Травматический стресс и его последствия

ВОЕННО-ТРАВМАТИЧЕСКИЙ СТРЕСС И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

Сущность посттравматического стрессового расстройства (синдрома) (ПТСР)

Военно-травматический стресс является одной из разновидностей посттравматического стрессового расстройства. Он возникает у участников боевых действий, то есть является заболеванием военнослужащих. При возникновении ПТСР человек последовательно оказывается в следующих обстоятельствах:

1. Резкая смена условий мирной гражданской жизни на боевую обстановку, к которой приходится очень быстро приспосабливаться. Это заставляет сделать практически постоянное пребывание в состоянии опасности, разрушения, пожары, гибель товарищей. Некоторые исследователи обозначают термином «военно-травматический стресс» реакции, возникающие именно в этот период;

2. Быстрая смена боевой ситуации на мирную, к которой бывшему воину опять приходится адаптироваться, приспосабливаться. Возникающие в этот период дезадаптации, как правило, достаточно длительные, но все же временного характера, носят название собственно посттравматического стрессового расстройства (синдрома).

В целом ряде исследований констатируется, что посттравматические стрессовые расстройства составляют от 10 до 50% всех медицинских последствий боевых событий.

Боевые действия накладывают заметный отпечаток на протекание психической деятельности и поведение военнослужащих. Боевой стресс, сыграв свою положительную роль в сохранении целостности организма и личности воина в экстремальных условиях, выступает причиной последующей дезадаптации участников боевых событий. «По существу именно стрессовые приспособительные трансформации за пределами жизнеопасной ситуации оказываются негативными, дезадаптивными и образуют осевую симптоматику боевых стрессовых расстройств».

Караяни А.Г. Психологическое обеспечение боевых действий личного состава частей сухопутных войск в локальных военных конфликтах. М., 1998, С. 164. Н.В. Якушин отмечает, что «. именно травматический стресс, возникший во время военных действий, является одним из главных внутренних барьеров на пути адаптации к мирной жизни. Травматический опыт, запечатленный в психике ветерана, держит его в состоянии внутренней войны». Якушин Н.В. Психологическая помощь воинам-афганцам в реабилитационном центре республики Беларусь // Психологический журнал 1996. №5, С.65.

Соловьев И. отмечает: «Возвращаясь к обычной мирной жизни, человек, зачастую остается адаптированным к боевой ситуации. Образно это можно представить в виде сильно сжатой пружины, которая не имела возможности выполнить действие своим полным разжатием, так как после частичной своей работы, она снова и снова сжималась». Соловьев И. Жизнь после войны// Солдат удачи, 1999, №8, С.40.

Для окружающих постравматические стрессовые реакции, по мнению Соловьева И., делятся на три вида: «1) немотивированная агрессия в отношении случайных людей, очень часто в отношении родных и близких; 2) нарушение сна, снижение настроения, общего жизненного тонуса, необъяснимое чувство вины, уход в себя и тому подобное; 3) психические расстройства, необходимость психиатрической помощи». Там же. С. 41.

Обращаясь к фундаментальным исследованиям стресса и стрессовых реакций, вслед за Аракеловым Г.Г. отметим: «Для более поздней фазы стресса, когда организм находится на грани нормы и патологии, (пограничные состояния), подходят разработанные рядом авторов системы групповых признаков:

Клинические — личностная и реактивная тревожность, снижение эмоциональной стабильности.

Психологические — снижение самооценки, уровня социальной адаптированности и фрустрационной толерантности.

Физиологические — преобладание тонуса симпатической нервной системы над парасимпатической, изменение гемодинамики.

Эндокринные — повышение активности симпатико-адреналовой и гипоталамо-гипофизарной надпочечниковой систем.

Метаболические — повышение в крови транспортных форм жира, сдвиг липопротеидного спектра в строну атерогенных фракций». Аракелов Г.Г. Стресс и его механизмы// Вестник МГУ, сер.14.,Психология, 1995, №4., С.47

Наличие посттравматического стрессового расстройства способно вызывать эти признаки при малейшем напоминании о боевом опыте. Таким образом, ПТСР — это постоянный «спрятавшийся» стресс, способный возродиться в любую минуту.

Посттравматическое стрессовое расстройство не покидает человека и, спустя много лет. «Этим расстройством даже через 15-19 лет после окончания войны страдало почти полмиллиона ветеранов Вьетнама — мужчин (15,2%). Аналогичные результаты (17%) были получены в России при обследовании экспериментальной выборки участников боевых действий в Афганистане». Лазебная О.Е., Зеленова М.Е. Военно-травматический стресс: особенности посттравматической адаптации участников боевых действий// Психологический журнал, 1999, Т.20, №5, С. 63. «Ими (стрессовыми расстройствами), по сей день, страдают 29-45% ветеранов второй мировой войны, 25-30% американских ветеранов вьетнамской войны. Порядка 80% раненых и 30% больных ветеранов чеченского конфликта, находившихся на излечении в ПриВО, испытывали симптоматику посттравматических стрессовых расстройств: фобии, ночные кошмары, навязчивость, пониженный тон настроения и др.» Караяни А.Г.Психологическая работа в боевой обстановке. Самара., 1997, С. 52.

Следует добавить, что, по мнению этих авторов, «. не смотря на то, что это расстройство, безусловно, самое тяжелое «наследие» травматического опыта, оно развивается все-таки у меньшинства жертв травматического стресса, при этом у 2/3 заболевших со временем исчезает». Там же. С.63

Есть еще одна существенная грань проблемы: изменение жизненной перспективы у людей, переживших психотравмирующую ситуацию. «Прошлое раскладывается на время «до» и «после» травмы, настоящее мучительно, будущего как будто бы нет, или оно «обесточено» — желания, цели, планы — все, что движет человеком в обычной жизни, парализовано. Это состояние обозначается, как чувство укороченной жизненной перспективы, и включено в перечень диагностических симптомов ПТСР в Американский диагностический стандарт». Миско Е.А., Тарабрина Н.В. Особенности жизненной перспективы у ветеранов войны в Афганистане и ликвидаторов аварии на ЧАЭС// Психологический журнал, 2004, Т.25, №3, С.44. У ветеранов локальных войн и участников других серьезных травматических событий, связанных с прямой или знаемой отсроченной угрозой жизни, наблюдается ярко выраженное ощущение сокращенной жизненной перспективы и нежелания строить какие бы то ни было планы на будущее.

