Вялотекущая шизофрения варианты

Вялотекущая шизофрения

Вялотекущая шизофрения — форма шизофрении с крайне слабой степенью прогредиентности процесса, клинический диагноз, нашедший применение в практике советской и российской психиатрии.

Исследования в этом направлении начал известный психиатр Э. Блейлер в 1896 году. Изначально вялотекущая шизофрения была описана как «легкие формы гебефрении» в 1902 году профессором В. П. Сербским и в 1905 году — как «вялотекущее раннее слабоумие» психиатром Э. В. Эриксоном. Свой вклад в изучение проблемы внесли и западные исследователи — Г. Майер (1908), Ц. Паскаль (1911) и К. Ясперс(1913). Впервые термин был использован для дифференциальной диагностики детской и подростковой шизофрении в 1933 году советским психиатром Г. Е. Сухаревой, как отдельная форма шизофрении описана в работах Р. А. Наджарова (1955), однако наиболее полно проблема нашла свое отражение в трудах профессора А. В. Снежневского (1969 год), после публикации которых диагноз собственно и стал широко применяться во врачебной практике в СССР.

Вялотекущая шизофрения чаще всего начинает проявляться в юношеском возрасте, однако отчетливые проявления могут обнаруживаться и позднее. Медленное, многолетнее развитие заболевания сопровождается постепенно нарастающими деформациями личности пациента. Тем не менее многие из них в состоянии поддерживать достигнутый уровень социальной адаптации в течении всей жизни. Таких больных обычно очень много среди близких родственников больных другими формами шизофрении. Существует обоснованное подозрение, что шизотипический больной обладает генетической предрасположенностью к шизофрении. Вероятно это характерологический фенотипический вариант шизофренного генотипа, который в силу нахождения в благоприятной социальной обстановке не декомпенсировался, демонстрируя лишь субпсихотические проявления. В стрессовых ситуациях больные могут декомпенсироваться, о чем свидетельствует и относительно высокая суицидоопасность, и давать (обычно кратковременные) психотические симптомы. Грань между вялотекущей и «обычной» шизофренией довольно тонка. Для вялотекущей шизофрении характерно преобладание в клинической картине неврозоподобных или психопатоподобных расстройств. В первом случае отмечаются астенические состояния с полярной сменой болезненных проявлений, например, гиперестезия — гипестезия, истероидные состояния с трансформацией истерических проявлений в телесной сфере — истералгии, спазмы, тремор и др.; обсессивно-фобические состояния, при которых наблюдается последовательные трансформации фобий от простых к генерализованным, сопровождающееся ритуальным поведением, утрачивающим прежнюю аффективную окраску; ипохондрические состояния, характеризующиеся переходом от невротической и сверхценной ипохондрии к сенестоипохондрии; деперсонализационные состояния со стойким видоизменением сознания, явлений аутопсихической деперсонализации — отчуждение высших эмоций, сознание собственной психической измененности.

Классификация и постановка диагноза

Диагноз может быть поставлен на основании присутствия в анамнезе на протяжении двух и более лет не менее чем четырех из следующих признаков в любых сочетаниях:

  • ограниченные и не всегда адекватные ситуации общения эмоциональные проявления, вызывающие у окружающих ощущение холодности и недоступности больных
  • странное, эксцентричное или чудаковатое поведение и внешний вид
  • узость круга общения, тенденция к уходу от социальных контактов
  • странные взгляды или метафизичность мышления, определяющие поведение и не согласующиеся с субкультуральными нормами
  • недоверчивость, подозрительность или параноидные представления
  • синтонные относительно собственной личности навязчивые размышления, часто дисморфофобического, сексуального или агрессивного содержания
  • необычные ощущения, включая соматосенсорные, иллюзии, переживания деперсонализации и дереализации
  • расплывчатое, обстоятельное, метафорическое и часто стереотипное мышление, проявляющееся в странностях речи и не достигающее степени отчетливой разорванности
  • периодические транзиторные субпсихотические эпизоды с интенсивными иллюзиями, слуховыми или иными галлюцинациями и бредоподобным содержанием, возникающие, как правило, спонтанно, без экзогенного фактора
  • Кроме этого в течение всего времени состояние не должно отвечать общим критериям для шизофрении.

