сепарации связана с наименьшим уровнем культурных изменений. А вот маргинализацию можно охарактеризовать как неудачную адаптацию, или дезадаптацию.

      В качестве наиболее оптимальной стратегии рассматривается стратегия интеграции, так как она связана с наименьшим стрессом аккультурации. Однако это предположение верно лишь в том случае, когда принимающее общество открыто для культурного многообразия и стоит на позициях мультикультурализма ( http://gendocs.ru/v22010/ ). Мультикультурная идеология в свою очередь подразумевает низкий уровень предубеждений и дискриминации, позитивные установки по отношению к другим этническим группам и толерантность.

      Стратегия ассимиляции приводит к наибольшим социокультурным изменениям; стратегия сепарации связана с наименьшим уровнем культурных изменений, в то время как маргинализацию можно охарактеризовать как неудачную адаптацию, или дезадаптацию.

      Выбор стратегии аккультурации представителей недоминирующей культурной группы во многом осуществляется под воздействием ориентаций принимающего общества, которых возможно выделяет также четыре:

    • Мультикультурализм отражает ожидания доминирующей этнической группы выбора иммигрантами стратегии интеграции в новое культурное сообщество.
    • «Плавильный котел». В этом случае принимающая этническая группа требует от мигрантов полной ассимиляции.
    • Сегрегация определяет принуждение этнического меньшинства к выбору стратегии сепарации.
    • Исключение, в свою очередь приводит к маргинализации мигрантов (Стефаненко).

Таблица. Стратегии межкультурного взаимодействия этнических групп в социуме

web.snauka.ru

Теория Дж. Бери

Дж. Берри предложил вместо термина «культурный шок» использовать понятие «стресс аккультурации»: по его мнению, слово «шок» ассоциируется только с негативным опытом, а в результате межкультурного контакта возможен и положительный опыт – оценка проблем и их преодоление. Его концепция схемы аккультурации (последствий межкультурного контакта для группы) становится наиболее предпочитаемой и адекватной моделью с начала 90 – х годов ХХ века. В ней он показывает сложность и конфликтность процесса аккультурации (люди не могут легко и безболезненно изменяться, адаптируясь в инонациональной среде). Процесс аккультурации может быть реактивным – усиливающим сопротивление изменениям в контактирующих культурах, творчески стимулирующим появление новых элементов и культурных форм, которые не встречались до контакта ни в одной из культур, и запаздывающим в восприятии изменений, проявляющихся после контакта. Дж. Берри определяет аккультурацию как результат взаимодействия культурных и психологических процессов.

Преимущества данной теории заключаются, прежде всего, в связи ее с психологическими моделями стресса. Термин «стресс» в отличие от шока отражает позитивную сторону процесса адаптации: оценку ситуации и стратегии выхода из стрессовых ситуаций. Наконец, источники возникших проблем следует искать не в культуре, а в межкультурном взаимодействии (в процессе аккультурации).

По его мнению, аккультурацию обусловливают два одномерно действующих фактора, которые и определяют четыре основные стратегии. Этими факторами являются:

— поддержание культуры (в какой степени признается важность сохранения культурной идентичности)

— участие в межкультурных контактах(в какой степени следует включаться в иную культуру или остаться среди «своих»).

В зависимости от комбинации ответов на эти два важнейших вопроса Дж. Берри определил четыре стратегии, которые он назвал стратегиями аккультурации:

ассимиляция, когда группа и ее члены теряют свою культуру, но поддерживают контакты с другой;

сепарация, когда группа и ее члены, сохраняя свою культуру, отказываются от контактов с другой;

маргинализация, когда группа и ее члены теряют свою культуру, но не устанавливают тесных контактов с другой культурой;

интеграция, когда каждая их взаимодействующих групп и их представители сохраняют свою культуру, но одновременно устанавливают тесные контакты с другой культурой.