Кроме того, у людей с травматичным опытом возникает особый вид стресса, который исследователи назвали «информационным». Действие этого стресса растянуто во времени и имеет перспективу. Проявляется он в постоянных настойчивых мыслях «Что со мной произошло?», «Как с этим жить дальше?», «зачем это было?». Человек — творец своей судьбы постольку, поскольку осознает, что у него есть будущее, он может его, во многом, строить по своему желанию. «Под воздействием травматической ситуации нарушается процесс восприятия непрерывности жизни, и разрушаются индивидуальные объяснительные схемы, которые до травматического воздействия делали субъективный мир понятным и предсказуемым. В случае, когда схемы нарушены, человек не может предвосхитить будущее и строить планы, поскольку ему просто не на что опереться. » Там же. С.45.. Результаты исследований Миско Е.А. и Тарабриной Н.В. ясно свидетельствуют о том, что лица с посттравматическим стрессовым синдромом живут укороченной «ближней» перспективой, то есть, не планируют событий своей жизни и, образно выражаясь, догадываются только о том, что будут делать сегодня вечером и не далее. Кроме того, жизненная перспектива становится «пессимистичной» — люди перестают ждать хорошего, «безнадежной» — ветераны не чувствуют себя хозяевами своей жизни. Эти ощущения и проявления тем выше, чем ярче было травмирующее событие.

Воздействие длительных, экстраординарных психотравмирующих ситуаций, связанных с угрозой жизни, приводит к таким личностным изменениям, когда обостряются одни свойства личности, и нивелируются другие. Могут возникнуть и несвойственные человеку черты. «Посттравматическое стрессовое расстройство чаще возникает у лиц с акцентуированными типами личности, такими как эмотивный, дистимный, возбудимый, застревающий. Тенденция к дальнейшей акцентуации после возникновения ПТСР. обнаружилась у дистимного, тревожного, застревающего, аффективно-экзальтированного, возбудимого, педантичного и демонстративного типов. С другой стороны, уменьшилась у лиц с гипертимным и циклоидным характером» Ахмедова Х.Б. Посттравматические личностные изменения у гражданских лиц, переживших угрозу жизни// Вопросы психологии, 2004, №3, С.102..

У ветеранов локальных войн более серьезно страдает эмоциональный компонент построения будущего, чем когнитивный. По мнению Якушина Н.В., «. на первичный стресс, полученный во время войны, накладывается вторичный, возникший при возвращении домой. Это становится внутренней основой для психической и социальной дезадаптации ветерана в обществе». Якушин Н.В. Психологическая помощь воинам-афганцам в реабилитационном центре республики Беларусь // Психологический журнал 1996. №5, С.66.

Ахмедова Х.Б. отмечает, что «признаки посттравматических стрессовых расстройств (ПТСР) могут рассматриваться в качестве основы, на которой формируются личностные изменения разных уровней». Ахмедова Х.Б. Посттравматические личностные изменения у гражданских лиц, переживших угрозу жизни// Вопросы психологии, 2004, №3, С.94.

Заметим, что ПТСР является формой нарушения психологического здоровья личности, напрямую связанного с наличием патологических изменений личности. Представления о критериях психологического здоровья, к настоящему моменту достаточно устоялись, для того чтобы квалифицировать ПТСР как его нарушения. Отечественное понятие «психологическое здоровье» сформировалось под воздействием воззрений А.Маслоу и предполагает, во-первых, «стремление людей быть «всем, чем они могут», развивать весь свой потенциал через самоактуализацию. И вторая составляющая психологического здоровья — стремление к гуманистическим ценностям». Практическая психология образования / под ред. Дубровиной И.В., М., 1997, С.40-41. Психологически здоровый человек, прежде всего, созидает, его агрессия минимальна. Кроме того, умеет жить «здесь и теперь», сохраняя чувство отдаленной перспективы, для него характерны трансцендентальные переживания. Ценности тогда являются действительными, когда человек может их реализовать в жизненном процессе. Большинство ветеранов войн лишены возможности реализовывать то главное, что они вынесли из своего боевого опыта — ценности, «где на первом месте стояли жизнь человека и боевое братство». Соловьев И. Жизнь после войны: преодоление психологических последствий// Солдат удачи, 1999, №8, С.41.

Психологическое нездоровье, с этой точки зрения, выражается в том, что бывший участник военных действий не может найти своего места в мирной жизни, лишен возможности «стать всем, чем он может». Несомненно, главным последствием для личности с ПТСР становится деформация самооценки: зачастую она становится неадекватно заниженной, либо компенсаторно завышенной. Будучи на войне героем, при возвращении в мирную жизнь, солдат становится не просто рядовым гражданином, а часто отвергаемым в силу появившихся у него личностных изменений, отражающихся на способах общения и ведения дел. Изменение самооценки чрезвычайно существенно и трудно корректируемо, так как «относясь к ядру личности, самооценка является важным регулятором ее поведения». Самооценка// словарь.Психология ,М., 1980, С.352.

Отметим, что в жизни редко бывают события, которые можно трактовать как однозначно хорошие, либо однозначно плохие. Боевой опыт и его последствия в виде ПТСР, очень многие участники военных действий трактуют как позитивный жизненный опыт. «. Травматическое воздействие в ряде случаев способствует личностному росту и повышению самоуважения, активизируя процесс переоценки ценностей и формирования новых приоритетов. Это позволяет личности в посттравматическом периоде стать даже более активным субъектом жизни, чем до травмы». Лазебная Е.О., Зеленова М.Е. Военно-травматический стресс: особенности посттравматической адаптации участников боевых действий// Психологический журнал, 1999, Т.20, №5, С.63.