    Проблема классификации

    Проблема клинической классификации вялотекущей шизофрении имеет много общего с проблемой классификации шизофрении как таковой и дифференциальной диагностики с другими психическими заболеваниями. В настоящее время например Американская психиатрическая ассоциация не относит вялотекущую шизофрению, как и различные варианты малопрогредиентной шизофрении, к группе шизофренических расстройств, классифицируя ее как «расстройство личности» то есть психопатию, но следует учитывать, что подобным же образом в США классифицируют и т. н. простую шизофрению. Однако данный диагностический казус связан не с некими фундаментальными клиническими различиями, а с особенностями правоприменительной практики в США — при достаточном количестве шизофреников среди клиентов адвокатских контор с финансовой точки зрения совершенно невыгодно признавать их ограниченную дееспособность.
    В период прогрессирующей »гласности» в СССР большое количество спекуляций неспециалистов по данной теме было вызвано тем, что в Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10), действующей на настоящее время, вялотекущая шизофрения отсутствует в разделе F20 «Шизофрения» V главы МКБ-10. Однако это не означает, что данного диагноза там нет вообще — просто он располагается в соседнем разделе F21 «Шизотипические расстройства» и классифицируется как одна из форм подобных расстройств. Вялотекущую шизофрению отличает от шизоидной психопатии количественно большая выраженность странностей в поведении и мышлении, а от шизофрении — отсутствие основных характерных для нее психотических проявлений. Во врачебной практике провести такое разграничение весьма не просто, из-за чего МКБ-10 прямо не рекомендует широкое использование этой диагностической рубрики.

    Практика применения диагноза в советском обществе

    Вялотекущая шизофрения, по мнению ряда российских публицистов демократической направленности, систематически диагносцировалась идейным противникам существовавшего в СССР политического режима с целью их принудительной изоляции от общества. До настоящего времени это обстоятельство не нашло юридического подтверждения, поскольку единственным случаем официального признания существования подобной практики было заявление Независимой психиатрической ассоциации России, причем публичное признание данного факта было обязательным условием для принятия данной ассоциации в состав Всемирной психиатрической ассоциации. Справедливости ради следует отметить, что существовавший режим и без этого имел достаточно вполне легальных инструментов для изоляции инакомыслящих. Однако это не означает, что в практике не встречалось врачебных злоупотреблений, связанных с использованием данного диагноза — он достаточно широко применялся коррумпированными медицинскими специалистами для оформления освобождений от срочной службы в армии (т. н. «закос»), а также для освобождения преступников от уголовного наказания с применением к ним мер принудительного лечения. Что же касается политических противников существовавшего режима, то судя по их последующим публичным действиям и высказываниям можно предположить, что как минимум некоторым из них данный диагноз был поставлен вполне обоснованно.
    В годы Перестройки и «демократизации» в определенных кругах советской творческой интеллигенции сформировалось оригинальное восприятие вялотекущей шизофрении как исключительно проявления карательной психиатрии.

    Известные по публикациям в прессе лица, которым был поставлен этот диагноз

    • Отари Квантришвили родился в 1948 году в городе Зестафони Грузинской ССР. В 1966 году был осужден Московским городским судом на девять лет лишения свободы по статье 117 УК РСФСР (изнасилование). В 1970 году с диагнозом «вялотекущая шизофрения» переведен из лагеря в Люблинскую психиатрическую больницу общего режима.
    • Игрунов, Вячеслав Владимирович — организатор нелегального марксистского кружка, в котором обсуждались вопросы преобразования советского общества. Создал первую и единственную в СССР библиотеку неподцензурной литературы в Одессе, с группой единомышленников собирая туда произведения классиков начала века, запрещённые книги советских и эмигрантских писателей, а также самиздат. В начале 1970-х годов участвовал в разработке комплексной программы демократических и рыночных реформ. В 2000—2003 депутат Государственной думы третьего созыва, избран по списку «Яблока». Заместитель председателя Комитета по делам Содружества Независимых Государств и связям с соотечественникам. С ноября 2002 — председатель партии СЛОН («Союз людей за образование и науку»).
    • Обухов, Платон Алексеевич — бывший второй секретарь департамента США МИД России, был завербован английской разведкой в январе 1995 года. С августа того же года по апрель 1996 года он провел 15 сеансов связи из Москвы, во время которых передал сведения, касающиеся государственной безопасности и обороноспособности России. Сотрудники контрразведки задержали дипломата 11 апреля 1996 года во время очередного сеанса связи.
    • Примеры историй болезни