Предполагается, что недоминантные группы и их члены свободны в выборе стратегии аккультурации, но это не всегда так. Когда доминирующая группа ограничивает выбор или вынуждает к определенным формам аккультурации, тогда эти явления определяются иными понятиями. Например, люди могут иногда выбирать сепарацию, но когда их к этому подталкивает или вынуждает доминирующее общество, то она будет называться сегрегацией[3]. Или, когда люди выбирают ассимиляцию, это называется «плавильный котел», но если их вынуждают к такому принятию решения, это больше отражает ситуацию «давящего пресса».

Только интеграция может быть добровольно избранной и успешной стратегией аккультурации, если основными установками доминирующей группы являются открытость и толерантность по отношению к культурным различиям. Эта стратегия предполагает в качестве важного условия обязательный взаимный компромисс и взаимное приспособление, включающее признание контактирующими группами права каждого из них сохранять свои культурные и этнические различия. Стратегия интеграции требует от недоминантной группы адаптации к основным ценностям доминирующего общества, а доминирующая группа должна быть готова адаптировать свои социальные институты (здравоохранение, просвещение, судопроизводство) к потребностям всех этнических групп мультикультурного общества.

Иными словами, исходя из теории Дж. Берри, успешная адаптация представляет собой не ассимиляцию с чужой культурой. Межкультурная адаптация представляет собой процесс вхождения в новую культуру, постепенное освоение ее норм, ценностей, образцов поведения. При этом успешность адаптации предполагает достижение социальной и психологической интеграции с другой культурой без потери богатств собственной.

В социально-психологическом плане это наиболее позитивный вид межкультурного взаимодействия, так как представители разных культур стремятся преодолеть межкультурный барьер, понять и принять другое видение мира, и признается право личности на культурное своеобразие и равные возможности существования.

Признание важности и необходимости для индивида усвоения норм и ценностей новой культуры привело в последнее время к появлению большого количества исследований в русле теории тренинга социальных навыков. Из данной теории следует, что психологические трудности адаптации в новой культуре проистекают вследствие отсутствия у человека необходимых культурных знаний и навыков, и помочь овладеть ему подобными знаниями и навыками могут специально организованные культурные тренинги. С позиций данного подхода, опыт знакомства с новой культурой можно выделить в качестве важнейшего фактора, оказывающего влияние на процесс социокультурной адаптации.

Теория аккультурации Берри, имея важное значение для разработки теоретико-методологической основы исследования, применима для решения поставленных выше вопросов на групповом уровне анализа. В то же время она имеет определенные ограничения для решения проблемы адаптации на личностном уровне анализа. Данная теория не в состоянии ответить на вопросы следующего типа: какие же личностные факторы являются определяющими при выборе человеком той или иной стратегии адаптации? При каких условиях выбор наиболее успешного варианта адаптации – интеграции – будет внутренне необходимым процессом для представителей каждой из взаимодействующих групп? Какие мотивы побуждают представителей разных культур стремиться к преодолению межкультурного барьера, пониманию и принятию другого видения мира, признанию права личности на культурное своеобразие, и тем самым – на равные возможности и взаимную толерантность? Решение этих вопросов тесно переплетается с проблемой мотивов личности.

Следовательно, успешность или неуспешность адаптации человека будет определяться также внутренней, мотивационной структурой его личности, зависеть от иерархии мотивов личности, которые впоследствии, очевидно, будут определять выбор и реализацию ею соответствующей стратегии поведения.

studopedia.ru

Либакова Наталья Михайловна

кандидат философских наук

доцент, кафедра культурологии, Сибирский федеральный университет

660041, Россия, г. Красноярск, проспект Свободный, 79, оф. 452

Libakova Natalia Mikhailovna

PhD in Philosophy

associate professor of the Department of Cultural Research at Siberian Federal University