Подобная активность в построении своей жизни вызвана субъективным чувством «личностной изменности» Там же. С.71.

, оцениваемой положительно. Те ветераны, которые считают участие в военных действиях яркой страницей своей жизни, включают ее в свой опыт, осмысляя его, придерживаются мнения, что они стали сильнее, у них появилось больше возможностей, им легче преодолевать жизненные трудности.

Мы разделяем взгляд психологов, детально исследовавших проблему реадаптации на ПТСР как на один из вариантов нормального развития жизненных событий ветерана. Любой, вернувшийся с войны, испытывает временную дезадаптацию в мирных условиях. «Успешное преодоление негативных последствий переживания травматических событий зависит от уровня активности субъекта посттравматической адаптации и его способности к реализации оптимальных стратегий выхода из кризисной ситуации». Там же.

studbooks.net

2.1 СТРЕСС, ТРАВМАТИЧЕСКИЙ СТРЕСС

2.1 СТРЕСС, ТРАВМАТИЧЕСКИЙ СТРЕСС

Исследования в области посттравматического стресса развивались независимо от исследований стресса, и до настоящего времени эти две области имеют мало общего. Центральными положениями в концепции стресса, предложенной в 1936 г. Гансом Селье (Селье, 1991), является гомеостатическая модель самосохранения организма и мобилизация ресурсов для реакции на стрессор. Все воздействия на организм он подразделил на специфические и стереотипные неспецифические эффекты стресса, которые проявляются в виде общего адаптационного синдрома. Этот синдром в своем развитии проходит три стадии: 1) реакцию тревоги; 2) стадию резистентности; и 3) стадию истощения. Селье ввел понятие адаптационной энергии, которая мобилизуется путем адаптационной перестройки гомеостатических механизмов организма. Ее истощение необратимо и ведет к старению и табели организма.

Психические проявления общего адаптационного синдрома обозначаются как «эмоциональный стресс» — т. е. аффективные переживания, сопровождающие стресс и ведущие к неблагоприятным изменениям в организме человека. Поскольку эмоции вовлекаются в структуру любого целенаправленного поведенческого акта, то именно эмоциональный аппарат первым включается в стрессовую реакцию при воздействии экстремальных и повреждающих факторов (Анохин, 1973, Судаков, 1981). В результате активируются функциональные вегетативные системы и их специфическое эндокринное обеспечение, регулирующее поведенческие реакции. Согласно современным представлениям эмоциональный стресс можно определить как феномен, возникающий при сравнении требований, предъявляемых к личности, с ее способностью справиться с этим требованием. В случае недостатка у человека стратегий совладания со стрессовой ситуацией (копинг-стратегии) возникает напряженное состояние, которое вкупе с первичными гормональными изменениями во внутренней среде организма вызывает нарушение его гомеостаза. Эта ответная реакция представляет собой попытку справиться с источником стресса. Преодоление стресса включает психологические (сюда входят когнитивная, то есть познавательная, и поведенческая стратегии) и физиологические механизмы. Если попытки справиться с ситуацией оказываются неэффективными, стресс продолжается и может привести к появлению патологических реакций и органических повреждений.

При некоторых обстоятельствах вместо мобилизации организма на преодоление трудностей стресс может стать причиной серьезных расстройств (Исаев, 1996). При неоднократном повторении или при большой продолжительности аффективных реакций в связи с затянувшимися жизненными трудностями эмоциональное возбуждение может принять застойную стабильную форму. В этих случаях даже при нормализации ситуации застойное эмоциональное возбуждение не ослабевает, а наоборот, постоянно активизирует центральные образования нервной вегетативной системы, а через них расстраивает деятельность внутренних органов и систем. Если в организме оказываются слабые звенья, то они становятся основными в формировании заболевания. Первичные расстройства, возникающие при эмоциональном стрессе в различных структурах нейрофизиологической регуляции мозга, приводят к изменению нормального функционирования сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта, изменению свертывающей системы крови, расстройству иммунной системы (Тарабрина, 2001).

Стрессоры обычно делятся на физиологические (боль, голод, жажда, чрезмерная физическая нагрузка, высокая и низкая температура и т. п.) и психологические (опасность, угроза, утрата, обман, обида, информационная перегрузка и т. п.). Последние, в свою очередь, подразделяются на эмоциональные и информационные.

Стресс становится травматическим, когда результатом воздействия стрессора является нарушение в психической сфере по аналогии с физическими нарушениями. В этом случае, согласно существующим концепциям, нарушается структура «самости», когнитивная модель мира, аффективная сфера, неврологические механизмы, управляющие процессами научения, система памяти, эмоциональные пути научения. В качестве стрессора в таких случаях выступают травматические события — экстремальные кризисные ситуации, обладающие мощным негативным последствием, ситуации угрозы жизни для самого себя или значимых близких. Такие события коренным образом нарушают чувство безопасности индивида, вызывая переживания травматического стресса, психологические последствия которого разнообразны. Факт переживания травматического стресса для некоторых людей становится причиной появления у них в будущем посттравматического стрессового расстройства (ПТСР).

Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) это непсихотическая отсроченная реакция на травматический стресс, способный вызвать психические нарушения практически у любого человека. Были выделены следующие четыре характеристики травмы, способной вызвать травматический стресс (Ромек и др., 2004):

1. Происшедшее событие осознается, то есть человек знает, что с ним произошло и из-за чего у него ухудшилось психологическое состояние:

2. Это состояние обусловлено внешними причинами;

3. Пережитое разрушает привычный образ жизни;

4. Происшедшее событие вызывает ужас и ощущение беспомощности, бессилия что-либо сделать или предпринять.