      Ж. К. родилась в 1959 году в семье известного адвоката. Беспокойный характер у нее проявился очень рано. В трехлетнем возрасте, когда ее укладывали спать, много раз спрашивала, на месте ли ее игрушки. Уроки делала только на кухне; спала в одной комнате с родителями, боялась темноты. Из-за боязни получить плохую отметку занималась много, до глубокой ночи, даже в выходные отказывалась от развлечений. В университете после зимней сессии сразу начинала тщательно готовиться к летней, лишая себя отдыха.. После родов появился страх: в квартиру может проникнуть вор, когда кто-то из домашних открывает дверь. Она стала часто дежурить у входной двери, поджидая мнимого грабителя. К дочери относилась с неприязнью, даже с ненавистью. Однажды больная нашла, что бриллиант на ее перстне с дефектом; решила, что на него попал солнечный луч и «испортил» камень. Состояние стало ухудшаться: снизилось настроение, появилась бессонница, головные боли, пропал аппетит. Родители обратились к психиатру, поставившему диагноз «шизофрения вялотекущая, неврозоподобная». Теперь всю свою бижутерию и драгоценности стала бдительно охранять: заперла шкафы, загородила их, никого не подпуская. Отказывалась от еды, часто лежала лицом к стене, к ребенку не подходила. До обращения в институт маскотерапии больная уже трижды находилась на длительном стационарном лечении. Тогда она принимала более ста наименований лекарств и их сочетаний в виде таблеток или инъекций, а также атропино-, инсулино-, электрошоковую терапию, лечение хемиошоком (одновременная отмена всех лекарств). В итоге появилась непереносимость большинства психотропных средств. Относительные ремиссии наступали лишь при использовании трициклических антидепрессантов. Но и в периоды улучшения больная продолжала копить и зорко охранять свои драгоценности.
      В конце концов, она заняла одну из комнат в квартире отца, завела специальные шкафы, установила там сигнализацию. «Ювелирная комната» была заперта несколько лет; мимо ее дверей нужно было проходить по сложному пути, с особой осторожностью, в противном случае у Ж. К. наступали тяжелые приступы агрессии, напряженность иногда длилась неделями. Даже разговоры об этой комнате были под строжайшим запретом — «информация» могла просочиться к возможным грабителям. Первый ночной сеанс принес ощутимые плоды: у больной восстановился сон, а за месяц портретирования она стала нормально питаться, вернулась на работу. Но полного выздоровления пришлось ждать долго — почти полтора года. Трудность заключалась в том, что наша пациентка раздробила комплекс своих переживаний на множество самостоятельных частей и каждый раз как бы приглашала врача преодолевать новый барьер. Работа с больными этого типа чрезвычайно изнурительна, отнимает много времени и сил. Через год Ж. стала приходить на сеансы одна. Вскоре у нее появилась вера в исцеление; впервые в жизни она стала писать стихи, описывала лечение портретом. Быстро совершенствовалась: вскоре она обсуждала свои произведения с известными поэтами, и даже начала публиковаться.
      Таким образом, лечебный процесс Ж. К. можно разделить на два этапа. На первом больная формулировала множество проблем, нуждающихся в решении, а на втором она констатировала факт их успешно разрешение. Весть о преодолении Ж. К. каждого из ее «барьеров» преподносилась нам неожиданно, как сюрприз, как подарок, праздник! Вначале это радовало, затем утомляло, и когда однажды во время работы с ней ее отец стал благодарить врача по телефону в связи с тем, что наконец открылась «ювелирная комната», у нас едва хватило сил принять это к сведению.
      После двух упомянутых этапов мы заметили, что больная уже демонстративно фиксирует внимание на улучшении своего состояния, а портрет фактически завершился. Когда мы поделились с нею своим мнением, она широко открыла глаза, покрылась красными пятнами, стала хватать воздух протянутой рукой и упала на ковер, но сознание не потеряла; около пяти минут наблюдалось подергивание мышц, затем все прошло, она сказала, что ей гораздо лучше. Во время приступа она блаженно улыбалась, как бы успокаивая взглядом: не бойтесь, мне хорошо, очень хорошо… Привычка фантазировать, придумывать «чудеса» портретной терапии сохранялась у Ж. еще некоторое время после окончания лечения: то она делилась своими фантазиями с журналистами, то перед телекамерой, то с родственниками, то с больными или случайными посетителями нашего института. К скульптуре у нее было свое особое отношение: ей казалось, что после появления сходства портрет ожил; по временам якобы менялись его объемы, он представлялся ей то злым, то добрым. Портрет был закончен. И основные проблемы Ж. К. были решены.