660049, Krasnoyarsk, prospect Svovodny 79

Предметом исследования является понятие «аккультурационный стресс», теоретические и прикладные аспекты использования данного понятия, его эвристическая ценность для современных социальных и этнических исследований. Рассматривается история становления понятия «аккультурационый стресс», сценарии аккультурационного стресс, различные модели его преодоления. Анализируются концепции Дж. Берри, его критиков и последователей. Исследуется концепт «культурный шок», его инварианты в современных социальных науках. Рассмотрены различные сценарии преодоления культурного шока. Теоретические выводы применены к пониманию современной ситуации коренных малочисленных народов Красноярского края. Основной метод — критический и аналитический обзор современных источников по концепциям аккультурации и культурного шока. Автор проводил полевые исследования на северных территориях Красноярского края. Делается вывод о том, что в настоящее время процессы аккультурации, характерные для Российской федерации в целом, и для Красноярского края, в частности, имеют общемировую направленность и включены в общемировые базовые процессы. В качестве этносов, переживающих аккультурационный стресс, выступают не только мигранты, но также и представители коренных малочисленных народов.
Ключевые слова: этнические исследования, мигранты, коренные народы, Сибирь, Красноярский край, аккультурация, культурный шок, Д. Берри, модернизация, социодинамика

Дата направления в редакцию:

The subject of this research is the notion of “acculturative stress”, its theoretical and applied aspects, as well as its evristical value for the modern social and ethnic researches. The author examines the history of establishment of the term “acculturative stress”, scenarios of acculturative stress, and various models for overcoming it. John W. Berry’s concepts, as well as of his critics and supporters are being analyzed. Special attention is given to the concept of “cultural shock” and its invariants within the modern social sciences; various scenarios of overcoming the cultural shock are being reviewed. Theoretical conclusions are implemented towards the understanding of the current situation of the indigenous minority population of Krasnoyarsk Krai. The author conducted field researches in the northern territories of Krasnoyarsk Krai. He concludes that today, the processes of acculturation inherent to the Russian Federation as a whole, and Krasnoyarsk Krai as its part, have a global orientation and are included into the worldwide base processes. Among ethnoses, who experience an acculturative stress, are both, the migrants and the indigenous minor population.

Ethnic studies, migrants, indigenous peoples, Siberia, Krasnoyarsk region, acculturation, culture shock, D. Berry, modernization, Sociodynamics

В пятидесятые годы прошлого века, как в зарубежной, так и в отечественной науке, появилось множество работ, раскрывающих специфику процесса перемещения из одной культурной среды в другую. В настоящее время изучение всевозможных граней взаимодействия разных культур является одним из актуальнейших вопросов как в рамках конкретных дисциплин (антропология, социология, культурология, психология), так и междициплинарных исследований.

Для описания процесса взаимодействия культур используют различные термины, такие как: «культурный шок (culture shock)», «приспособление (adjustment)», «кросс-культурная (межкультурная) адаптация (cross-cultural adaptation)», «аккультурация (acculturation)», а также «аккультурационный стресс» или «стресс аккультурации (acculturative stress)». До сих пор нет однозначного мнения по поводу содержания данных терминов, зачастую они используются как слова-синонимы.

Термин «культурный шок» впервые употребил американский исследователь, антрополог Калерв Обер [1] . Он полагал, что приспособление к новой культурной среде связано с большим психологическим дискомфортом. По его мнению, культурный шок связан с такими проявлениями как тревога, приходящая при понимании культурных различий; напряжение связанное с психологической адаптацией; чувство потери (общение с друзьями, должность, личный статус); состояние одиночества; ощущение неполноценности; не сбывшиеся надежды, самоутверждение, личная идентификация.

Проблема культурного шока рассматривается в рамках дискуссии о кривой процесса адаптации, выдвинутой John Gullahorn и Jeanne Gullahorn [2] . Авторы описали U-образную кривую процесса адаптации, выделив пять этапов этого процесса:

1. Оптимистичные ожидания, позитивный эмоциональный фон и большие надежды на светлое будущее.

2. Ощущение негативного и интенсивного воздействия среды на мигранта, переживание больших разочарований, фрустраций, депрессии.

3. Максимальное проявление симптомов культурного шока.

4. Появление оптимизма, ощущения удовлетворения, ощущение себя интегрированным в жизнь нового общества.

5. Полная адаптацией, ощущение гармонии, взаимного соответствия среды и индивида.

Вышеперечисленные этапы адаптационного процесса образуют так называемую U-образную кривую спуска и восхождения: хорошо – хуже – плохо – лучше – хорошо. Но поскольку не все мигранты достигают полной адаптации к новой среде обитания, часто происходит возвращение на прежнее место жительства и переживание реадаптаци. Так как этапы реадаптации повторяют U-образную кривую, существует мнение о наличии так называемой W-образной кривой адаптации.