Травматический стресс это переживание особого рода, результат особого взаимодействия человека и окружающего мира. Это нормальная реакция на ненормальные обстоятельства, состояние, возникающее у человека, который пережил нечто, выходящее за рамки обычного человеческого опыта. Круг явлений, вызывающих травматические стрессовые нарушения, достаточно широк и охватывает множество ситуаций, когда возникает угроза собственной жизни или жизни близкого человека, угроза физическому здоровью или образу Я.

Психологическая реакция на травму включает в себя три относительно самостоятельные фазы, что позволяет охарактеризовать ее как развернутый во времени процесс.

Первая фаза — фаза психологического шока — содержит два основных компонента:

1. Угнетение активности, нарушение ориентировки в окружающей среде, дезорганизация деятельности;

2. Отрицание происшедшего (своеобразная охранительная реакция психики). В норме эта фаза достаточно кратко временна.

Вторая фаза — воздействие — характеризуется выраженными эмоциональными реакциями на событие и его последствия. Это могут быть сильный страх, ужас, тревога, гнев, плач, обвинение — эмоции, отличающиеся непосредственностью проявления и крайней интенсивностью. Постепенно эти эмоции сменяются реакцией критики или сомнения в себе. Она протекает по типу «что было бы, если бы…» и сопровождается болезненным осознанием неотвратимости происшедшего, признанием собственного бессилия и самобичеванием. Характерный пример — описанное в литературе чувство «вины выжившего», нередко доходящее до уровня глубокой депрессии.

Рассматриваемая фаза является критической в том отношении, что после нее начинается либо процесс выздоровления (отреагирование, принятие реальности, адаптация к вновь возникшим обстоятельствам), то есть третья фаза нормального реагирования, либо происходит фиксация на травме и последующий переход постстрессового состояния в хроническую форму.

Нарушения, развивающиеся после пережитой психологической травмы, затрагивают все уровни человеческого функционирования (физиологический, личностный, уровень межличностного и социального взаимодействия), приводят к стойким личностным изменениям не только у людей, непосредственно переживших стресс, но и у членов их семей.

Результаты многочисленных исследований показали, что состояние, развивающееся под действием травматического стресса, не попадает ни в одну из имеющихся в клинической практике классификаций. Последствия травмы могут проявиться внезапно, через продолжительное время, на фоне общего благополучия человека, и со временем ухудшение состояния становится все более выраженным. Было описано множество разнообразных симптомов подобного изменения состояния, однако долгое время не было четких критериев его диагностики. Также не существовало единого термина для его обозначения. Только к 1980 году было накоплено и проанализировано достаточное для обобщения количество информации, полученной в ходе экспериментальных исследований.

psy.wikireading.ru

Травматический стресс и его влияние на субъективное благополучие и психическое здоровье: апробация эссенского опросника травматических событий 1767

Впервые на российской выборке осуществлена апробация оригинального Эссенского опросника травматических событий [Tagay, Erim, Stoelk, Möllering, Mewes, Senf, 2007]. В обследованной выборке из 64 человек наиболее тяжелыми оказались следующие травматические события: развод, расставание или ссора со значимым человеком, партнером (30 %), смерть близкого человека (15,6 %), тяжелое заболевание (12,5 %). У 3,1 % испытуемых наблюдалась отсроченная реакция в виде симптомов острого стрессового расстройства и у 12,5 % – в виде симптомов посттравматического стрессового расстройства. Полученные данные свидетельствуют о связи давности пережитого травматического события и выраженности психопатологической симптоматики.

Тип: научная статья

Ссылка для цитирования

В современном мире вероятность попадания любого человека в травмирующую ситуацию непрерывно растет. Этот факт ставит перед специалистами разного профиля задачи разработки адекватных методов диагностики и лечения возникающих негативных последствий для здоровья.

В США с 1985 года существует международное общество, исследующее последствия травматического стресса (The International Society for Traumatic Stress Studies), издаются специализированные научные издания: «Травматический стресс» (Journal of Traumatic Stress), «Психологическая травма: теория, исследования, практика, стратегии» (Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy), публикующие данные специалистов разных направлений: психиатров, психологов, социальных работников, журналистов и т. п. В России за последние десятилетия также возросло количество научно-практических исследований, посвященных травматическому и посттравматическому стрессу [Абабков, Перре, 2004; Калмыкова и соавт., 2002; Китаев-Смык, 2009; Падун, Тарабрина, 2003, 2004; Падун, 2009; Падун, Котельникова, 2012; Тарабрина и соавт., 2006; Тарабрина, Ворона, Быховец, 2007; Тарабрина и соавт., 2008; Тарабрина, 2009; Тарабрина, 2012; Холмогорова, Гаранян, 2006].

М. Перре, А.П. Лайрейтер и У. Бауманн определяют «травматический стресс» как специфический класс критических событий, которым присущи следующие характеристики: они нежелательны, обладают крайне негативным воздействием по причине серьезной угрозы собственной жизни и высокой интенсивностью; их тяжело контролировать, вплоть до полной невозможности контроля; как правило, они превышают возможности совладания и чаще всего непредсказуемы. Энергия для новой адаптации требуется огромная, так как обычно эти события затрагивают не только самого индивида, но и близких ему людей, иногда – еще и материальное имущество, а при случае – социальное и личное существование в целом (например, ураган, пережитое насилие)» [Перре, Лайрейтер, Бауманн, 2007, с. 365].

1. Абабков В.А., Перре М. Адаптация к стрессу: Основы теории, диагностики, терапии. СПб.: Речь, 2004.

2. Вельтищев Д.Ю. Острые стрессовые расстройства: факторы прогноза и профилактика затяжного течения // Социальная и клиническая психиатрия. 2010. № 2. С. 48–50.

3. Калмыкова Е.С., Комиссарова С.А., Падун М.А., Агарков В.А. Взаимосвязь типа привязанности и признаков посттравматического стресса // Психологический журнал. 2002. Т. 24. № 6. С. 89–97.

4. Китаев-Смык Л.А. Психология стресса. Психологическая антропология стресса. М.: Академический Проспект, 2009.