      Лечение вялотекущей шизофрении осуществляют психотропными средствами в сочетании с нейролептиками и антидепрессантами в небольших дозах, и с помощью психотерапии. Вялотекущая шизофрения нередко завершается резидуальными состояниями с преобладанием стойких психопатических, обсессивно-фобических, ипохондрических расстройств (псевдопсихопатии, псевдоневрозы). Больные вялотекущей шизофренией, протекающей с преобладанием неврозоподобных расстройств без отчетливых признаков прогредиентности зачастую сохраняют дееспособность.

      antisys.wikispaces.com

      Вялотекущая шизофрения в практике невролога

      Как правило, при обсуждении проблемы психической патологии в общемедицинской практике основное внимание уделяется депрессиям, тревожным, психосоматическим расстройствам, но проблема шизофрении в общемедицинской практике не менее актуальна .

      Шизофрения не только при не осложненных соматических заболеваниях, но и в тех случаях, когда эндогенный процесс коморбиден соматической болезни, осложняет ее течение и исход, снижает качество жизни больных, повышает уровень летальности. Приводятся данные, что у страдающих шизофренией и ишемической болезнью сердца мужчин риск летального исхода повышается почти в 4 раза.

      Чаще всего врачи общемедицинских специальностей сталкиваются в подобных случаях с патологическим поведением в болезни, характерным для больных шизофренией. Это можно продемонстрировать на тех патологических реакциях, которые развиваются при соматической болезни. Речь идет о «психотическом аномальном поведении в болезни»:

      • реакции на соматическую болезнь (нозогении) у них нередко выражаются тяжелой ипохондрией (коэнестопатические реакции, реакции по типу сверхценной ипохондрии с культом болезни), в картине которой наблюдаются гетерономные телесные сенсации (сенестопатии, телесные фантазии и др.)

      • депрессивные реакции у этих больных быстро эндогенизируются и нередко приобретают атипичный характер (затяжные ипохондрические депрессии и т.д.)

      •нередко выявляются параноические или сутяжные реакции , которые подразделяются на варианты:
      1.при одном из этих вариантов (бред “иной” болезни) больные убеждены, что их лечат не от той болезни, которой они в действительности страдают
      2.при другом – развивается состояние, сходное с паранойей изобретательства, причем больные разрабатывают странные способы самолечения, не пытаясь бороться за признание сделанных «открытий» (этот признак сближает картину таких реакций с паранойей желания)
      3.возможен бред “приписанной” болезни, когда пациент непоколебимо уверен в том, что он здоров, но врачи, состоящие «в сговоре» с его врагами, специально приписывают ему несуществующую болезнь, чтобы не допустить его к активной деятельности, борьбе за справедливость и т.д.

      К наиболее тяжелым реакциям такого рода принадлежат гипонозогнозические реакции с чертами патологического отрицания болезни. Одна часть этих больных даже в ургентном состоянии отказывается от госпитализации и тем самым подвергает свое здоровье и жизнь большой опасности, другая (случаи эйфорической псевдодеменции) – также хорошо знакома врачам общемедицинских специальностей. Речь идет о пациентах реанимационных отделений и блоков интенсивной терапии, которые, несмотря на объективно тяжелое соматическое состояние, вскакивают с кровати, начинают делать «немыслимую» зарядку и т.п.