Р. Редфилд, Р. Линтона, М. Херсковиц, П. Адлер, Ф. Бирнс, Ф. Бок также изучали феномен «культурный шок» как проявление разнообразных страхов (особенно страх перед непосредственным физическим контактом с представителями другой культуры), повышение тревожности, постоянное беспокойство о качестве пищи, питья, неуверенность в себе, и, как следствие перечисленных проявлений, – злоупотребление алкоголем и наркотиками, попытки самоубийства.

Помимо описания и понимания сущности феномена «культурный шок», исследователей также интересовала возможность его преодоления.

Так, Филипп Бок (Philip K. Bock) [3] в работе «Culture shock» рассматривает пять способов возможных разрешения культурного шока: геттоизация, ассимиляция, промежуточный способ, частичная ассимиляция и колонизация.

1) Геттоизация реализуется в ситуациях, когда человек прибывает в другое общество, но старается или вынужден избегать всякого взаимодействия с чужой культурой вследствие каких-либо объективных причин, например, из-за незнания языка, страха, особенностей вероисповедания и так далее. В этом случае мигрант стремится сформировать собственную культурную среду, создать окружение из родственников, знакомых – представителей его родной культуры, чтобы закрыться этим окружением от влияния инокультурной среды.

2) Ассимиляция представляет собой противоположность первого способа. В случае ассимиляции человек действует обратным путем: полностью отказывается от своей культуры и стремится целиком погрузиться в чужую культуру, как можно скорее усвоить всё, что необходимо для жизни в новых условиях. Данный способ не всегда достигает желаемой цели. Это обусловлено, с одной стороны, тем, что мигрант может оказаться недостаточно пластичным, чтобы измениться, принять новую культуру, с другой стороны, новая культурная среда может оказаться не достаточно открытой для принятия новых членов.

3) Промежуточный способ представляет собой культурный обмен и взаимодействие. Успешность обмена, подразумевающая пользу и обогащение обеих сторон, возможна только в случае присутствия благожелательности и открытости обеих сторон. Данный способ, к сожалению, на практике встречается, достаточно редко, так как чаще всего стороны изначально прибывают в неравных условиях, поскольку новая культура может прибывать в позиции вынужденного принятия новых членов – беженцев или эмигрантов.

4) Частичная ассимиляция , представляет собой некий компромисс между первым и вторым способом: мигрант в некоторой степени отказывается от своей культурой в пользу инокультурной среды. То есть, в некоторых сферах жизни, например, в социальной сфере, допустим на работе, принимает ценности, нормы, правила новой культурной среды, но частной жизни – семье, в отношениях с близкими друзьями – руководствуется нормами своей традиционной культуры. Данный способ преодоления культурного шока является наиболее распространенным. Эмигранты чаще всего ассимилируются частично, живут «двойной» жизнью.

5) Колонизация представляет собой способ разрешения культурного шока, подразумевающий активное утверждение представителями чужой культуры ценностей своей культуры в стране, куда они прибыли, демонстрацию традиционного для них образа жизни. Колонизацию можно сравнить с геттоизацией пришельцев, которые живут практически не соприкасаясь с автохтонной культурой, и следовательно, оказывая очень незначительное действие на нее.

Несмотря на то, что зачастую исследователи отмечают множество негативных проявлений и признаков культурного шока, само это явление не обязательно должно нести только лишь негативную окраску. Чтобы подчеркнуть, что наряду с возможными негативными проявлениями существует возможность получения мигрантом позитивного психологического опыта, со временем наиболее употребимым становится термин «аккультурационный стресс». Использование данного термина стало популярным благодаря работам Джона Берри, канадского психолога специалиста в области межкультурных отношений. Именно он обратил внимание на то, что при межкультурном контакте возможно получение и положительного опыта. В работе «Иммиграция, аккультурация и адаптация» [4] исследователь описывает аккультурацию как многогранный процесс, обусловленный тем, как разрешаются две основные проблемы, определяющие характер взаимодействия между культурами: во-первых, проблема сохранения наследия, культуры, самобытности, во-вторых, стремления наладить связи между группами.