5. Лихи Р., Сэмпл Р. Посттравматическое стрессовое расстройство: Когнитивно-бихевиоральный подход // Московский психотерапевтический журнал. 2002. № 1. С. 141–-158.

6. Мюррей М. Узник иной войны. М.: Альварес Паблишинг, 2004.

7. Падун М.А. Когнитивный стиль и депрессия // Экспериментальная психология. 2009. Т. 2. № 4. С. 81–90.

8. Падун М.А., Котельникова А.В. Психическая травма и картина мира: Теория, эмпирия, практика. М.: ИП РАН, 2012.

9. Падун М.А., Тарабрина Н.В. Когнитивно–личностные аспекты переживания травматического стресса // Психологический журнал. 2004. № 5. С. 5–15.

10. Падун М., Тарабрина Н. Психическая травма и базисные когнитивные схемы личности // Московский психотерапевтический журнал. 2003. № 1. С. 121–140.

11. Перре М., Лайрейтер А.-П., Бауманн У. Стресс и копинг как факторы влияния: Гл. 17 // Клиническая психология / Под ред. М. Перре, У. Бауманн. СПб.: Питер, 2007. C. 358–392.

12. Тарабрина Н.В. Психология посттравматического стресса: Теория и практика. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2009.

13. Тарабрина Н.В. Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР): Гл. 5 // Клиническая психология: В 4 т. / Под ред. А.Б. Холмогоровой. Т. 2. Частная патопсихология / А.Б. Холмогорова, Н.Г. Гаранян, М.С. Радионова, Н.В. Тарабрина. М.: Издательский центр «Академия», 2012. С. 229–269.

14. Тарабрина Н.В. и др. Взаимосвязь психологических характеристик посттравматического стресса и иммунологических параметров у больных раком молочной железы / Н.В. Тарабрина, Г.П. Генс, М.А. Падун, Л.И. Коробкова, Н.Е. Шаталова // Социальная и клиническая психиатрия. 2008. № 4. С. 22–33.

15. Тарабрина Н.В. и др. Стресс и его последствия у больных раком молочной железы / Н.В. Тарабрина, Г.П. Генс, Л.И. Коробкова, О.А. Ворона, М.А. Падун // Вестник РФФИ. 2006. № 1. C. 10–20.

16. Тарабрина Н.В., Ворона О.А., Быховец Ю.В. Представления о теракте у населения различных регионов России // Психологический журнал. 2007. Т. 28. № 6. С. 40–50.

17. Холмогорова А.Б., Гаранян Н.Г. Психологическая помощь людям, пережившим травматический стресс. М.: МГППУ, 2006.

18. Эффективная терапия посттравматического стрессового расстройства / Под ред. Э. Фоа, Т.М. Кина, М. Фридмана. М.: «Когито-Центр», 2005.

19. Erim Y., Morawa E., Ozdemir D.F., Senf W. Prävalenz, Komorbidität und Ausprägungsgrad psychosomatischer Erkrankungen bei ambulanten Patienten mit türkischem Migrationshintergrund [Prevalence, comorbidity and severity of psychosomatic disorders in outpatients with Turkish migration background] // Psychotherapie, Psychosomatik, Medizinische Psychologie [Psychother Psychosom Med Psychol]. 2011. Nov; Vol. 61 (11). P. 472–480. English Abstract http://search.ebscohost.com/login.aspx?direct=true&db=mnh&AN=22081466&lang=ru&site=ehost-live

20. Kaehler L.A., Freyd J.J. Betrayal trauma and borderline personality characteristics: Gender differences // Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy. 2011. № 15 (August).

21. Martin C.G. at al. The role of cumulative trauma, betrayal, and appraisals in understanding trauma symptomatology // Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy. 2011, November 28.

22. Tagay S., Arntzen E., Mewes R., Senf W. Zusammenhang zwischen dem Tod wichtiger Bezugspersonen und posttraumatischer Belastungsstörung: [Correlation between death of important relatives and posttraumatic stress disorder] // Zeitschrift für Psychosomatische Medizin und Psychotherapie
[Psychosom Med Psychother]. 2008. Vol. 54 (2). P. 164–173. English Abstract http://search.ebscohost.com/login.aspx?direct=true&db=mnh&AN=18510833&lang=ru&site=ehost-live

23. Platt M., Freyd J. Trauma and negative underlying assumptions in feelings of shame: An exploratory study // Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy. 2011, June 20.

24. Tang S. S. S., Freyd J. J. Betrayal trauma and gender differences in posttraumatic stress // Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy. 2011. № 10.

psyjournals.ru

Травматический стресс и посттравматическое стрессовое расстройство

Травматический стресс это особая форма общей стрессовой реакции. Он перегружает психологические, физические, адаптационные возможности человека. Далеко не каждое событие способно вызвать травматический стресс.

1. произошедшие событие осознается (то есть человек знает, что с ним произошло и из-за чего у него ухудшилось психологическое состояние.

2. состояние обусловлено внешними причинами.

3. пережитое разрушает первичные образ жизни.

4. происшедшее событие вызывает ужас и ощущение беспомощности, бессилия что-либо сделать или предпринять.

Травматический стресс – это переживание особого рода, это результат взаимодействия человека и окружающего мира, это нормальная реакция на ненормальные состояния, обстоятельства, возникающие у человека, который пережил нечто, выходящее за рамки обычного человеческого опыта (угроза жизни, смерть, ранение, насилие и т.п.).

Событие, вызвавшее травматический стресс может включать такие, когда возникает угроза собственной жизни, или жизни близкого человека, угроза физическому здоровью или образу «Я». Расстройство может быть более тяжелым и длительным когда стресс обусловлен человеком, чем внешними причинами природного или техногенного характера.