      Распространенность шизофрении у больных общесоматической сети выше, чем в населении, и составляет 4–6% против 1% соответственно. Объяснение этому факту можно связать с тем обстоятельством, что больные с ипохондрическими расстройствами (и в их числе страдающие ипохондрической шизофренией) накапливаются в общемедицинской сети, причем правильный диагноз в этих случаях впервые устанавливается лишь при активном психиатрическом обследовании.

      Большая часть этого контингента (79%) не только не лечились прежде в психиатрических больницах, но и вообще не обращались к психиатру. Из той доли больных, о которых имеются достоверные сведения, лишь 28% хотя бы однажды обращались к психиатру, причем 19% получали специализированную помощь в психоневрологических диспанесерх (13% находились на диспансерном наблюдении и 6% – на консультативном), а 9% – у частнопрактикующих специалистов. Представленное распределение отражает характерную для общемедицинской сети ситуацию: в этих учреждениях (как в поликлиниках, так и в больницах) преобладают больные шизофренией, у которых не обнаруживаются яркие психотические проявления (острые бредовые, кататонические и др.), потому что, если бы такие картины развивались, пациенты не избегли бы ни психиатрической больницы, ни диспансера.

      Клинически особенности шизофрении, которая чаще всего наблюдается в общемедицинской сети (характеристика латентных и вялотекущих форм)

      •в отличие от психотических, прогредиентных форм, которые протекают с предпочтительными для них позитивными (патологически продуктивными) проявлениями – так называемыми симптомами первого ранга K.Schneider, латентные и вялотекущие формы такого рода «собственной» продуктивной симптоматики не имеют – они ее «одалживают» из пограничных состояний

      •нозологически неспецифические – истерические, тревожно-фобические, обсессивно-компульсивные, аффективные, соматоформные расстройства, развиваясь в картине вялотекущей шизофрении, сохраняют свойства «осевых» симптомов, хотя по мере нарастания негативных расстройств видоизменяются и приобретают черты, свойственные эндогенному заболеванию (инертность, однообразие, штампованность)

      Обращаясь к систематике вялотекущей шизофрении, которая подразделяется на негативную, позитивную и резидуальную, следует подчеркнуть, что при каждом из этих типов могут быть выделены и варианты ипохондрической шизофрении, преобладающей в общемедицинской сети.

      1. При негативной ипохондрической шизофрении речь идет о ценестетической шизофрении.

      В данном случае имеют место формы эндогенного процесса с доминирующими в клинической картине сенестезиями в виде сенсорно- и пространственно недифференцированных патологических телесных сенсаций, т.е. неопределенные, расплывчатые, диффузные, изменчивые, трудные для субъективного описания ощущения.

      Синонимическое обозначение — «неврологически-психопатологические феномены», поскольку они могут проявляться в сфере телесной перцепции:
      псевдовестибулярными феноменами — нарушения равновесия, нетвердость походки, чувство ватности в ногах
      кинестетическими феноменами — чувство «мышечной пустоты», напряжения или спазма мускулатуры, тяжести в конечностях, мнимого движения
      сенсорными феноменами — чувство нечеткости, расплывчатости, помутненности зрения, неуверенности при оценке расстояния, изменение интенсивности и качества слуховых и обонятельных ощущений

      Необходимо подчеркнуть, что перечисленная симптоматика представляет собой первичные – базисные – шизофренические расстройства и сопровождается выраженными нарушениями мышления и нарастанием дефицитарных проявлений. Однако диагноз шизофрении, как уже говорилось, в подобных случаях обычно устанавливается несвоевременно, больных длительно обследуют и наблюдают разные специалисты, и дело может окончиться синдромом психического автоматизма или переходом в псевдоорганический дефект.

      2. При шизофрении с преобладанием позитивной симптоматики речь идет об органоневротической шизофрении.

      В подобных случаях эндогенный процесс дебютирует как органный невроз (псевдоневроз), для которого характерна отличная от истинных неврозов динамика. Этот вариант шизофрении протекает с преобладанием невротической либо сверхценной ипохондрии.

      Невротическая ипохондрия соотносится с аффинитетом к функциональным расстройствам:
      •сердечно-сосудистой системы — кардионевроз, синдром Да Коста
      •дыхательной системы — синдром гипервентиляции
      •пищеварительной системы — синдром раздраженного кишечника

      На фоне хронификации органоневротической симптоматики наблюдается быстрая генерализация клинических проявлений с вовлечением других систем и формированием явлений нозофобии.