Совместно с П.Р. Дассеном и А.Ф. Пуртингой Дж. Берри [5] отмечают, что в межкультурном взаимодействии всегда выстраиваются доминантные отношения, то есть, одна из культур («большое плюралистическое общество») доминирует над другой («этнокультурная группа»). Взаимодействие этнокультурных групп между собой и взаимодействие отдельных этнокультурных групп с так называемом «большом плюралистическим обществом» влияет на дальнейшее существование этих групп как уникальных целостностей.

Исследователи называют четыре стратегии межкультурного взаимодействия, различающиеся по способу решения выше обозначенных проблем:

Стратегия № 1. В случае нежелания представителями этнической группы поддерживать свою культурную идентичность и стремления их к повседневному взаимодействию с другими культурами складывается стратегия ассимиляции. С позиции «большого общества» такой вариант межкультурных взаимоотношений исследователи называют «плавильный котел», где полностью стираются уникальные черты каждой составляющей, в результате формируется «один народ, одна культура, одна нация».

Стратегия № 2. В случае, когда представители этнической группы нацелены на сохранение своей собственной уникальной культуры, путем избегания контактов с другими культурами определяется стратегия «сепарации». С позиции «большого общества» данная стратегия именуется «сегрегацией».

Стратегия № 3. В случае, когда с одной стороны, у представителей этнической группы отсутствует заинтересованность и возможности для сохранения собственной культуры, а, с другой стороны, желание выстраивать взаимосвязи с другими группами, межкультурные отношения развиваются в соответствии со стратегией, которая именуется «маргинализацией». С позиции «большого общества» такой вариант межкультурного взаимодействия имеет название «исключение».

Стратегия № 4. В случае, когда между представителями различных этнических групп складываются равноправные отношения, доминирующее общество открыто и ориентировано на культурное разнообразие, межкультурные отношения развиваются в соответствии со стратегией, имеющей название «интеграция». Со стороны «большого общества» — «мультикультурализм». Данная стратегия позволяет формировать наиболее продуктивные межкультурные отношения, в рамках которых признаются равными представители всех этнических групп, входящих в плюралистическое общество. Данная стратегия диктует требование взаимной приспособляемости: недоминирующие группы должны принять основные ценности большого общества, при этом сохраняя свою уникальность и самобытность. Одновременно от доминирующей группы требуется адаптировать важнейшие социальные институт (здравоохранение, образование, трудовые отношения и т.д.) таким образом, чтобы соответствовать потребностям всех этнических групп.

В настоящее время процессы аккультурации, характерные для Российской федерации в целом, и для Красноярского края, в частности, имеют общемировую направленность и включены в общемировые базовые процессы. В качестве этносов переживающих аккультурационный стресс выступают не только мигранты, приезжающие в Красноярский край, но также и представители коренных малочисленных народов испокон веков живущие на данной земле, но испытывающие на себе сильное влияние пришедшей «большой» культуры. В мировом сообществе накоплен положительный опыт, связанный с выработкой механизмов включения малочисленных народов Севера в современную рыночную экономику с сохранением их уникального культурного наследия и интеграцией в поликультурное плюралистическое современное общество на базе мультикультурализма в качестве основной идеологии и стратегии.

Проживающие на территории Красноярского края коренные этнические группы: долганы, нганасаны, ненцы, кето, селькупы, чулымцы, эвенки, энцы в настоящее время имеют возможности для включения в современную рыночную экономику, при этом сохраняя свою уникальность и самобытность. Данные этносы различаются между собой по степени желания сохранить традиционные ценности своей культуры, по стремлению к развитию этноса. Так, представители чулымского этноса в большинстве своем следуют по пути ассимиляции. Тогда как эвенки обладают ярко выраженным этническим самосознанием, нацеленностью на возрождение национальных традиций, на развитие своих поселений. Максимально данные черты проявлены у жителей поселка Суринда.

e-notabene.ru