В Международной классификации психических нарушений, травматический стресс определяется как комплекс реакций, когда (И.Черепанова):

1. Травматическое событие упорно переживается вновь и вновь. Это может происходить в различных формах:

· Повторяющиеся и насильственно прорывающиеся, внедряющиеся в сознание воспоминания о событии, включая образы, мысли или представления( не думать о желтой обезьяне). Человек всеми силами стремится забыть о нем, но оно всегда найдет лазейку, чтобы напомнить о себе. К этой же группе симптомов относятся повторяющиеся детские игры, в которых отражаются элементы травматического события. Это особый вед игры, когда дети однообразно, монотонно повторяют один и тот же сюжет игры, не внося туда никаких изменений, никакого развития. В таких играх, как правило, отсутствуют катартические элементы, т.е. дети, проиграв определенные сюжеты, не испытывают облегчения.

· Повторяющиеся кошмарные сны о событии.

· Действия или чувства, соответствующие переживаемым во время травмы (иллюзии, галлюцинации и так называемые «вспышки воспоминаний», когда перед мысленным взором, как в кино, проходят эпизоды травматического события, порой еще ярче и отчетливей, чем это было в действительности, причем не важно, возникают эти явления наяву, или в просоночном состоянии, или же при интоксикации (например, под воздействием алкоголя или лекарств) – гром – реакция на землетрясение.

· Интенсивные негативные переживания при столкновении с чем-то, напоминающим (символизирующим) травматическое событие. Физиологическая реактивность, если что-то напоминает или символизирует травматическое событие: спазмы в желудке, головные боли. и др. Так, если девочку изнасиловали в лифте, ее каждый раз бросает в пот, когда она туда входит.

2. Упорно избегается все, что может быть связано с травмой: мысли или разговоры, действия, места или люди, напоминающие о травме (вышеупомянутая девочка стала избегать пользоваться лифтом).

3. Появляется неспособность вспомнить важные эпизоды травмы, т.е. человек не может вспомнить некоторые эпизоды из того, что с ним происходило.

4. Выражено снижение интереса к тому, что раньше занимало, человек становится равнодушным ко всему, его ничто не увлекает.

5. Появляется чувство отстраненности и отчужденности от других, ощущение одиночества.

6. Притупленность эмоций — неспособность переживать сильные чувства (любовь, ненависть и др.)

7. Появляется чувство укороченного будущего, т.е. короткая жизненная перспектива, когда человек планирует свою жизнь на очень небольшое время. Ребенок не может представить себе, что у него будет долгая жизнь, семья, карьера, дети и т.д. Работая с детьми из различных регионов нашей страны, я увидела, что многие из них ожидают скорого конца света. В зависимости от особенностей региона одни убеждены, что взорвутся резервуары с хлором, у которых истек срок годности, другие ждут радиационного заражения или геноцида. Многие дети, живущие в зараженной зоне, убеждены, что скоро должны умереть.

При переживании травматического события обнаруживаются следующие симптомы:

· Бессонница или прерывистый сон. Сон относится к таким проявлениям, которые нарушаются при малейшем психологическом неблагополучии. Человека посещают ночные кошмары, и он сам невольно противится засыпанию – в этом причина его бессонницы: человек боится заснуть и вновь увидеть этот сон. Бессонница также бывает вызвана высоким уровнем тревожности, неспособностью расслабиться, а также непреходящим чувством физической или душевной боли. Регулярное недосыпание, приводящее к крайнему нервному истощению, дополняет картину травматического стресса.

· Раздражительность или вспышка гнева. «Иногда мне кажется, что я могу убить того, кто на меня сердит».

· Нарушение памяти и концентрации внимания. В некоторые моменты концентрация внимания может быть великолепной, но стоит появиться какому-либо стрессовому фактору, как человек теряет способность сосредоточиться. У детей это нарушение порой достигает такой выраженности, что их успехи в обучении сильно ухудшаются. Отличники становятся двоечниками, очень болезненно переживая это.

· Сверхбдительность. Человек пристально следит за всем, что происходит вокруг, словно ему угрожает постоянная опасность. Но это опасность не только внешняя, но и внутренняя — она состоит в том, что нежелательные травматические впечатления, обладающие разрушительной силой, прорвутся в сознание. Часто сверхбдительность проявляется в виде постоянного физического напряжения. Это напряжение может создать немало проблем. Во-первых, поддержание такого высокого уровня бдительности требует постоянного внимания и огромных затрат энергии. Во-вторых, человеку начинает казаться, что это и есть его основная проблема. И как только напряжение удастся уменьшить и расслабиться, все будет хорошо. Физическое напряжение может выполнять защитную функцию — защищает наше сознание, и нельзя убирать психологическую защиту, пока не уменьшилась интенсивность переживаний. Когда же это произойдет, физическое напряжение уйдет само.

· Преувеличенное реагирование – при малейшем шуме, стуке и т.п. человек вздрагивает, бросается бежать, громко кричит и т.д. Такое преувеличенное реагирование привело к новым жертвам после землетрясения. Тогда за самым сильным толчком следовали другие, более слабые и не опасные. Но люди, почувствовав толчки, выбрасывались из окон, разбиваясь насмерть.

Психологическая реакция на травму – это развернутый во времени процесс, который включает в себя 3 фазы:

1 – фаза психологического шока. Содержит 2 компонента: -угнетение активности, нарушение ориентации в окружающей среде, дезорганизация деятельности; отрицание произошедшего. В норме эта фаза достаточно кратковременна.

2 фаза воздействия – характеризуется выраженными эмоциональными реакциями на событие и его последствия. Эмоциональные реакции отличаются непосредственностью проявления и крайней интенсивностью (страх, гнев, плач и т.п.). Постепенно эти эмоции сменяются реакцией критики или сомнения в себе.

3 фаза критики – протекает по принципу «что бы было, если бы…», сопровождается болезненным осознанием неотвратимости происшедшего, признанием собственного бессилия и самобичеванием (чувство вины выжившего). Может доходить до уровня глубокой депрессии. После этой фазы начинается либо выздоровление (отреагирование, принятие реальности, адаптация к возникшим обстоятельствам), либо происходит фиксация на травме и хронификация постстрессового состояния.