      Страх за собственное здоровье становится содержанием присоединяющихся тревожно-фобических феноменов, панических атак и даже генерализованной тревоги. Причем эти проявления весьма атипичны (панические атаки, например, затягиваются на несколько дней).

      Присоединяются также сенесталгии, сенестопатии. По мере динамики процесса все более отчетливыми становятся признаки астенического дефекта с вялостью, пассивностью, безынициативностью.

      В тех случаях, когда ипохондрическая шизофрения обнаруживает аффинитет к функциональным расстройствам пищеварительной системы (синдром раздраженного кишечника), формируется картина сверхценной (ригидной) ипохондрии.
      Процессуальное видоизменение клинических проявлений, сопровождающееся их хронификацией, приобретает черты нозомании. В то время как функциональные нарушения со стороны желудочно-кишечного тракта постепенно редуцируются, все помыслы и активность больного поглощает стремление к преодолению болезни «любой ценой» и целой системой нетрадиционных, эксцентричных мер, направленных на укрепление организма. Такая трансформация органоневротической симптоматики включает аутоагрессивное поведение (странные и травматичные способы «оздоровления»). По мере «затухания» болезни на первый план выдвигаются признаки психопатоподобного дефекта с чертами «фершробен».

      3. При резидуальной шизофрении речь идет о постпроцессуальном развитии с выявлением телесных сенсаций.

      Ипохондрический вариант резидуальной шизофрении представляет собой постпроцессуальное развитие с выявлением телесных сенсаций.
      В качестве осевых симптомов в этих случаях выступают телесные фантазии (фантастические сенестопатии) — необычные, вычурные ощущения, формирующиеся нередко в связи с соматической болезнью.

      Патологические телесные сенсации этого круга представлены висцеральными (чувство увеличения, уменьшения, перемещения, сжатия, давления со стороны внутренних органов – сердце «трется» о плевру, желудок «задевает» другие органы при перистальтике и пр.), псевдоневрологическими (ограниченная – циркумскрипта астения, конверсионные псевдопарезы, анестезии) феноменами или телесными фантазиями инородного тела.

      «Почвой», на которой формируются такие состояния, служат псевдопсихопатии со сменой личностных доминант по механизму антиномного характерологического сдвига, завершающегося становлением стойких, относительно неглубоких дефицитарных изменений по типу «фершробен» (неизменно повышенный аффективный фон с монотонной активностью, бесцеремонностью, эксцентричностью внешнего облика и моторики при эмоциональном обеднении, сужении круга привязанностей).

      —Мне чрезвычайно импонирует автор статьи и его публикации.
      Как врач-психотерапевт добавлю, что термин «вялотекущая шизофрения» не рекомендуется к использованию в МКБ-10 и заменен на термин «шизотипическое расстройство» F21.