Нарушения, развивающиеся после пережитой травмы затрагивают не только самого участника травмирующего события, но и ленов его семьи. Последствия травмы могут проявляться спустя многое годы, внезапно, на фоне общего благополучия, и со временем ухудшение состояния становится более выраженным.

В результате воздействия на личность травмирующего фактора, опасной, экстремальной ситуации, может развиваться посттравматическое стрессовое расстройство, которое является вторичной, проявляющейся через определенное время после окончания самой экстремальной ситуации, реакции на травмирующее событие. Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) может иметь затяжной характер и влияет на всю дальнейшую жизнь человека. ПТСР возникает далеко не у всех участников той или иной экстремальной ситуации и зависит от ряда факторов:

1. Особенности личности, значимость ситуации для личности.

2. Биопсихические особенности индивида (включающие в себя особенности нервной системы, половозрастные особенности).

3. Опыт нахождения в экстремальной ситуации.

4. Наличие в анамнезе психических травм.

5. Различные формы зависимого поведения или склонность в ним.

6. Отсутствие поддержки со стороны значимых лиц.

Согласно МКБ-10 (См. приложение ), посттравматическое стрессовое расстройство может развиваться вслед за травмирующими событиями, которые выходят за рамки обычного человеческого опыта. К стрессорам, вызывающим ПТСР относят: стихийные бедствия, техногенные катастрофы, а так же события, являющиеся результатом целенаправленной, часто преступной деятельности (диверсии, террористические акты, пытки, массовое насилие, боевые действия, попадание в ситуацию «заложника», разрушение собственного дома и т.п.). ПТСР возникает в том случае, когда стресс перегружает психологические, физиологические, адаптационные возможности человека и разрушает защиту.

Посттравматическое стрессовое расстройство представляет собой комплекс реакций человека на травму, где травма определяется как переживание, потрясение, которое у большинства людей вызывает страх, ужас, беспомощность.

В соответствии с особенностями проявления и течения различают три подвида посттравматических стрессовых расстройств (психологическая помощь в кризисных ситуациях):

§ острое, развивающееся в сроки до трех месяцев;

§ хроническое, имеющее продолжительность более трех месяцев;

§ отсроченное, когда расстройство возникло спустя шесть и более месяцев после травмы.

Посттравматическое стрессовое расстройство откладывает отпечаток на всю дальнейшую жизнь человека, потому требуется проработка данного состояния для сглаживания последствий данного расстройства. Схематически взаимосвязь различных по времени возникновения, продолжительности и глубине стадий формирования постстрессовых нарушений представлена на следующей схеме (рис.4)

Стадии формирования постстрессовых нарушений

Динамику психопатологических последствий целесообразно рассматривать в трех аспектах:

q синдромодинамика первичного Эго-стресса (стресса осознания психотравмирующей реальности). Явления Эго-стресса лежат в основе патогенеза психопатологических последствий чрезвычайной ситуации;

q социально приемлемые варианты психопатологической эволюции личности участников чрезвычайной ситуации психические (невротические) и психосоматические расстройства;

q социально-негативные варианты психопатологической эволюции личности участников чрезвычайной ситуации: расстройства социального поведения, в отношении которых позиции государства носит медико-правовой характер (См. рис. 5).

После минования аффективно-шоковых (острых) реакций выступает картина первичного травматического Эго-стресса (стресса осознания).

Клиническую структуру синдрома составляют:

1. Фрустрационная регрессия, связанная с действием одного из базовых механизмов защиты-регрессии. Факт пребывания в чрезвычайной ситуации сопровождается автоматическим снижением психики на уровень пубертатного кризиса, что находит свое проявление в подчеркнутой дисциплине, субординации, подчиняемости при одновременно повышенной вероятности бурных вспышек непосредственно разрушительного или хаотически-дурашливого поведения. Регрессия находит свое переживание в своей речевой спутанности. Особое место занимает фрустрация потребностей самоопределения (ограничения прав и свободы). Здесь может наблюдаться следующие проявления условно-патологической динамики личности в очаге чрезвычайной ситуации:

§ персонификация источника угрозы с переживанием образа врага и образа магического помощника;

§ при наличии внешней блокады проявления агрессии, возможны аутоагрессивные действия, либо дальнейшая регрессия не глубже 3-х летнего уровня с нарушением сфинктериальной дисциплины (медвежья болезнь). Эмоциональность связана с переживанием чувства беспомощной подверженности реальной опасности.

2. Аффект болезненного недоумения, который характерен для начального периода существования Эго-стресса и отражает наличие упорных и безуспешных попыток осмысления новой, психотравмирующей реальности.

3. Аффект психалгии. Невыразимое словами переживание душевной боли, страданий, для которого характерны длительность, скрытность с оттенком признания безнадежности, безвозвратности. В структуру феномена душевной боли следует включить внешнее напряжение и гиперестезические реакции в силу их алекситмической формы. Длительная алекситмическая психалгия может стать причиной внешне немотивированных вспышек алкогольных и токсикоманных эксцессов, суицидов. Это возможно при чрезвычайной ситуации любого характера.

Первичный Эго-стресс переходит во вторичный, который выражается в кризисе самоопределения.

Разрешение, как уже было сказано, происходит в виде социально-приемлемых и социально-негативных вариантах.

Под социально приемлемыми вариантами понимаются психические и психосоматические расстройства, при которых клиническая картина ранних психопатологических последствий различается существенно при антропонатурогенных, техногенных, социогенных катастрофах и это связано с непосредственным представлением о роли в них человека.

В структуре ранней динамики психопатологических последствий чрезвычайных ситуаций выделяют следующие феномены Эго-стресса:

§ болезненные переживания вины, стыда, отвращения как аффекты действия патогенной Эго-защиты

§ эпизодические переживания ужаса, парализующий страх под воздействием фактора устрашения

§ возникновение и развитие «вины выжившего», «корпоративной вины» и ожидания наказания за происшедшее.

§ ситуационные фобии и формирование фобического синдрома с элементами нарциссизма и регрессии.

В развитии психопатологических последствий травмирующих ситуаций установлен неуклонный процесс психосоматической инвалидизации, прогрессирующей утраты здоровья, снижение длительности и качества жизни всех участников чрезвычайной ситуации, развитие алкогольной и наркотической зависимостей, самоубийства.

В структуре собственно психопатологических отдаленных последствий травмирующей ситуации существенное место занимает следующее:

1. расстройства аффекта (субдепрессии) с оттенками ангедонии (невозможность радоваться) и адинамии, астеническими, апатическими масками, чувством внешней измененности;

2. постепенный переход психосоматических расстройств в хроническую стадию и формирование тяжелых психосоматозов — гипертонической и язвенной болезней;

3. неуклонный рост социальной дезадаптации и десоциализации, явления обособления и отчуждения, аутизма и редукции энергетического потенциала;

4. нарастающее явление утраты профессионализма и интеллектуальной работоспособности в связи с развитием психоорганических расстройств;

5. быстрое развитие алкоголизма с такими явлениями, как безудержное пьянство, утрата способности адекватного эмоционального реагирования, склонность к тревожно-мнительному настроению;

6. неуклонное нарастание антисоциальной психопатии с явлениями возбудимости, аффективной напряженности, криминальной безудержности.

Клиническая картина ближайших и отдаленных психопатологических последствий травматических ситуаций показывает полиморфизм психических и психосоматических расстройств, изменчивость и усложнение симптоматики, неуклонный рост социальной дезадаптации, психопатологических расстройств, инвалидизации, преждевременная смертность.

Таким образом, ядром динамики личности участника травмирующей ситуации является невротическая (патологическая) эволюция.

Варианты патологического развития личности:

1. Алиенация — отчуждение, разрыв связей с общечеловеческой реальностью, аутистическая деформация личности.

2. Психосоматическая эволюция нетипичная для возраста, то есть развитие соматических заболеваний возникающих при нормальных условиях в гораздо более позднем возрасте.

3. Токсиманическая эволюция, т.е. развитие зависимости к различным психоактивным веществам (ПАВ).

4. Эпилептоидная деформация, которая выражается в формировании дисфорического (мрачно-тоскливого) настроения, озлобленности, потенциальной готовности к немотивированным разрушительным вспышкам агрессии.

При посттравматическом стрессовом расстройстве выделяют три группы симптомов (МКБ – 10):

1. симптом повторного переживания,

2. симптом избегания,

3. симптом физиологической гиперактивации.

Симптом повторного переживания включает в себя:

§ постоянные, повторяющиеся переживания события, которые человек пытается забыть, но все окружающее постоянно, в той или иной форме напоминает о нем;

§ повторяющиеся кошмарные сны, дублирующие травмирующую ситуацию;

§ интенсивные негативные переживания при столкновении с чем-то напоминающим травмирующее событие;

§ физиологическая реактивность (спазмы в желудке, головные боли, возникающие при напоминании о событии).

Симптом избегания проявляется в том, что травмирующий опыт вытесняется, человек стремится не попадать в ситуации, избегает мыслей, разговоров, действий, людей, напоминающие пережитое. Появляется чувство отчужденности, отстраненности, ощущение одиночества. Проявляется утрата способности устанавливать близкие и дружеские отношения с окружающими, возможно разрушение установившихся связей. Повышается уровень агрессивности, вспышки гнева при этом маломотивированы и чаще возникают в состоянии алкогольного опьянения.

Физиологическая гиперактивация проявляется в трудностях засыпания, повышенной раздражительности, трудностях концентрации внимания, повышенной готовности к бегству.

Критерии диагностики посттравматического стрессового расстройства. Первичные симптомы:

1. Человек находился под воздействием травмирующего события в качестве участника или свидетеля.

2. Травмирующее событие повторно переживалось в виде одного или нескольких следующих проявлениях (интрузия).

§ Повторные навязчивые воспоминания о событиях, включающие образы, мысли, ощущения.

§ Повторяющиеся и очень беспокойные сны о пережитом событии.

§ Такие действия или ощущения, как если бы травмирующее событие случилось снова, включая ощущения воссоздания пережитого, иллюзии, галлюцинации, диссоциативные эпизоды при пробуждении.

§ Сильный психологический дистресс под влиянием внешних или внутренних раздражителей, которые символизируют или напоминают какой-то аспект травмирующего события.

§ Физиологическая реактивность под влиянием внешних или внутренних раздражителей, которые напоминают какой-то аспект травмирующего события.

3. Постоянное избегание стимулов, связанных с травмой и общим оцепенением.

§ Попытки избежать мыслей, ощущений или разговоров связанных с травмой.

§ Попытки избежать действий, мест или людей, которые вызывают воспоминания о травме.

§ Частичная или полная амнезия аспектов травмы.

§ Снижение интереса к ранее значимым видам деятельности.

§ Чувство отчужденности или отрешенности от окружающих.

§ Сужение эмоционального диапазона (неспособность полюбить).

§ Неспособность ориентации на длительную перспективу.

4. Устойчивые проявления повышенного возбуждения, отсутствовавшие до травмы (гиперактивность).

§ Трудности при засыпании или нарушении продолжительности сна.

§ Раздражительность или вспышки гнева.

§ Трудность концентрации внимания.

§ Усиленная реакция на испуг.

5. Продолжительность расстройства (симптомов) более 1 месяца.

6. Расстройство вызывает значимый дистресс или нарушения в социальной, трудовой или др. сферах жизнедеятельности.

7. Неспецифические соматические жалобы (повышенная напряженность, утомляемость, психосоматические переживания)

1. Психосоматические нарушения сердечно-сосудистой, пищеварительной системы

2. Нервное истощение

3. Болевой фактор

4. Сексуальные нарушения, тревожное ожидание сексуальных неудач

5. Личностные нарушения (эмоциональная недостаточность, раздражительность, неадекватная самооценка)

studopedia.ru