      doctorspb.ru

      Малопрогредиентная шизофрения и пограничные состояния

      Малопрогредиентная шизофрения — это вялопрогрессирующая разновидность шизофрении без продуктивной симптоматики. Первые описания малопрогредиентной шизофрении были сделаны советским психиатром А. В. Снежневским. Всемирной организацией здравоохранения концепция вялотекущей шизофрении не была признана, она получила распространение только в СССР и отдельных странах Восточной Европы.
      Симптомы малопрогредиентной шизофрении сходны с таковыми начального периода манифестной шизофрении. Этой форме психического процесса присущи свои особенности развития. Течение болезни отличается длительным, многолетним развитием. Выделяют следующие периоды в развитии данного психического заболевания: латентный, дебют, активный с проявлением позитивных расстройств, стабилизации. Латентный период отличается длительным субклиническим течением. В периоде стабилизации происходит постепенное уменьшение позитивных расстройств, завершается процесс формированием остаточных явлений.
      Заболевание развивается, как бы исподволь, незаметно. Поэтому, его начало, как правило, установить не удается. Активность человека постепенно снижается, нарастает эмоциональное однообразие, круг интересов сужается. Часто отмечается ряд странностей в поведении — различные чудачества. Затем появляются навязчивости, различные страхи, легкая депрессия, истероподобные симптомы. При малопрогредиентной шизофрении иногда отмечаются явления деперсонализации — нарушения восприятия самого себя и своего тела. Периодически возникают галлюцинации, отрывочные бредовые идеи. Помимо этих основных продуктивных симптомов могут проявляться психопатоподобные и неврозоподобные психические расстройства.
      Неврозоподобная шизофрения проявляется навязчивостями и страхами. Для преодоления страха пациенты, страдающие неврозоподобной вялотекущей шизофренией, пытаются выполнять различные абсурдные действия. Психопатоподобная шизофрения часто сопровождается деперсонализацией. Больным представляется, что у них исчезла связь с их собственным «я», с их прошлой жизнью. Им кажется, что их действия — это какой-то спектакль, где они играют определенную роль. Они перестают узнавать себя в зеркале. Может возникать очерствение чувств, когда ничто не вызывает радостных эмоций. Психопатоподобный вариант может проявляться истерическими симптомами в сочетании с манерностью и демонстративностью. Возможны галлюцинации. Постепенно появляются типичные изменения: полное погружение в себя, уход от любых контактов, сложности в адаптации к реальной жизни.
      В России малопрогредиентную шизофрению часто определяют понятием «вялотекущая шизофрения». Это понятие отчасти выходит за пределы диагноза шизофрении, так как затрагивает циклотимию с одной стороны, шизотипические и пограничные расстройства личности — с другой.
      Вместе с тем, разграничить эти понятия все же остается возможным. Так, например, циклотимия, традиционно описываемая как протекающая много лет смена фаз настроения, не достигающая тяжести настоящих депрессии или мании, не сопровождается значительными нарушениями мышления. В то время как при вялотекущем шизофреническом процессе нарушения мышления будут присутствовать. Поэтому циклотимик, не обнаруживающий признаков шизофрении, не будет «жить по одному ему понятной логике», делать нелепые, нереалистичные выводы об обыденных вещах. Это предохранит его от погружения в оторванный от реальности «шизоидный мир».
      В свою очередь, шизотипическое расстройство в своем классическом понимании не предполагает прогредиентности — т. е. остается статичным во времени, не нарастает с годами. Вялотекущий шизофренический процесс, напротив, каким бы медлительным не был, в случае отсутствия терапевтического вмешательства продолжает «течь» с нарастанием как негативной, так и продуктивной симптоматики.
      Современная систематика малопрогредиентной шизофрении базируется на преимущественном проявлении ряда различных психопатологических расстройств. Они были взяты за основу при дифференциации малопрогредиентной шизофрении на несколько вариантов:

      • с истерическими проявлениями,
      • с навязчивостями,
      • ипохондрическая шизофрения,
      • паранойяльная шизофрения с преимущественным преобладанием аффективных расстройств,
      • вялотекущая шизофрения с бледной симптоматикой.

      Однако, при такой классификации не предусматриваются скрытые формы болезни, так как при латентной шизофрении отсутствуют стойкие позитивные расстройства. У большого числа пациентов, у которых болезненные симптомы проявились в юношеском или даже детском возрасте, процесс развивается, как правило, вяло и снижения психической продуктивности не наблюдается. Малопрогредиентная шизофрения имеет ряд общих признаков с пограничными состояниями. На сходство симптоматики этих психических расстройств указывал еще П. Б. Ганнушкин.
      В последнее время шизофрении больше характерно медленное начало. По многочисленным данным 68,9% дебютов проявляются в виде психопатоподобных, неврозоподобных, паранойяльных и слабо выраженных аффективных расстройств. Медленные дебюты позволяют наиболее полно использовать имеющееся время и возможности, чтобы предупредить социальную дезадаптацию больного. Малопрогредиентная шизофрения имеет значительное распространение. Из всей популяции больных шизофренией почти половина страдают малопрогредиентной формой. В результате наблюдений отмечено, что из 100 больных шизофренией около 70 имеют более легкие синдромы. Легкие синдромы характерны для малопрогредиентной формы, особенно в периоды ремиссий и в резидуальных состояниях. Это дает больше шансов в получении более высоких результатов работы с пациентами по улучшению их социальной адаптации, поскольку такой вялотекущий процесс предоставляет больше времени и возможностей для психосоциальной работы.

      xn--e1adccyeo5a6a8e.net